Партийные цели ближайшего года

Партийные цели ближайшего года

28 сентября 2020 г. 9:40

Обзор прессы 28 сентября

Главной политической темой, о которой сегодня пишут все газеты стало возобновление после многих лет перемирия военного конфликта между армянами и азербайджанцами в Нагорном Карабахе. Что касается внутриполитических тем Росси, то ряд федеральных изданий публикует материалы о планах основных партий на ближайший год.

«Коммерсант» сообщает, что власти поставили цель на выборах в Госдуму 2021 года провести своих депутатов в 210 из 225 одномандатных округов. Об этом говорят источники “Ъ” в администрации президента и «Единой России».

По итогам будущих выборов в Госдуму (пока, по словам собеседников “Ъ”, наиболее вероятно, что они пройдут по плану, в сентябре 2021 года) Кремль по-прежнему намерен удержать в нижней палате конституционное большинство (не менее 300 из 450 мандатов). Как поясняет источник “Ъ” в АП, для этого кандидаты власти должны победить в 210 из 225 одномандатных округов. Это же число называют и два источника “Ъ”, близких руководству ЕР. Один из них считает, что АП ставит такую задачу «с запасом». На выборах 2016 года ЕР сумела выиграть 203 округа и получила в сумме 343 мандата.

По словам собеседника “Ъ” в АП, искомые 210 мандатов надо набрать и за счет самой ЕР, и с учетом кандидатов от малых партий и самовыдвиженцев.

Источник, близкий к руководству ЕР, утверждает, что такая цель поставлена именно для партии власти. Секретарь генсовета ЕР Андрей Турчак ранее заявлял, что цель партии на этих выборах — получить в Думе более 301 мандата.

Представители основных «мозговых центров», близких к АП, пока уверенно говорят именно об электоральных перспективах самой партии власти, а не других проектов.

Глава Фонда развития гражданского общества Константин Костин считает, что малые партии могут бороться только за одномандатные округа и преодоление трехпроцентного барьера, дающего госфинансирование. «Для думских выборов нужны идеология и понятная линейка узнаваемых федеральных кандидатов. В федеральном масштабе нельзя набрать голоса только на том, что ты альтернатива. Конечно, есть ситуативный электорат, который голосует из эксперимента, но его недостаточно для 5%. Малым партиям не хватает самого главного — морального обоснования своего права на лидерство и политическое представительство»,— отмечает эксперт.

По его словам, у малых партий нет антирейтинга, но и получить серьезную прибавку к рейтингу уже не получится. Серьезно изменить расклад могут только какие-то масштабные события, которые вызовут кризис доверия к существующим партиям, добавляет господин Костин.

«Пока расчет на малые партии в федеральном масштабе не выглядит очевидным»,— признается источник “Ъ” в АП.

Близкий к АП собеседник поясняет, что на осенних выборах малым партиям помогли внутриполитические блоки региональных властей, но на федеральном уровне реализовать это слишком сложно.

На 20 сентября рейтинг ЕР, по данным ВЦИОМа, составлял 31,7% (от всех опрошенных). За год до прошлых думских выборов, 20 сентября 2015 года, он был 54%, а накануне выборов-2016 — 41,1%. В итоге по партспискам единороссы набрали 54,2% голосов.

Некоторые собеседники “Ъ”, близкие к внутриполитическому блоку Кремля, считают установку на единоличную победу партии власти ошибочной.

Политконсультант Григорий Казанков полагает, что поиск конституционного большинства с расчетом на новые партии выгоден со всех точек зрения. «Реально сейчас "Единая Россия" может рассчитывать на 35–40%. Неправильно, чтобы она единолично получила конституционное большинство. А корректировки результата могут вызвать протесты, как было в 2011 году у нас или недавно в Белоруссии. Утилитарно-технологически играть в несколько партий тоже лучше. В некоторых региональных парламентах у нас сейчас по шесть фракций — кому-то от этого стало плохо?»

Эксперт считает, что хорошие шансы на получение 5% есть у Партии пенсионеров за социальную справедливость, «Новых людей» и «Зеленой альтернативы», чуть меньше они у «Родины» и «Яблока». «Коммунисты России» и КПСС могут рассчитывать на прохождение барьера, если на думские выборы пойдет кто-то один из них, добавляет господин Казанков.

Политолог Александр Пожалов считает, что 210 округов — это все же «кризисный вариант», в который закладывается резкое ослабление результата ЕР по списку — «либо результат ЕР должен упасть до 30% при четырехпартийной Думе, либо власть закладывается на прохождение по спискам сразу шести партий с результатом ЕР в 35–40%».

Он отмечает, что регионы «электоральной мобилизации» дают ЕР на федеральном уровне и высокую явку, и высокий процент, и ожидать падения ее результата ниже 40–45% не стоит. Поможет партии и публичная поддержка президента Владимира Путина. При этом раскрутка малых партий приведет к снижению результата всей думской четверки, в том числе и ЕР, а вот продвижение отдельных кандидатов от малых партий по округам можно обеспечить таким образом, что оно не будет ослаблять списочный результат «Единой России», указывает эксперт.

Он также добавляет, что в проблемных округах раскол электората может пойти по принципу «за или против кандидата от власти», как в 2019 году на выборах в Мосгордуму, а в простых победит и единоросс. «Выдвижение не от ЕР, а от другой партии или как надпартийная фигура нужно, скорее, самим новым кандидатам, которых власть уговорит пойти на выборы, если они не видят себя в партии власти»,— полагает господин Пожалов.

«Независимая газета» пишет, что всероссийскую акцию КПРФ «За чистые и честные выборы!», прошедшую в выходные, едва ли можно считать большим успехом левых. Хотя по географическому охвату она и была широкой, но с точки зрения числа участников не стала массовой, а главное, полноценно протестной. Например, митингов и тем более демонстраций были единицы, в большинстве регионов их просто не разрешили. Так что в основном коммунисты высказывали громкие требования в ходе одиночных пикетов или встреч депутатов с группами избирателей. Эти мягкие форматы уличной борьбы не очень подходят для реализации той жесткой стратегии, которую Компартия вроде бы готовит на думские выборы.

КПРФ действительно провела свою всероссийскую акцию во всех регионах. Однако, по наблюдению «НГ», традиционных левых митингов и шествий практически нигде не состоялось. Исключением можно считать Хабаровск, где, впрочем, демонстрации проходят каждую субботу на протяжении последних трех месяцев.

Более того, получается, что в этом городе коммунисты просто воспользовались уникальной ситуацией свободы уличного самовыражения. 26 сентября стал особенным днем, потому что ровно два года назад жители края и выбрали на пост губернатора Сергея Фургала в ходе второго тура выборов. Поэтому в субботу в Хабаровске просто не могло не пройти традиционное шествие до здания администрации со стандартными требованиями отставки всех властей – вплоть до президента Владимира Путина. В этой общей акции и приняли участие активисты КПРФ. То есть красные знамена и плакаты с символикой партии действительно мелькали в толпе, но сказать о том, что левые возглавили митинг, никак нельзя.

Если в Хабаровске была единственная манифестация, то в соседнем Владивостоке в рамках всероссийской акции протеста против фальсификации выборов прошло как бы собрание жителей, но в форме мини-митинга – с несколькими десятками участников, сценой и звукоусиливающей аппаратурой. И это для современных коммунистов по нынешним временам стало большой редкостью. Еще одним заметным в этом отношении городом стал Краснодар, где со сцены митинга выступили бывшие кандидаты в краевую думу. Правда, власти отправили актив КПРФ митинговать в парк. Также митинг левым удалось согласовать в Казани, но опять же не на какой-либо центральной площади, а в сквере.

При этом все эти митинги, по информации «НГ», собрали не более нескольких десятков человек. В большинстве же регионов, то есть практически везде, акция КПРФ прошла в формате одиночных пикетов, встреч депутатов с избирателями или вообще в виде неких партизанских действий. Например, в Омске раздавали газету на улицах, в Чебоксарах был автопробег с красными флагами, совмещенный с раздачей газет. В Самарской области были одиночные пикеты – как и в Адыгее, Крыму, Чувашии, Калмыкии, Марий-Эл, Волгоградской, Костромской, Калининградской областях и многих других регионах.

Тульские коммунисты вообще провели флешмоб в соцсетях, призвав граждан выкладывать фото с плакатами об отмене трехдневного голосования «на пеньках и лавочках», а также приравнивании фальсификации выборов к измене родине. Формат встречи с депутатами избрали, к примеру, в Воронеже, а в Москве депутаты Госдумы Юрий Синельщиков и Денис Парфенов с плакатами «Кремлевские пиротехники взрывают страну», «Сфальсифицировал выборы – в тюрьму» вышли к администрации президента на пикет, к которому потом присоединились активисты «Левого фронта».

Зампред ЦК КПРФ Дмитрий Новиков сообщил «НГ», что запреты на митинги и шествия были вполне ожидаемы: «К сожалению, законодательство о митингах довольно жесткое, а власть использует рост заболеваемости для новых политических ограничений. КПРФ сделала все возможное, чтобы акция вообще состоялась». Зампред КПРФ Юрий Афонин пояснил «НГ»: «Практически все заявки на митинги и демонстрации были отклонены. Но мы провели акцию во всех сельских поселениях и районных центрах страны. Были пикеты и около зданий администраций. Было важно, чтобы в тех условиях, когда люди неохотно ходят на выборы или вообще боятся выходить из дома, нашу акцию граждане увидели – и они ее увидели. И вообще важнее протесты тысяч людей по всей области, чем тысячи людей в одном месте».

Глава Политической экспертной группы Константин Калачев напомнил «НГ», что коммунисты играли по правилам много лет – и было бы странно, если бы сейчас они решили их нарушить. «Это бы означало для них перейти из оппозиции системной в несистемную, но они этого делать не собираются. Протестовать они как оппозиционная партия обязаны – и эту свою готовность показывают, но при этом отнюдь не радикализируются.

КПРФ решает две задачи: показывает ядерному и общепротестному электорату свой оппозиционный имидж и принципиальную готовность к действиям, но в то же время партия посылает сигнал Кремлю, что не намерена раскачивать систему, предпочитает не рвать отношения с властью, а договариваться», – подчеркнул эксперт.

Калачев отметил, что для левых ключевой вопрос стратегии политической борьбы в первую очередь связан с их взаимоотношениями с властью, с желанием сохранить статус-кво, представительство в законодательных органах, а также роль и место второй партии страны. Акции же протеста – это мероприятия больше декларативного характера, в ходе которых коммунисты заявляют власти, что они против новых выборных условий. И если в ряде регионов акции имели более радикальный оттенок, то это лишь за счет недовольства местных руководителей действиями избиркомов, а «верхушка КПРФ, в свою очередь, понимает, что перегибы на местах со списками КПРФ – это не дирижизм из Кремля, а скорее перегибы на местах». Поэтому-то партия готова оставаться «оппозицией его величества», надеясь, скажем, на более справедливый раздел думских округов.