Законотворцы вышли на финишную прямую

Законотворцы вышли на финишную прямую

23 июля 2020 г. 9:51

Обзор прессы 23 июля

Главной внутриполитической темой стало вчерашнее пленарное заседание Госдумы. В ходе него депутаты заслушали отчет глав правительства Михаила Мишустина, а затем подвели итоги работы весенней сессии 2020 года. Об этом написали все ведущие федеральные издания. Особого внимания прессы удостоились именно итоги работы нижней палаты.       

«Ведомости» пишут, что нынешнему, седьмому созыву Госдумы осталось работать год – выборы планируется провести осенью 2021 г. Представители «Единой России» заявляли, что партия на следующих выборах хочет получить конституционное большинство.

В ходе этой сессии Госдуме удалось избежать принятия поправки о досрочных выборах, несмотря на то что с такой инициативой в марте при обсуждении законопроекта о поправках в Конституцию выступил единоросс Александр Карелин. Резко против этой поправки с думской трибуны выступил лидер КПРФ Геннадий Зюганов.

Тогда же еще одну поправку внесла единоросс Валентина Терешкова, предложившая обнулить президентские сроки Владимира Путина, чтобы он смог избираться на пост президента и в 2024 г. На заседание прибыл президент Владимир Путин, разрешивший интригу: одобрив поправку Терешковой, он заявил, что поскольку по досрочным выборам в парламенте нет консенсуса, то не видит в них необходимости.

Собеседники «Ведомостей», близкие к Кремлю, говорили, что на досрочных выборах настаивал внутриполитический блок Кремля, а председатель Госдумы Вячеслав Володин выступал против. Однако, несмотря на это, в администрации президента до сих пор обсуждается возможность досрочных выборов, говорят два собеседника, близких к администрации. На прошлой неделе председатель ЦИК Элла Памфилова выступила с предложением перенести единый день голосования с сентября на другое время.

Основная работа в эту сессию у депутатов была связана с внесением поправок в Конституцию. Еще год назад Володин несколько раз в своих выступлениях поднимал тему подобных изменений. Тогда собеседники «Ведомостей» в Госдуме и близкие к Кремлю говорили, что он готовит общественное мнение.

В послании Федеральному собранию в январе Путин предложил, по сути, реформу госвласти. Уже через несколько дней президентский законопроект о поправке в Конституцию поступил в Госдуму. Была сформирована рабочая группа по подготовке поправок, в которую вошли общественные и культурные деятели, спортсмены, сенаторы и депутаты Госдумы от всех фракций.

Основная работа по поправкам в Госдуме легла на комитет по госстроительству. Изначальный президентский законопроект был существенно изменен. Следствием внесения поправок в Конституцию стало изменение избирательного законодательства. Поскольку поправки в Конституцию россияне должны были одобрить на общероссийском голосовании, то в законодательство внесли изменения, которые бы позволили его провести. Эта процедура не регулировалась так строго, как проведение выборов и референдумов. В итоге некоторые новшества, опробованные на голосовании по поправкам, вошли и в избирательное законодательство.

Часть поправок была внесена еще до общероссийского голосования из-за сложной санитарно-эпидемиологической обстановки, а ключевые поправки Госдума приняла в последнюю неделю этой сессии. В мае были приняты поправки, которые позволили россиянам участвовать в выборах и референдумах дистанционно – с помощью электронного голосования или по почте. Июльские же поправки оказались радикальнее – они узаконили трехдневное голосование на выборах (голосование по поправкам длилось неделю) и запретили участие в региональных и муниципальных выборах наблюдателям из других регионов.

В эту сессию депутатам пришлось принимать пакет законов, одна часть которых касалась мер поддержки экономики и граждан в период пандемии коронавируса, а другая – административной и уголовной ответственности за нарушение карантина и фейкньюс о коронавирусе. В начале июля Володин говорил, что 35 депутатов переболели коронавирусом или уже имеют антитела. Для журналистов посещение Госдумы было запрещено почти четыре месяца, пленарные заседания, число которых сократилось, транслировались онлайн.

Еще одной особенностью нынешней сессии стал уход нескольких ключевых депутатов в исполнительную власть. После январской смены правительства на должности заместителей руководителя аппарата правительства ушли председатель комитета Госдумы по информполитике Леонид Левин («Справедливая Россия») и депутат Александр Грибов («Единая Россия»), а на должность замминистра труда – Ольга Баталина («Единая Россия»). Депутат Олег Николаев («Справедливая Россия») стал врио губернатора Чувашии, а Михаил Дегтярев (ЛДПР) на этой неделе был назначен врио главы Хабаровского края. Россотрудничество возглавил депутат Госдумы Евгений Примаков («Единая Россия»).

В следующую сессию Госдуме предстоит работать над законопроектами в развитие поправок в Конституцию. Изменений потребует около 100 федеральных и конституционных законов, говорил глава комитета по госстроительству Павел Крашенинников: «Новых законов будет не так много: закон о культуре, законы о Госсовете и о федеральных территориях».

Работа Госдумы в эту сессию была реактивной, текущую работу пришлось отложить, нужно было делать то, что диктовала повестка – пандемия, Конституция и т. д., говорит президент «Петербургской политики» Михаил Виноградов: «Мобилизация власти в первом полугодии была высокая, но для Думы сессия носила технический характер, где трудно было себя проявить. Попытки Володина в последний день сессии, когда был отчет премьера Михаила Мишустина перед парламентом, вызвать министров по очереди на ковер – это своего рода претензия напомнить о субъектности Госдумы, поскольку в ходе сессии для этого не было поводов». В следующую сессию Госдума будет действовать так, как велит конъюнктура, попытка позиционировать себя как подчеркнутый антипод «взбесившемуся принтеру» захлебнулась уже давно, готовность Думы быстро принимать спорные законопроекты остается по-прежнему высокой, считает Виноградов: «Особых ожиданий от следующей сессии нет. Госдума будет идти по повестке, но продолжит пытаться создавать поводы, чтобы напоминать о притязаниях на субъектность».

Разговоры о досрочных выборах, которые до сих пор продолжаются, будут создавать невротичность у депутатов, полагает Виноградов: «Это решение будет зависеть не от них. Но им важно будет делать вид, что такой перспективы нет. При этом им надо будет демонстрировать публичность, поскольку эта сессия давала для этого не слишком много поводов, так как пришлось скорее оформлять решения исполнительной власти, чем быть двигателем народных интересов. Но это тоже скорее касается отдельных депутатов, прежде всего одномандатников. Партии же будут заботиться о своем выживании скорее в коридорах исполнительной власти, нежели использовать для этого думскую трибуну, тем более что интерес к думской работе сложно назвать зашкаливающим».

«Коммерсант» продолжает. Новые вызовы и угрозы потребовали принятия беспрецедентных экстренных мер, отмечает политолог Константин Калачев: «Кто-то скажет, что они были недостаточными, но, например, помощь семьям с детьми продемонстрировала свою эффективность самым явным образом при голосовании за поправки к Конституции».

У политолога Александра Пожалова есть вопросы к качеству проработки спорных законопроектов. По его мнению, многие новые нормы «чреваты ростом числа социальных конфликтов на местах к выборам». «Ну и, конечно, крайне спорным и недостаточно аргументированным оказалось поспешное принятие законов о принципиально новой организации процедур голосования и наблюдения на выборах. Но в данном случае Госдума лишь реализует политические установки администрации президента и предложения ЦИК»,— добавляет эксперт.

Дума продолжила наступление на права граждан, уверен политолог Александр Кынев: «На мой взгляд, эта сессия рекордная по количеству законов, резко ухудшающих избирательные права. За эти месяцы произошел качественный регресс в российском избирательном праве, и сейчас мы имеем худшие электоральные правила за все последние 30 лет. Это говорит о том, что рейтинги падают, и они принимают поправки, которые ни в одной нормальной стране не могут быть восприняты как адекватные».

«Независимая газета» пишет, что Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) и Центр политической конъюнктуры опубликовали результаты опроса, посвященного электронному голосованию. Можно сказать, что это повторное исследование: предыдущее, с теми же вопросами, проводилось в мае, еще до того, как в Москве и Нижнем Новгороде жители смогли дистанционно поучаствовать в голосовании по поправкам к Конституции.

По данным опроса, инициативу голосования через интернет одобряют 50%, а не одобряют 44%. В мае преимущество было у скептиков: 49% против 46%. 30% опрошенных на следующих выборах предпочтут электронное голосование. В мае об этом заявили лишь 23%. Ожидаемо чаще всего за дистанционное участие в голосовании высказываются граждане от 18 до 34 лет.

Это пока не победа электронного голосования над традиционным – до нее еще далеко, и в России все меняется медленно. Однако можно говорить о признаках перелома. Этим летом дистанционное голосование активно продвигали и популяризировали, в двух регионах многие люди его опробовали, и скорее всего от этой практики не просто не откажутся – ее будут распространять и расширять. Технические проблемы, о которых говорят опрошенные, вполне решаемы.

Организаторы исследования отмечают, что скепсис в отношении электронного голосования связан в первую очередь не с техническими деталями, а с репутацией самого института выборов в России. 33% опрошенных (в мае их, впрочем, было 43%) говорят, что допускают «умышленные манипуляции и мошенничество» на выборах через интернет. Главные недостатки электронного голосования, по мнению участников опроса, – это «простор для фальсификаций» (28%) и «риски утечки данных» (16%). 7% говорят о «невозможности отследить», правильно ли подсчитали голоса.

Риск утечки данных напрямую связан с темой процедурной чистоты. Перед любыми выборами в Сети появляются сообщения о том, что работников того или иного предприятия, чаще всего бюджетного, заставляют участвовать в голосовании или вовсе голосовать определенным образом. Последнее сложно проверить, если соблюдается принцип анонимности. Но насколько он соблюдается в интернете? Что, если произойдет утечка, целенаправленный слив данных? Может ли заинтересованное лицо получить доступ к информации о том, кто и как голосовал?

Граждане в возрастной группе от 18 до 34 лет – это не только главные бенефициары электронного голосования, способные оценить современность и удобство новой технологии. Одновременно они же главные критики реальной практики выборов в России. У них больше всего сомнений в том, что голоса подсчитываются правильно, что бюллетени не вбрасываются, а данные не фальсифицируются.

Переход к электронному голосованию – универсальный тренд, признак современности. Запрос на него в России будет расти. Однако тем, кто продвигает эту практику и развивает ее, не стоит делать вид, будто претензии и пожелания связаны исключительно с техническим удобством и устранением ошибок. И скепсис далеко не всегда означает технологическую отсталость, страх перед всем новым и прогрессивным, параноидальное недоверие к интернету.

Наиболее активное политически поколение запрашивает не только возможность голосовать в два-три клика, не прерывая бизнес-ланча. Оно хочет доказательств того, что голоса посчитали правильно, а за тех, кто решил не изъявлять свою волю, не поставили «нужные» галочки. Дополнительные, этико-политические требования к новой технологии предъявляют именно те, от кого зависит, станет ли электронное голосование массовой практикой – или же так и застрянет на стадии эксперимента.