Россия и Белоруссия — неторопливая интеграция под гул эмоций

Россия и Белоруссия — неторопливая интеграция под гул эмоций

29 мая 2021 г. 15:38

В Сочи состоялись переговоры президентов Владимира Путина и Александра Лукашенко. Из того, что стало известно прессе, выделяется их оценка реакции Запада на скандал с самолетом (дескать, "всплеск эмоций") и размышления президента России о перспективах интеграции двух стран.

"Мы с вами занимаемся вопросами строительства Союзного государства, мы делаем это, как и договаривались, исходя из того, чтобы обеспечить интересы как Белоруссии, так и России, - сказал Путин своему коллеге. — Двигаемся в этом направлении уверенно, эта работа дает уже конкретные результаты нашим гражданам." 

По его мнению, "вопрос только в том, чтобы делать все последовательно, не спеша, не забегая вперед, а действуя поэтапно, имея в виду как раз обеспечение наших интересов, как каждая из сторон это сама для себя определяет".

Напомним, что процесс интеграции двух государств продолжается на протяжении более двадцати лет, осложняясь различиями стратегических интересов сторон и рядом экономических проблем в отношениях России и Белоруссии. Согласно договору о Союзном государстве 1999 года, создание объединения предполагает принятие конституции союза и учреждение наднациональных органов (в том числе двухпалатного парламента, суда, счетной палаты), формирование единого экономического пространства, введение общей валюты и создание единого эмиссионного центра, объединение энергетических систем, согласование торговой и таможенно-тарифной политики, введение единой налоговой системы. Однако до сих пор эти процессы не завершены.

В декабре 2018 года Путин и Лукашенко приняли решение об образовании межправительственной рабочей группы по развитию интеграции. К 1 ноября 2019 года стороны подготовили проекты 31 дорожной карты с перечнем мер по созданию общих рынков в различных отраслях экономики. Эти шаги включают, в частности, унификацию налогового законодательства, создание условий для функционирования общих нефтегазового, промышленного, сельскохозяйственного и транспортного рынков.

К декабрю 2019 года правительства двух стран согласовали большинство из представленных рабочей группой дорожных карт, но по ряду из них не смогли достигнуть соглашения. Белорусская сторона увязывает углубление интеграции со снижением цены на российский газ, выплатой компенсации за потери в результате налогового маневра, снятием ограничений на поставки своей продукции на российский рынок. По словам Александра Лукашенко, если эти "принципиальные вопросы" не будут решены, "никакие дорожные карты не могут быть подписаны". 22 февраля 2021 года президент Белоруссии на встрече в Сочи с Владимиром Путиным сообщил, что странам "осталось доработать" шесть-семь дорожных интеграционных карт.

Сейчас, на фоне истории с Ryanair, ситуация, по мнению большинства политологов, несколько поменялась. Если раньше Лукашенко мог декларировать и даже проводить многовекторную политику, после принудительной посадки самолета с белорусским оппозиционером Романом Протасевичем на борту, его возможности в этом отношении серьёзно сократились. Как отмечают эксперты, справедливо или нет, но для коллективного Запада Лукашенко стал нерукопожатным. С Минском прекращают отношения и грозят секторальными санкциями. Последнему вопросу был посвящен целый саммит ЕС в Лиссабоне 27 мая. Еврокомиссар по внешней политике Жозеп Боррель назвал "обсуждаемые направления" таких санкций: экспорт калийных удобрений и транзит российского газа в Европу. 

Ежегодный транзит через РБ российского газа составляет до 35 млрд кубометров, и если он, вследствие санкций ЕС, будет перекрыт, то "Газпрому", скорее всего, придется увеличивать загрузку украинского маршрута. Соответственно, цены в Европе (особенно в Польше), сидящей в основном на трубе, идущей через Беларусь, ещё больше вырастут.

Калийсодержащих минералов в Республике Беларусь добывается около 7 млн тонн (в пересчете на действующее вещество), причем около 90% из них идут на экспорт. В основном, в Китай и ЮВА. В страны ЕС — лишь 550-600 тысяч тонн. Здесь проблема для ЕС  будет в потере доходов для дотационных стран Балтии, поскольку экспортные объемы будут перенаправлены в порты РФ.

Правда, отмечают эксперты, существует и риск: находящиеся под санкцией белорусские предприятия вряд ли будут встречены в России как долгожданные партнеры — под санкции вряд ли захотят попадать российские порты и перевозчики. Здесь, по мнению экспертов, удачным решением будет соединение Беларуськалия с российским Уралкалием, о чем давно идет речь. А доводов в пользу экономической целесообразности перевести ряд подсанкционных белорусские предприятий в российскую юрисдикцию, интенсифицировав интеграционные процессы, появится очень много. Желающих замкнуть в едином политико-экономическом пространстве технологические цепочки в производстве минеральных удобрений, машиностроении, сельском хозяйстве и так далее в России хватает. Аргументы против таких процессов, которые звучали в Минске, с западными санкциями становятся несостоятельными.

Пути максимальной интеграции двух экономик могут быть разными. Но в условиях нарастающего давления Запада запаса прочности у Белоруссии может не хватить в силу объективных причин.

В этой ситуации выбор у Лукашенко не богат – либо вводить чрезвычайное экономическое положение с нормированным распределением ресурсов и нарастающими кризисными перспективами.

Либо, как отмечают эксперты, вырабатывать варианты полного слияния с российской экономикой, дав отмашку на вход российского капитала на льготных условиях в республику.

По мнению немецкого политолога Александра Рара, Москва не прочь Лукашенко где-то спасти, но ждет от него определенности в завтрашнем курсе. Вопрос в том, признает Лукашенко для начала Крым российским и независимость Абхазии и Южной Осетии, задается вопросом политолог. По его мнению, Лукашенко понимает, что этим безвозвратно закроет себе пути назад в ЕС. 

Политолог-международник Александр Коньков, в свою очередь, считает, что нынешняя ситуация никак на российско-белорусских отношениях не скажется. Комментируя  "авиационно-оппозиционный" кризис, эксперт, с одной стороны, отмечает его беспрецедентный характер (аналогии, проводимые рядом экспертов между этим и предыдущими инцидентами подобного плана, не вполне корректны). Но с другой стороны, белорусскому руководству не привыкать к активной критике со стороны Запада, подчёркивает Коньков. Понятно, что сейчас планка поднята гораздо выше, чем прежде. Но эмоции схлынут, а санкции против Белоруссии не возымеют эффекта, поскольку режим Лукашенко продемонстрировал свою "тефлоновую" природу, во-многом, благодаря России.

Так или иначе, но можно ожидать продолжение медленного, но верного процесса нахождения точек соприкосновения относительно сохраняющегося недопонимания по поводу дорожных карт российско-белорусской интеграции, в том числе, посредством серии двусторонних переговоров на высшем уровне, прогнозирует Александр Коньков. 

Политолог Алексей Макаркин на страницах Forbes отмечает четыре важных фактора в политике России на белорусском направлении. 

Во-первых, это союзнический фактор. Сейчас Лукашенко будет стремиться как можно дороже "продать" России свой разрыв с Западом и невозможность проводить многовекторную политику. И Москва здесь будет на его стороне. Как ни крути, но зачастую вызывающий раздражение Лукашенко — геополитический союзник Москвы, действительно защищающий её с Запада.

Во-вторых, это эмоциональный фактор. Реакция провластной субкультуры — и верхов, и низов — на спецоперацию по аресту  Протасевича — носит куда более позитивный характер, чем даже официальная позиция власти. Для массовой российской аудитории Лукашенко — вполне привлекательная фигура. Его образ прост — рачительный хозяин, сохранивший промышленность и сельское хозяйство. Любые протесты трактуются в связи с этим как безответственные, инспирированные извне. Поэтому внутри России Лукашенко пользуется значительной поддержкой.

В-третьих, прагматический фактор. В отношениях с Западом Россия может выступить в роли "сдерживающей" силы, подчеркивая, что она способна как-то ограничить планы Лукашенко, не позволяя ему совсем уж разбушеваться в отношении любых критиков его режима.

Наконец, Макаркин отмечает финансовый фактор. Самый проблематичный — компенсировать последствия холодной войны Лукашенко с Западом, видимо, придется России — за счет новых кредитов в обмен на обещания крепить геополитический союз. Притом, что Россия сама находится в состоянии холодной войны с Западом — встреча Владимира Путина с Джо Байденом призвана не остановить ее, а выработать правила, не допускающие неуправляемой эскалации.

По мнению большинства экспертов, Путин и Байден так или иначе поднимут белорусский вопрос. Историю с самолётом Вашингтон непременно попытается эксплуатировать на предстоящих переговорах, что, безусловно, добавит остроты беседе. Однако, сдавать Лукашенко американцам Путин не будет, и Байден это, конечно, понимает. Любопытно, что Лукашенко нужен самим США, которые ценят нынешний белорусский режим за его вклад во вбивание клина между Европой и Россией. В общем, получается, что сложившееся положение дел не так уж и трагично, как это пытаются представить некоторые СМИ. Демарш Лукашенко не станет поводом к европейской войне, но может несколько ускорить экономическую интеграцию России и Белоруссии. Но не политическую. Слишком уж ценен политик Лукашенко как бунтарь и возмутитель спокойствия. Таких вожаков надо беречь.