​​​​​​​Маккарти против Макконнелла

​​​​​​​Маккарти против Макконнелла

8 февраля 2021 г. 18:45

Кирилл Бенедиктов

Второй импичмент Трампа – момент истины для Республиканской партии

Аналитики, предполагавшие, что с инаугурацией Джо Байдена период политической турбулентности в США закончится, ошиблись. Раскол в обществе и элитах продолжается, причем в новых условиях приобретает еще более причудливые формы, чем раньше.

Ключевым событием ближайших недель (а, возможно, и месяцев) станет судебный процесс над бывшим президентом США Дональдом Трампом, который должен начаться в Сенате США 9 февраля в рамках инициированного демократами Палаты представителей второго импичмента Трампа. Первый импичмент, как известно, бесславно закончился ровно год назад: 5 февраля 2020 года. Сенат большинством голосов оправдал президента по обеим статьям обвинения (тогда демократы обвиняли Трампа в злоупотреблении властью и препятствованию расследования Конгресса). В рамках второго импичмента Трампу пытаются вменить давление на власти Джорджии для пересмотра результатов голосования и – главное – «подстрекательство к насилию» своих сторонников, штурмовавших Капитолий 6 января 2021 г.

Шансы на то, что сенаторы оправдают Трампа и в этот раз, достаточно велики. Для вынесения обвинительного приговора необходимо 2/3 от числа сенаторов – то есть 67 человек. Однако нынешний баланс сил в верхней палате Конгресса – 50 на 50, и и максимум, на что могут рассчитывать сторонники импичмента – это на 5, в лучшем случае 7, голосов республиканцев, скептически относящихся к бывшему президенту (при необходимых 17). Этот расклад в очередной раз подтвердило голосование за инициативу сенатора Рэнда Пола 26 января о признании процесса второго импичмента Трампа незаконным: «за» проголосовало 45 человек, «против», соответственно – 55.

Помимо чисто партийных раскладов, на исход судебного процесса влияет и тот факт, что несмотря на алармистскую риторику либеральных СМИ, обвинения, предъявленные участвовавшим в штурме Капитолия сторонникам Трампа не касаются ни терроризма, ни заговора с целью свержения законно избранной власти, ни даже мятежа. На данный момент предъявлено 163 обвинения, и они касаются в основном административных правонарушений, таких как «сознательное проникновение в здание с особым режимом ограничений», «неповиновение полицейским», «порча федерального имущества», «нарушение общественного порядка» и «ненадлежащие действия в условиях гражданских беспорядков». Единственным обвинением, выходящим за пределы банальной «хулиганки», является «создание препятствий для упорядоченной деятельности Конгресса и иных органов власти». Но и это далеко не мятеж. Для того, чтобы обвинить Трампа в подстрекательстве к мятежу, когда никакого мятежа – с точки зрения федеральных судей – не было, потребуется нечто большее, чем истерика в либеральной прессе.

Тем не менее, очевидно, что демократы делают серьезную ставку на судебный процесс и намерены всеми силами добиваться осуждения 45-го президента США – прежде всего, для того, чтобы лишить его возможности вновь баллотироваться на высший государственный пост в 2024 г. Уже по первым шагам Джо Байдена понятно, что главная цель демократов – уничтожить наследие Трампа, похоронить трампизм как явление и вернуть США на рельсы либеральной глобализации, с которых страна сошла в 2017-2020 гг. Для этого демократы не останавливаются даже перед шагами, разрушительными для американской экономики (прекращение строительства трубопровода Keystone XL, мораторий на добычу нефти и газа на федеральных землях, возвращение США в Парижское соглашение по климату и т.д.), для этого меняется ужесточившаяся при Трампе миграционная политика, для этого создается комиссия по реформе Верховного Суда США, в которую войдут либеральные юристы из команды Обамы, и которая должна расширить состав SCOTUS, чтобы лишить консервативных судей преимущества.

По сути, речь идет не о плановом переходе власти от одной партии к другой, а об установлении однопартийной диктатуры и вытеснении республиканцев и вообще всех, кто не согласен с либеральной повесткой, за границы политического мейнстрима.

Ключевым фактором в этих условиях становится позиция лидеров и политических «тяжеловесов» Республиканской партии, которые не только могут повлиять на результат процесса импичмента в Сенате, но и сохранить либо уничтожить наследие Трампа в самой партии. От этого в буквальном смысле зависит судьба двухпартийной системы в Америке.

Заслуги Трампа в возрождении Великой старой партии неоспоримы. В период президентства Обамы мало кто всерьез мог предполагать, что даже самые влиятельные республиканцы (например, Джеб Буш, за которым стояла вся мощь клана Бушей) способны составить реальную конкуренцию кандидатам от Демпартии. Эксперты с умным видом рассуждали о том, что меняющаяся демографическая ситуация, с одной стороны, и рост «прогрессистских» (woke) настроений среди молодежи, с другой обеспечивают доминирование Демократической партии на неопределенно долгий срок.

Но в 2016 году Трамп спутал все расклады и прогнозы – после его победы и под его руководством Республиканская партия как будто вернулась к славным временам Рональда Рейгана. В какой-то момент аналитики вообще заговорили о «партии Трампа», имея в виду, что авторитет президента среди его однопартийцев выше, чем влияние всего партийного истеблишмента, вместе взятого. Это было тем более удивительно, что по крайней мере до августа 2016 верхушка Республиканской партии смотрела на Трампа, как на наглого выскочку, которого следует сдерживать везде, где только возможно.

Даже после нерадостных для Трампа результатов выборов 2020 его влияние внутри партии оставалось настолько сильным, что вариант, при котором он станет лидером оппозиции и в 2022 обеспечит «слонам» победу на промежуточных выборах в Конгресс, а в 2024 триумфально вернется в Белый дом, рассматривался как один из самых реальных.

Все изменил тот самый «штурм Капитолия» 6 января, когда разгневанная толпа ворвалась в здание Конгресса, где сенаторы утверждали результаты голосования в Коллегии выборщиков – по мнению сторонников Трампа, основанные на фальсификациях.

Стремительное бегство конгрессменов и сенаторов во главе с вице-президентом Майком Пенсом по подземным туннелям стало поворотным моментом в отношении многих видных «слонов» к Трампу. Пенс, который до последнего старался держать нейтралитет (хотя именно его отказ признать недействительными голоса выборщиков и стал триггером бунта 6 января) отвернулся от президента. А глава республиканского большинства (которое уже не большинство) в Сенате Митч Макконнелл неявно перешел на сторону врагов Трампа. За несколько дней до передачи обвинительных статей в рамках импичмента в верхнюю палату Конгресса CNN опубликовало редакционную статью, в которой утверждалось: Митч Макконнелл «дал понять, что может поддержать осуждение Трампа». Десятки влиятельных республиканцев в Вашингтоне, включая бывших высокопоставленных чиновников администрации Трампа, «негласно лоббируют» республиканцев в Конгрессе с целью добиться осуждения экс-президента. Эти усилия не скоординированы, но отражают масштабную борьбу внутри Республиканской партии между теми, кто лоялен Трампу, и теми, кто хочет избавиться от наследия 45-го президента и добиться, чтобы Трамп никогда больше не мог баллотироваться на высший государственный пост. Главная цель этих лоббистов – Митч Макконнелл.

Разумеется, CNN, как одна из главных фабрик fake news, вряд ли заслуживает безоговорочного доверия. Тем не менее, публичные высказывания самого Макконнелла не дают оснований сомневаться, что он занял позицию последовательного критика экс-президента. «Толпу кормили ложью, - заявил он 21 января. – Они (участники штурма Капитолия, - К.Б.) были спровоцированы президентом и другими влиятельными людьми. И они пытались с помощью страха и насилия остановить конкретную деятельность первой ветви федеральной власти, которая им не нравилась».

В истеблишменте Демпартии и отражающих его взгляды мейнстримных СМИ не сомневаются, что Макконнелл хочет добиться осуждения – как минимум, символического - Трампа и его изгнания из большой политики. У него есть на это свои причины: несмотря на то, что лидер республиканского большинства (до 5 января 2021 г.) в Сенате долгое время поддерживал Трампа, он, судя по всему, с самого начала считал эту поддержку вынужденной, своего рода «фаустовской сделкой». «Он долгое время злился на Трампа, - сказал журналисту New Yorker Джейн Мейер конгрессмен-демократ из Кентукки Джон Ярмут, хорошо знакомый с Макконнеллом с конца 1960х годов. – Многие из тех, кто его знает, говорили с ним о том, как сильно он ненавидит Трампа».

Однако личные соображения в случае с Макконнеллом играли явно второстепенную роль. Лидер большинства в Сенате в той или иной форме поддерживал президента вплоть до перевыборов в Джорджии 5 января, результаты которых оказались катастрофой для республиканцев. Вину за проигрыш в Джорджии – и, соответственно, потерю республиканского большинства в Сенате – Макконнелл, по-видимому, возложил на Трампа. (Следует отметить, что хотя победа демократических кандидатов в этом штате была обеспечена теми же сомнительными методами, что и победа Байдена на выборах 3 ноября, объективно явка республиканских избирателей в некоторых глубоко консервативных округах Джорджии – например, в Далтоне – была значительно ниже обычной, что связывают с экспрессивными выступлениями Трампа на тему фальсификаций выборов).

События 5 и 6 февраля заставили Макконнелла выступить против Трампа – и по мнению некоторых экспертов, главную роль здесь сыграла изменившаяся позиция крупных корпоративных спонсоров партии. «Он (Макконннелл, - К.Б.) был до смерти напуган реакцией корпоративной Америки, - считает политический стратег Стюарт Стивенс, один из лидеров анти-трамповской группы «Проект Линкольна» внутри республиканской партии. – Поддержка свержения правительства США вредна для бизнеса».

Десятки крупнейших американских корпораций, спонсировавших Республиканскую партию (включая таких гигантов, как A.T. & T., Comcast и Honeywell) дали понять, что не будут больше поддерживать тех республиканских конгрессменов и сенаторов (общим числом 147 человек) которые выступали против утверждения результатов выборов президента «даже после бунта 6 января». По данным Associated Press, большую часть выходных после штурма Капитолия Макконнелл провел в переговорах с богатыми корпоративными донорами Республиканской партии, которым удалось добиться от него обещания «покончить с Трампом» (представитель самого Макконнелла факт этих переговоров отрицает).

Однако было бы преждевременно считать, что переход самого влиятельного республиканца на Капитолийском холме означает потерю Трампом поддержки своей партии. В Республиканской партии по-прежнему есть сильные политики, ориентирующиеся на экс-президента. Один из таких политических тяжеловесов – лидер меньшинства в Палате представителей Кевин Маккарти.

Много шума наделал визит Маккарти в резиденцию Трампа в Мар-о-Лаго (Флорида). В ситуации, когда стараниями либеральных СМИ Трамп превращается в токсичного политика, общение с которым может только повредить репутации, это был достаточно смелый ход. Однако куда важнее, что встреча Трампа и Маккарти носила не церемониальный, а вполне деловой характер - на ней обсуждалась предвыборная стратегия на 2022 г., когда на промежуточных выборах в Конгресс Республиканская партия попробует вернуть себе большинство в Палате представителей, и, возможно, в Сенате. По результатам этой встречи политический комитет в поддержку Трампа «Спасем Америку!» сделал заявление: «Популярность президента Трампа никогда не была сильнее, чем сегодня, и его одобрение означает больше, чем, возможно, любое одобрение в любое время».

Заручившись одобрением Трампа, Кевин Маккарти с удвоенной энергией взялся за решение проблем в партии, которая после 6 января оказалась на грани раскола (точнее, даже нескольких расколов). По крайней мере, две из этих проблем носили женские имена – одна была связана с председателем Республиканской конференции Лиз Чейни, вторая – с конгрессвумен Марджори Тейлор Грин. Чейни вызвала гнев однопартийцев своим голосованием за второй импичмент Дональду Трампу – после этого ее поддержка в штате Вайоминг, который она представляет на Капитолийском холме, упала до 13%, а один из наиболее радикальных республиканцев Джим Джордан собрал неформальную группу, выступающую за снятие Чейни с должности председателя партконференции.

Что же касается Грин, то она, будучи последовательной сторонницей не только Трампа, но и конспирологического движения QAnon, подверглась травле со стороны Демпартии за то, что она посмела сомневаться в результатах выборов 3 ноября, а также за ее приверженность теориям заговора, в том числе «Пиццагейту» и теории «постановочных убийств» в школах Америки в 2018. Однако настоящей причиной, по которой демократы обрушились на Грин, было ее требование импичмента Джо Байдена – инициатива, которая, скорее всего, будет похоронена в Конгрессе. 

Демократы были полны решимости вообще вышвырнуть Грин из Конгресса; подобного же мнения был и Митч Макконнелл, который «ясно дал понять, что партия должна вычистить крайне правых экстремистов, таких, как Грин, из своих рядов». Однако Маккарти удалось отстоять ее: санкции ограничились лишь исключением Грин из нескольких комитетов Палаты представителей, в том числе из важного кадрового комитета. «Реальность такова, -  с некоторым сожалением пишет Мелани Занона на сайте Politico, - что Грин пользуется популярностью в толпе MAGA и до сих пор опирается на поддержку Трампа. Примечательно, что Грин получила овации от половины конференции Республиканской партии после того, как она проявила некоторое раскаяние за свое поведение... И Маккарти, который шел в ногу с конференцией, в то время как она становилась все более про-трамповской, не хочет портить отношения с этим крылом, составляющим значительную часть базы Республиканской партии».

С другой стороны, Маккарти удалось предотвратить серьезный кризис в партии, который могло вызвать снятие Лиз Чейни с поста председателя республиканской конференции. Перед закрытым заседанием, на котором должна была решиться судьба третьего человека в партии, Маккарти собрал в своем кабинете нескольких самых влиятельных республиканцев и приложил все усилия, чтобы перетянуть их на свою сторону. Затем он выступил с эмоциональной речью перед участниками конференции, буквально умоляя их оставить Чейни в команде партийных лидеров. После пяти часов интенсивной дискуссии конференция проголосовала – 145 республиканцев поддержали Чейни и оставили ее на посту. Это стало большой победой для Маккарти и взятого им курса на сплоение республиканцев и переключение внимания с междоусобных ссор на восстановление единой позиции в Палате представителей. «Республиканская партия – очень большая палатка, - заявил торжествующий Маккарти. – Сюда приглашаются все. Мы продолжаем расти, и через два года нас будет большинство».

Таким образом, уже сейчас определились два главных подхода к будущему Республиканской партии: подход Макконнелла и подход Маккарти. Первый предусматривает «чистку» партийных рядов от слишком ярых сторонников бывшего президента, приверженцев QAnon и, возможно, даже от нелояльных к демократическому мейнстриму консерваторов. Подход Маккарти, напротив, направлен на максимальное сплочение республиканцев, включая и таких «экстремистов», как Грин, и оппозиционных Трампу политиков, таких, как Лиз Чейни. Маккарти осторожно пытается «сшить» расползающиеся по шву позиции республиканского истеблишмента и популистского крыла, поддерживающего Трампа. Этот подход представляется потенциально куда более выигрышным для партии, чем жесткий, нацеленный на репрессии, подход Макконнелла, поскольку без опоры на Трампа республиканцы вряд ли могут рассчитывать на нужные им результаты на промежуточных выборах. Это понимают и представители радикального крыла в партии: например, Джим Джордан, который, как уже говорилось выше, был главным сторонником наказания Лиз Чейни за ее предательскую позицию в вопросе об импичменте, не стал возмущаться результатами голосования, оставившего ее на посту председателя конференции, а, напротив, выразил надежду на то, что раскол в партии удастся преодолеть: «Нам нужно двигаться дальше и работать, чтобы завоевать большинство. Главный приоритет сейчас – работать вместе, чтобы остановить радикальную повестку дня, продвигаемую демократами».

В самое ближайшее время – в ходе судебного процесса над Дональдом Трампом, который начнется в Сенате США во вторник, 9 февраля – мы увидим, какой из этих подходов будет определять судьбу Республиканской партии как минимум на ближайшие два года.