ДСНВ будет продлен на условиях Москвы, но проблемы останутся

ДСНВ будет продлен на условиях Москвы, но проблемы останутся

27 января 2021 г. 19:08

Россия и США решили продлить договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ). Как заявил  замглавы МИД Сергей Рябков, без предварительных условий, без любых дополнений и каких бы то ни было довесков. 

Договор по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ-3, ДСНВ) был подписан президентами России и США Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой 8 апреля 2010 года в Праге. 

Впервые предложение о разработке СНВ-3 обсуждалось еще в марте 1997 года в ходе консультаций Бориса Ельцина и Билла Клинтона в Хельсинки. В СНВ-3 по версии 1997 года планировалось установить "потолки" на уровне 2000-2500 стратегических ядерных боезарядов и придать договору бессрочный характер (переговоры по этому соглашению были безрезультатными). С инициативой начать новый переговорный процесс в июне 2006 года выступил президент РФ Владимир Путин. К разработке документа эксперты приступили после встречи президентов Дмитрия Медведева и Барака Обамы в Лондоне 1 апреля 2009 года (в рамках саммита Группы 20). Переговоры завершились спустя 11 месяцев подписанием документа.

При ратификации стороны сделали ряд оговорок. В резолюции Конгресса США отмечалось, что "новый договор не накладывает ограничений на развертывание систем ПРО, в том числе в Европе". Россия оставила за собой право выйти из договора, если ПРО США достигнет той стадии развития, когда станет представлять угрозу РФ. Отдельно было указано, что положения преамбулы, где прописана взаимосвязь СНВ и ПРО, имеют юридическую силу и должны в полном объеме учитываться сторонами.

Договор предусматривает, что каждая из сторон сокращает и ограничивает свои СНВ таким образом, чтобы через семь лет после его вступления в силу (и в дальнейшем) их суммарные количества не превышали: 700 единиц для развернутых межконтинентальных баллистических ракет (МБР), баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) и тяжелых бомбардировщиков (ТБ); 1 550 единиц для боезарядов на них; 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок (ПУ) МБР и БРПЛ, а также ТБ. Договор ввел понятие "неразвернутые" носители и ПУ, т. е. не находящиеся в боевой готовности, а используемые для обучения или испытания, и не имеющие боеголовок (СНВ-1 и СНВ-2 охватывали ядерные боезаряды, размещенные на развернутых стратегических носителях).

Каждая из сторон имеет право самостоятельно определять состав и структуру своих стратегических наступательных вооружений в суммарных пределах, установленных Договором (может наращивать их количество, действуя в рамках документа). В нем зафиксирован запрет на базирование СНВ за пределами национальной территории.

Два положения документа касаются противоракетной обороны (ПРО): первое - о взаимосвязи стратегических наступательных (ядерное оружие) и стратегических оборонительных вооружений (системы противоракетной обороны), второе - о запрете на переоборудование пусковых установок МБР и БРПЛ в пусковые установки для перехватчиков ПРО, также как и их обратное переоборудование. Ограничения в отношении противоракетной обороны отсутствуют. Неучтенным остался и т. н. "возвратный потенциал" - складированные ядерные боезаряды. Технически эта часть ядерного арсенала может быть развернута достаточно быстро, если какая-либо из сторон перестает выполнять Договор.

У США на момент вступления документа в силу в 2011 году было 882 развернутых носителя ядерных боезарядов, в том числе МБР, БРПЛ и ТБ, 1 800 боезарядов и 1 124 развернутых и неразвернутых пусковых установок.  Контрольных показателей соглашения США достигли в сентябре 2017 года. Тогда у них осталось 660 носителей, 1 393 боезаряда, 800 ПУ.

На вооружении России в 2011 году был 521 развернутый носитель, 1 537 боеголовок и 865 ПУ. Российская Федерация полностью выполнила свои обязательства по сокращению СНВ к 5 февраля 2018 года (срок выполнения обязательств) - ее суммарный потенциал составил 527 единиц развернутых носителей, 1 444 боезарядов, 779 ПУ.

По данным на 1 сентября 2020 года, отмечает ТАСС, Россия имела 510 развернутых носителя ядерных вооружений, 1 447 ядерных боезарядов и 764 развернутых и неразвернутых пусковых установок. У США было 675 носителей, 1 457 боеголовок и 800 развернутых и неразвернутых ПУ.

В общем, по мнению экспертов, примерный паритет между стратегическими ядерными силами России и США сохраняется.

Между тем, Дональд Трамп считал (и, очевидно, продолжает считать), что СНВ-3 более выгоден Москве, чем Вашингтону. Прежняя администрация Белого дома настаивала на выработке нового договора с привлечением Китая или на продлении соглашения, но с дополнительными условиями (включение в него новейших видов стратегических вооружений и тактического ядерного оружия, введение дополнительных механизмов верификации). Россия предлагала пролонгировать Договор без каких-либо условий. Переговоры затянулись до ухода Дональда Трампа. И вот теперь, кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки.

"На фоне противостояния, которое мы видели, на фоне процессов в США можно сказать, что это важное решение. При Трампе отношения с Москвой серьезно осложнились. Санкционная составляющая, противостояние по линии "Северного потока – 2" — все эти процессы очень серьезно осложнили отношения и заморозили ряд направлений", — говорит политолог Дмитрий  Абзалов.

Он полагает, что одним из важных направлений деятельности президента Джо Байдена будeт разоружение. Впрочем, многие политологи настроены более скептично. К примеру, главный  редактор журнала "Россия в глобальной политике" Фёдор Лукьянов констатирует, что на продлении ДСНВ  позитивная российско-американская программа фактически исчерпана.  Сохранение соглашения станет изолированным актом, который не скажется на общей антагонистической атмосфере. Развития совместной повестки не предполагается, отмечает эксперт.

Перед обеими странами – огромное количество проблем и внутреннего, и внешнего характера, считает Фёдор Лукьянов.  По его мнению, основным приоритетом Москвы и Вашингтона является укрепление устойчивости собственных государств и обществ, их способности противостоять негативным мировым тенденциям и адаптироваться к их последствиям.

"В идеальном мире Россия и США могли бы быть полезны друг другу. В реальном – это сейчас исключено", —   констатирует политолог.

"Накопленный идейно-политический багаж просто не даёт рассмотреть взаимные потребности и задачи со спокойной рассудительностью. Он предопределяет восприятие другой стороны как сугубо отягчающего фактора. И диктует стремление использовать этот фактор для обоснования собственных внутренних действий. Ситуация несимметричная и меняющаяся. В данный момент больше усердия по демонизации России демонстрирует американский правящий класс, хотя и в России Америка – привычная часть внутриполитического дискурса", —  заключает Фёдор Лукьянов.

Некоторые эксперты полагают, что ядерная сфера впредь не сможет быть фундаментом дипломатических отношений Москвы и Вашингтона, как это было на протяжении десятилетий. И хотя проблема ядерного сдерживания остаётся, угрозы, которая заставляла бы страны относиться друг к другу максимально серьёзно, уже нет. Каждая сторона способна доставить другой неприятности, но не такие, которые оказались бы фатальными. 

Россия останется фактором внутренней политики США, потому потепления между странами ждать не приходится, хотя по некоторым вопросам взаимодействие удастся возобновить. Такова точка зрения политолога Дмитрия Суслова. Он полагает, что российско-американские отношения в ближайшие четыре года будут характеризоваться сочетанием усиления конфронтации, ужесточения риторики и дальнейшего ухудшения политической атмосферы, с одной стороны, и избирательным сотрудничеством по отдельным вопросам в интересах обеих сторон, с другой. Повестка дня останется весьма ограниченной.

Точку зрения большинства аналитиков выразил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, который заявил, что разговоры о перезагрузке отношений между Москвой и Вашингтоном не имеют под собой реальной почвы. По мнению представителя Кремля, термин "перезагрузка" даже употреблять не стоит. 

На этом довольно печальном фоне тот факт, что президенты Путин и Байден в недавнем телефонном разговоре все-таки подчеркнули необходимость продолжения диалога, дорогого стоит, подчеркивают оптимисты. Да, проблем, омрачающих российско-американские отношения, довольно много. Но пока стороны готовы хотя бы говорить друг с другом, есть надежда на кризис в двусторонних отношениях рано или поздно будет преодолён.