Таджикистан и Киргизия делят воду и территории

Таджикистан и Киргизия делят воду и территории

30 апреля 2021 г. 16:16

Эксперты анализируют причины и возможные последствия всплеска насилия на таджикско-киргизской границе, в ходе которого погибло по разным подсчетам до нескольких десятков и ранено до полутора сотен человек. 

История развивалась следующим образом. 28 апреля граждане Таджикистана начали грузить щебень с берега реки Ак-Суу в трех-четырех метрах от условной линии госграницы. Затем таджикская сторона решила установить камеры видеонаблюдения на столбах ЛЭП у водозабора "Головной" в Баткенском районе. Таджикские пограничники настаивают, что там их территория. "Однако Киргизская Республика в одностороннем порядке оккупировала это сооружение и против мирного таджикоязычного населения приграничных районов использует возможности бойцов специального назначения, переодетых в гражданскую форму", — заявили в Душанбе. Так или иначе, с обеих сторон собрались 100-150 человек, они начали забрасывать друг друга камнями. К вечеру обстановка стабилизировалась — были проведены переговоры, и таджикская сторона согласилась демонтировать камеры, однако обещания не выполнила.

К утру 29 апреля ситуация обострилась. Таджикистанцы начали обстреливать проезжающие мимо машины граждан КР из охотничьих ружей. Затем в ход пошли автоматы, пулеметы и минометы. Таджики открыли огонь по нескольким киргизским погранзаставам, одна из них  в итоге загорелась; в ответ киргизы захватила таджикскую погранзаставу "Ходжа Аълло".  В итоге оказались задеты несколько мирных сёл, а стороны начали подтягивать бронетехнику. Наконец, вечером 29 апреля удалось договориться о прекращении огня и отводе сил от границы. Однако и после этого, по сообщениям свидетелей, выстрелы на границе не смолкли. 

Тем временем в Казани премьер-министры Кыргызстана и Таджикистана пытались понять, что делать дальше. Встреча была спонтанной. Оба чиновника приехали в этот российский город на встречу глав кабинетов министров стран ЕЭАС. А президент КР Садыр Жапаров провел экстренное совещание. Создана правительственная рабочая группа по изучению и урегулированию ситуации во главе с первым вице-премьер-министром Артемом Новиковым. Власти обеих стран активно контактируют друг с другом, поскольку война, по всей видимости, не входит в их планы. 

Такова точка зрения, к примеру, политолога Дениса Бердакова. Он говорит, что, по крайней мере, Бишкек не был готов к такому развитию событий. "Обстановка в стране такая, что война — не решение проблем, а обретение новых. Республика усиленным темпами готовилась разобраться с наболевшим вопросом делимитации границ, который откладывается тридцать лет и мешает развитию пограничной торговли и привлечению инвестиций. Как только послышались выстрелы, на улицы высыпали митингующие. Опасность ситуации не в том, что она может перерасти в большую войну, а в том, что напряжение просто взорвет республику", — заявил эксперт в интервью РИА Новости.

"У каждой стороны в этом споре — набор аргументов: карт, документов, — отмечает специалист по региону Григорий Михайлов. — Но по всей границе около семидесяти спорных участков. И, что еще хуже, эти участки нередко находятся не в безлюдных местах — там, где торчит никому не нужная скала, — а в населенных районах. Порой граница проходит прямо по селу. Поэтому споры неизбежны: из-за воды, посевных площадей, пастбищ, дорог и даже объездных путей, по которым можно обойти погранпункты, то есть провезти контрабанду. За последние десятилетия на спорных участках было более 150 конфликтов".

Россия призывает Киргизию и Таджикистан принять меры для недопущения повторения инцидентов на границе и готова  содействовать решению любых спорных вопросов между сторонами политико-дипломатическими методами. 

Эксперты тем временем отмечают, что напряженность между республиками возникла сразу, как только они получили независимость. Переговоры ведутся. Частично цели были достигнуты, но делимитация — такая проблема, которую очень легко использовать в качестве политической дубинки, обвиняя оппонента в предательстве и измене. Любое решение несет политические издержки. Как не поступишь — найдутся недовольные. Проблема усугубилась эпидемией. Границы закрыты и это лишает заработков многих граждан Киргизии и Таджикистана. 

По мнению политолога Аркадия Дубнова, не урегулированы не только границы территорий, но и вопросы собственности народно-хозяйственных объектов — в первую очередь энергетических. Стороны не могут решить, кому что принадлежит. Проблемы, которые в советское время не представляли никакого внимания с точки зрения столиц союзных республик, потому что все решала Москва, теперь очень чувствительны для национальных суверенитетов, для рейтингов лидеров, для устойчивости местных властей, которые зарабатывают себе популярность, требуя справедливости и прав собственности в пограничных районах для своих соотечественников. Нынешний инцидент — не исключение, пишет политолог в "Новой газете"

Дубнов не исключает, что спровоцировал нынешнюю эскалацию Таджикистан, чтобы "пробить" дорогу до анклава Ворух. Если это удастся, то тогда дорога, соединяющая территорию страны со своим анклавом, фактически превратит уже в киргизский анклав территорию Лейлекского района (это самый западный район Киргизии).

Есть также мнение, что конфликт раздувается из-за рубежа. По мнению аналитика Алексея Леонкова, за обострением стоит, скорее всего, Великобритания. Эксперт обосновывает свою точку зрения тем, что Лондон стоял за конфликтами между Индией и Пакистаном, Индией и Китаем. Другие эксперты кивают на США. Там администрация Байдена пытается реанимировать  сотрудничество с республиками Центральной Азии. Белый дом ориентирован на расширение объёмов инвестиций и подаёт   сигнал о возможном расширении экономической повестки.

Ряд экспертов указывает на возросшую роль Таджикистана в связи с выводом американских войск из Афганистана. По сути, республика снова становится тыловой базой для американцев. Да и в целом эксперты говорят о возрастающей значимости региона в контексте глобального противостояния США с Китаем и прогнозируют усиление внимания к Центральной Азии, которая рассматривается в Вашингтоне как буферная зона между Россией и Китаем.

В общем, судя по всему, конфликт не исчерпан. При этом, по мнению некоторых экспертов, в военном отношении режим  Рахмона более устойчив, чем режим Жапарова. Если для первого война станет чем-то вроде пиар-кампании, то для второго она обернётся тяжёлым социально-политическим кризисом. Впрочем, такой войны, какая была в Карабахе, здесь не произойдёт. Поскольку военный  потенциал противоборствующих сторон не позволяет развязать широкомасштабные боевые действия. 

Однако, каким бы ни был масштаб гипотетического конфликта, в него опосредованно будет вовлечена и Россия, поскольку  многочисленные мигранты из Киргизии и Таджикистана заняты в крайне важных отраслях российской экономики — строительстве, ЖКХ, на транспорте. Немного статистики: перечисления физлиц из России в Азербайджан и Армению к концу прошлого года составляли, соответственно, $216 млн и $226 млн.

В то же время, в Киргизию был перечислен почти $451 млн, а в Таджикистан — $445 млн. Это свидетельствует не столько о состоятельности или, тем более, финансовой дисциплинированности, центральноазиатских диаспор, сколько об их многочисленности.

Приходится признать, что мигранты представляют из себя довольно мощную силу и вполне могут при определенных обстоятельствах перенести боевые действия на улицы российских мегаполисов. Совсем развести эти этнические группы российская власть не в состоянии. Но и обойтись совсем без мигрантов из Центральной Азии Россия не может. Так что  обострение на киргизско-таджикской границе является для Москвы фактором геополитического риска.