Краш-тест на эффективность правительства Михаила Мишустина

Краш-тест на эффективность правительства Михаила Мишустина

20 января 2021 г. 14:11

В середине января 2020 года Михаил Мишустин возглавил новое правительство России. Перед обновленным кабинетом ставилась ключевая задача — придать новый импульс национальным проектам, навести порядок в финансовых вопросах, минимизировать бюрократические барьеры для развития бизнеса и более активно внедрять цифровизацию в основные сферы жизни. 

На первом же заседании правительства 21 января Михаил Мишустин заявил, что главное — «устойчивая макроэкономическая ситуация» и необходимость сделать так, чтобы «люди почувствовали изменения в своей жизни» на базе роста экономики, о чем говорил президент Владимир Путин в послании Федеральному Собранию. Однако министрам достаточно быстро пришлось менять приоритеты и задачи — коррективы в работу кабинета внесла пандемия. 

О том, как правительству удалось справиться со своей задачей в новых реалиях и какие основные итоги первого года работы Михаила Мишустина, в материале газеты «Аргументы и факты» рассуждает политолог, глава Фонда ИСЭПИ Дмитрий Бадовский:

— Год назад в России было сформировано новое правительство. Тогда это решение связывалось в первую очередь с предстоящей конституционной реформой. Однако спустя время и на фоне драматических событий «чрезвычайного 2020-го» очевиден и другой, в чем-то даже более глубокий подтекст обновления кабинета министров. Смена правительства в канун превращения локальной эпидемии тогда еще неизвестного вируса в глобальную пандемию стала проявлением той стратегической линии действий государства, которую президент России Владимир Путин потом в течение всего прошлого года неоднократно и настойчиво обозначал одной формулой: «действовать на опережение».

COVID-19 нанёс сильный удар по всем странам и континентам. Пандемия вызвала серьезный экономический спад, разрыв экономических и социальных связей, стала проверкой на прочность практически всех национальных систем здравоохранения, социальной политики, поддержки делового климата. Системы государственного управления во многих странах проходили и продолжают проходить в режиме реального времени своеобразный краш-тест на дееспособность и эффективность. И очевидно, что далеко не всем это удается успешно.

В том числе поэтому во всем мире сегодня так много модных разговоров о том, что пандемия изменила восприятие всех приоритетов, всех трендов развития, всех представлений о будущем. Однако это может быть верным, да и то лишь отчасти, только если говорить о государственной политике в парадигме «реактивного управления». Ситуация выглядит совсем иначе, если страна имеет и поддерживает стратегическое видение и стратегические приоритеты своего будущего. И в России они сформированы и четко определены в сформулированной главой государства системе национальных целей развития. 

И если мы вернемся на год назад, то можем увидеть, что, представляя в Госдуме программу работы нового правительства, премьер-министр Михаил Мишустин, именно опираясь на эти цели, выводил на первый план работы кабмина задачи повышения качества государственного управления, включая в первую очередь достижение национальных целей, связанных со здоровьем и благополучием людей. Предельно четко обозначал такие приоритеты, как первоочередная поддержка семей и детей. Подчеркивал необходимость качественного улучшения ситуации в сфере предпринимательства и его поддержки. Настаивал на важности цифровизации для развития экономики, социальной сферы, качества работы госаппарата. Совсем скоро ровно эти же подходы составили ядро и российской антикризисной стратегии в условиях пандемии, последовательная реализация которой позволила нам избежать многих потерь и в целом минимизировать неизбежные негативные последствия «глобального коронавируса». Российская система здравоохранения показала себя более эффективной, чем во многих странах мира, включая наиболее экономически развитые. Предложенная президентом Владимиром Путиным программа прямой поддержки граждан, прежде всего семей с детьми, стала в международном масштабе одной из самых масштабных и эффективных. Наша экономика по объёму ВВП в 2020 году потеряла около 4 процентов, но это относительно немного, если учесть, что многие страны, включая Европу и США, потеряли до 10 процентов и даже более.

Очевидно, что и дальше — год спустя и на годы вперед — изначальные приоритеты правительства Мишустина лишь усилили свою актуальность. Стоят в топе не только российской, но и глобальной социально-экономической и политической повестки. А тот факт, что нынешний кабмин изначально выступал и формировался как «правительство с программой на опережение», лишь подчеркивает важный смысл выбора президентом Путиным фигуры Михаила Мишустина в качестве премьер-министра. 

Его предыдущий опыт реформирования Федеральной налоговой службы — как раз один из лучших примеров «менеджмента, опережающего будущие изменения», когда ФНС за несколько лет не просто стала лучше собирать налоги «здесь и сейчас», но и на практике создала и реализует принципиально новые технологии и стандарты налогового администрирования. Лет 10 назад о них было сложно даже говорить, а сегодня, если бы они не были созданы на опережение, то сложно было бы говорить о многих возможностях дальнейшего развития в экономике, социальной политике, сфере государственных услуг. 

Минувший год наглядно показал, что многие процессы в мире резко ускоряются, повышается неопределённость. Растёт скорость возникновения новых вызовов и распространения новых угроз. В этих условиях решающим параметром конкурентоспособности становится именно качество государства.

Эта интегральная категория подразумевает прежде всего качество государственного управления, как таковую работу госаппарата, в частности по стратегической задаче реализации единого плана достижения национальных целей развития России. 

Во-вторых, речь идет о качестве социальной поддержки и политики социальной справедливости, её точности в выборе приоритетов и инструментов адресности поддержки людей. 

Наконец, решающее значение для качества государства сегодня имеет способность обеспечивать рост экономики и социальное развитие в резко меняющихся условиях. Будь то очевидная сегодня уже всем ускоренная цифровизация всех сфер жизни или же, например, возможное радикальное изменение глобальных социально-экономических «правил игры» в силу климатической повестки создания «безуглеродной экономики». Что может вести не только к переделу мировых рынков и торговым войнам нового типа, но и очередным виткам нарастания санкционной политики в мире и давления на суверенитет. 

Действовать на опережение в таких условиях жизненно необходимо.