Парламентские выборы в Азербайджане: обновление vs стабильность

Парламентские выборы в Азербайджане: обновление vs стабильность

10 февраля 2020 г. 12:46

Владимир Аватков, с.н.с. Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН, доцент Дипломатической академии МИД России, тюрколог

9 февраля в Азербайджане завершились досрочные парламентские выборы, в результате которых большинство мест – по предварительным данным, но весьма уверенно – получает правящая партия «Новый Азербайджан». Несколько мест получают «Единый Азербайджан» и «Гражданская солидарность», по креслу есть и у «Партии демократических реформ», «Великого созидания», «Народного фронт Единого Азербайджана» и партии «Отечество».

Явка на выборах составила около 48 %, однако по действующему законодательству количество избирателей для принятия решения значения не имеет. Международных наблюдателей было практически 900 человек (и более 77 тысяч местных), и почти все они отмечают прозрачность, слаженность и демократичность выборов, выделяя лишь незначительные нарушения или предъявляя достаточно одиозные претензии, например – о том, что наблюдателям надо было сидеть (или стоять?).

На участки имели возможность прийти все граждане Азербайджана, но только внутри страны (за рубежом голосование не проводилось), самому пожилому избирателю исполнилось 126 лет. В выборах участвовало рекордное число кандидатов – более 1300, из которых меньше четверти выдвигались от партий (за места в парламенте боролись 19 партий), остальные – самовыдвиженцы, что обеспечивает демократичность процесса и позволяет активным представителям общества занять свою позицию в политической системе. Для избирателей было открыто более 5,5 тысяч избирательных участков, было много молодых кандидатов, в том числе младше 30 лет, среди кандидатов было 295 женщин, а с экранов телевизоров активно пропагандировался тот факт, что Азербайджан был первым мусульманским государством, где женщины получили право быть избранным.

С таким первенством могли бы поспорить только турки, которые пытаются быть главой всего тюркского сообщества и не любят уступать пальму первенства, жаждут более активной политики по линии «одна нация – два государства». К слову, азербайджанское руководство же проводит намного более взвешенную политику в отношении Турции, чем в эпоху Эльчибея, западный вектор умеренный, но активный, при этом российские позиции в стране во многом обеспечены историческим и естественным взаимодействием правящего клана Алиевых с Москвой, очевидна необходимость усиления институционализации отношений (например, расширение межпарламентского диалога) и более активной коммуникации в гуманитарной плоскости.

Возвращаясь к выборам, следует отметить, что они прошли предсказуемы. Стабильность политической системы очевидна, однако очевидно и обновление. Собственно – сама задумка выборов и была направлена на обновление политической элиты для проведения реформ. Многие функционеры работали в системе со времен отца президента Гейдара Алиева, для движения вперед после смены правительства и администрации нужна была «молодая кровь». Это было очевидно и «народным массам», и власти. Вроде, компромисс удался, по крайней мере на данном этапе.

Такого рода стабильность, противоречащая цветным революциям и хаосу, не будет устраивать Запад, однако на данном этапе следует предсказывать незначительные протесты, которые не имеют достаточно возможностей для перерастания в нечто большее, если только этого не захотят очень сильно не только на Западе, но и где-то у соседей, например – в Анкаре.

Очевидно, что прошедшие выборы – это лишь небольшой, но значительный шаг в деле демократизации политической системы, во многом заточенной под лидера, что свойственно для постсоветского пространства. Для сохранения стабильности и преемственности, противодействия внешнему негативному влиянию лидероцентризм постепенно должен меняться активизацией институтов власти, что в последнее время наблюдается в отдельных странах СНГ.

А еще – люди ценят успехи власти, но всегда хотят развития, а значит – на месте стоять нельзя, хорошо бы и решать сложные вопросы, что возможно только в эпоху стабильности, после которой может быть поздно. Вот так и предстоит идти Азербайджану – между стабильностью и обновлением, между Сциллой и Харибдой.