Cherchez la femme? Джонсон уже нашёл

Cherchez la femme? Джонсон уже нашёл

13 ноября 2020 г. 10:16

Леонид Поляков, член экспертного совета Фонда ИСЭПИ

Как известно, в любой скандальной политической ситуации первое, что необходимо сделать – это последовать старинной французской мудрости и начать «искать женщину». Очередное подтверждение этой максимы случилось на этой неделе в Соединённом Королевстве Великобритании и Северной Ирландии. Правительство Её Величества королевы Елизаветы Второй – и без того существующее как на вулкане из-за пандемии коронавируса – потряс крайне неприятный и с непредсказуемыми последствиями «полусемейный» скандал.

Прилагательное «полусемейный» здесь приходится использовать, поскольку та самая Кэрри Саймондс (Carry Symonds), ради которой Борис Джонсон ушёл от прежней жены, всё ещё пребывает в статусе «невесты». Хотя при этом уже родила ему сына. А ещё она пребывает в не очень определённом, но крайне влиятельном статусе «хозяйки» Даунинг-стрит 10. И отнюдь не в хозяйственно-кухонном, а в, так сказать, административно-политическом смысле.

Не имея никаких официальных прав и полномочий, она, однако, сумела повлиять на очень важное кадровое решение своего не то, чтобы «мужа», а скорее – «жениха». И это решение ещё неизвестно как скажется на судьбе и карьере Джонсона, его правительства и перспективах тори на следующих парламентских выборах.

Дело в том, что Кэрри практически в открытую, публично заблокировала карьеру одного из ближайших и вернейших помощников премьера, а именно – нынешнего директора по коммуникациям Ли Кейна (Lee Cain). Джонсон, было, предложил ему пост руководителя собственной администрации (chief of staff) в награду за верное служение ещё со времён борьбы за победу в референдуме по Брекзиту. Напомню, что Кейн в те времена был одной из ключевых фигур в движении Vote Leave. Однако, как выяснилось, между ним и «невестой» когда-то пробежала «черная кошка», и слово Кэрри Саймондс оказалось решающим. Джонсон от промоушена отказался. А сам Кейн заявил, что уйдёт со своего поста в конце года.

Дело в том, «невеста» не просто захотела быть «Владычицей Морскою» (что для традиций Великой Британии было бы вполне логично), она свои притязания подкрепила созданием практически «женского батальона» в рядах администрации своего «жениха». Против назначения Л.Кейна выступили ещё и Мунира Мирза (Munira Mirza) – директор стратегического отдела (policy unit), а также Аллегра Страттон (Allegra Stratton) – новая пресс-секретарь премьер-министра.

В общем, «женский» заговор в администрации Бориса Джонсона налицо, и перед ним – то есть Джонсоном – открывается довольно безрадостная перспектива. После заявления Ли Кейна о своей отставке сотрудники администрации премьера стали лихорадочно обзванивать все отделы и офисы с целью выяснить, кто ещё намерен покинуть получивший внушительную пробоину «корабль». Результаты этого обзвона пока неизвестны, но встал ребром вопрос о перспективах ещё более ценного и, пожалуй, самого старшего помощника премьера, разумеется – имеется в виду Доминик Каммингс.

Человек, сыгравший ключевую роль в победе сторонников Брекзита на референдуме 2016 года и удостоившийся чести быть сыгранным сами Бенедиктом Камбербэтчем – суперзвездой британского и мирового кино - в художественном фильме «Брекзит», всерьёз раздумывает над тем, чтобы последовать за Ли Кейном. Основания для такого шага у него действительно имеются, хотя и надеяться на то, что «Бог не выдаст, свинья не съест» (Борис не «Бог», и Кэрри – не «свинья», конечно) Каммингс вполне может. Джонсон встал за него горой в апреле, когда помощник вопреки всем правилам совершил автомобильную поездку из Лондона на 400 миль в дом родителей. А потом ещё съездил на экскурсию в один из близлежайших замков.

«Наезд» на Каммингса тогда был отнюдь «не детский». Мало того, что за этот повод с удовольствием ухватились политические оппоненты. Так ещё и в собственной фракции в Палате Общин нашлись «доброжелатели», требовавшие от Джонсона «головы» явно зарвавшегося помощника. Джонсон не дрогнул, прекрасно понимая, что потеря такого мастера политических стратегий вообще и электоральных «фишек» в частности окажется для него фатальной. И, кажется, Кэрри тогда в ситуацию не вмешивалась. Изменилось ли что-то сейчас? Может ли она и захочет ли она «сплавить» и Каммингса?

Вопрос не праздный. Дело в том, что в решении Кэрри заблокировать карьеру Ли Кейна просматривается не столько женский каприз, сколько рациональный расчёт. Она ведь совсем не простушка-«блондинка», изводящая своими причудливыми желаниями своего «жениха». На всякий случай – она в недавнем прошлом служила директором по коммуникациям в штаб-квартире консервативной партии. И именно на этом поприще с Джонсоном и познакомилась – вначале чисто официально (моё предположение).

В общем, нужно признать, что в партийных делах – раскладах, коалициях, групповых интересах и, разумеется, интригах и сплетнях - она разбирается вполне профессионально. И, видимо, полагает, что Каммингс, как и Кейн, с их презрительно пренебрежительным отношением к депутатской «массе» вообще, а к «боссам» партии тори в особенности, представляют реальную угрозу для Бориса Джонсона. Своего рода – «бомбу замедленного действия».

Это отношение весьма наглядно продемонстрировал Доминик Камбербэтч в роли Каммингса в вышеупомянутом фильме. Если бы не Каммингс с его принципиально иной стратегией выхода на ранее не обнаруженный электорат, состоящий из сторонников Брекзита, то никакого Брекзита не было бы. А сам факт, что именно Каммингс фактически отправил в отставку премьер-министра Дэвида Кэмерона, который пошёл на референдум в полной уверенности, что большинство проголосует за то, чтобы оставаться в Евросоюзе, нынешнему главному помощнику Джонсона есть кому припомнить в руководстве консерваторов.

Поэтому вполне понятна забота «невесты» о том, чтобы «жених» не усугубил и без того тлеющий конфликт с довольно серьезной группой фракции тори в Палате Общин, радикально настроенной против ещё одного локдауна как средства борьбы с пандемией коронавируса. Она явно не хочет оказаться в положении жены экс-премьера. Пока это ей напрямую не грозит. Но женская интуиция – вещь необъяснимая, хотя чаще всего – верная.  Тем более, что интуицию можно определять как избыток информации.

И вот свежая информация такова: на прошлой неделе 34 парламентария-консерватора открыто проголосовали против этого предложения своего премьер-министра. А при том, что совершенно неизвестно, чем обернётся новый локдаун и в экономическом, и в собственно эпидемическом смысле, политические последствия этого решения премьера ещё менее предсказуемы.

Наверное, все эти резоны Кэрри изложила Борису, и потому он отменил собственное решение назначить Ли Кейна руководителем собственной администрации. Теперь встаёт всё тот же вопрос: что предпримет Доминик Каммингс? Ему не надо никуда продвигаться – он ценен сам по себе. Но выдержит ли Джонсон всё более усиливающийся прессинг в отношении своего помощника? Каммингс – «бельмо в глазу» у очень многих из политического истеблишмента Великобритании. Неконвенциональный выскочка, высокомерный «умник», эксцентричный «везунчик», способный управлять ходом событий и добиваться, казалось бы, невозможного – ничего иного кроме зависти, раздражения и желания его любым способом «сжить со свету» (в переносном, понятно, смысле») в широкой политтусовке он не вызывает.

Повторюсь. Вряд ли Кэрри Саймондс движима именно такого рода эмоциями – ей ли, почти что «первой леди» Великобритании (не считая королевы) завидовать Доминику?! Но холодный прагматический расчёт в какой-то момент может заставить её  поднять перед «женихом» (или уже «мужем») вопрос об уместности пребывания Каммингса на Даунинг-стрит 10.

Само собой, что и сам Каммингс всё это прекрасно понимает. Но, как всякий гений в своём роде, он с собой поделать ничего не может. Поменяться не в его силах, да и бесполезно стараться – никто в его перемену не поверит. И принцип «не забудем, не простим» останется главным критерием отношения к нему и в консервативной партии, и во фракции тори, и даже в «собственной Его Премьерского Высочества канцелярии» (если бы таковая существовала). Так будет ли он ждать того рокового часа, когда «босс» в мягкой форме и извиняющимся тоном всё-таки скажет: «You are fired».

Эту излюбленную формулу Дональда Трампа я вспомнил не случайно. Достоверно не известно, по чьему совету Борис Джонсон направил Джо Байдену поздравление с победой  на президентских выборах в США. При чём, в твиттере и с большим конфузом. Как оказалось за текстом с именем Байдена ясно просматривались слова «Трамп» и «второй срок». Британское правительство объяснило всю ситуацию «технической накладкой», поскольку изначально были подготовлены два варианта поздравления. Поэтому Джонсону пришлось исправлять эту оплошность уже телефонным звонком.

 Но, во-первых, у того же Байдена-президента «осадочек» явно останется. А, во-вторых, Байден, в отличие от Трампа, является открытым противником Брекзита. И, конечно, Каммингс в роли главного помощника Бориса Джонсона сколь-нибудь тесному сотрудничеству между президентом-демократом и премьером-консерватором способствовать не сможет.

И ещё одно обстоятельство, которое может омрачить отношения между премьером и главным помощником – окончательный итог президентских выборов в США. Трамп и его команда намерены идти до конца – вплоть до Верховного суда. И на крайний случай могут пойти на вариант, при котором законодательные собрания тех штатов, где у республиканцев большинство, направят в электоральный колледж тех выборщиков, которые проголосуют за Трампа. Вопреки голосованию избирателей. Опять-таки с непредсказуемым результатом. Но, если всё-таки Трамп… И если Джонсону придётся отзывать своё прежнее поздравление… А ведь вся администрация премьера фактически под контролем именно Каммингса, и, значит, тот самый неряшливый твит – тоже.

В общем будущее Доминика Каммингса сейчас – самая топовая тема британских СМИ. Некоторые комментаторы утверждают, что его судьба в качестве главного помощника премьера «висит на волоске». Другим представляется, что некоторое время он ещё «повисит», прозрачно намекая на то, что с его уходом Джонсон лишится ещё пятерых ближайших сотрудников. И тогда ему придётся проверить истинность утверждения, что «незаменимых нет». А может ведь оказаться, что – есть..?