Российские политические новации

Российские политические новации

5 февраля 2020 г. 9:40

Обзор прессы 5 февраля 2020

Ведущие федеральные издания продолжают внимательно следить за работой специально созданной группы по внесению поправок в Конституцию России. О некоторых новациях пишет сегодня ряд СМИ. Однако есть и такие газеты, которые освещают другие внутриполитические темы.

«Ведомости» сообщают, что в России в преддверии выборов в Госдуму 2021 года начался партийный бум. За последний год Минюст зарегистрировал информацию о 39 оргкомитетах новых партий, причем 17 из них появились в сентябре – декабре ушедшего года, а еще четыре – в январе 2020. По закону о партиях оргкомитет, срок полномочий которого составляет не более года, должен подготовить и провести учредительный съезд, после чего у партии есть полгода на регистрацию отделений не менее чем в 43 регионах. По достижении нужного минимума партия получает госрегистрацию и право участия в выборах.

В названиях семи оргкомитетов, по данным Минюста, фигурируют слова «народ» и «справедливость»: «Благо народу», Партия народа, «Мы из народа», Союз справедливых сил России и т. п. Несколько партий ориентированы на левые идеи («Новые левые», Объединенная коммунистическая партия, Революционная рабочая партия) или консерватизм (Социально-консервативная, Консервативная и Консервативно-республиканская партии). Кроме того, в списке есть партии «СтопЖКХ», «Право на оружие», «Достойная жизнь», «Сильные люди» и даже «Политическая партия Посвященных России». А вот экологическая партия там лишь одна – «Зеленая альтернатива».

Предыдущий всплеск партстроительства случился после либерализации в 2012 г. партийного законодательства: если осенью 2012 г. право участия в региональных выборах имели 27 партий, то в 2015 г. – уже 74. Однако в 2014 г. законодательство вновь ужесточили, вернув в закон норму об обязательном сборе подписей партиями, не представленными в федеральном и региональных парламентах. В результате в 2015–2016 гг., накануне прошлых выборов в Госдуму, было зарегистрировано всего три партии – «Возрождение аграрной России», Партия родителей будущего и «Альтернатива для России», а за три года после выборов – еще две: Партия малого бизнеса и «Народно-патриотическая партия – Власть народу». Сейчас в списке зарегистрированных 50 партий.

В декабре 2019 собеседники «Ведомостей», близкие к администрации президента, говорили, что во внутриполитическом блоке Кремля обсуждается идея допуска на выборы 2021 большого числа малых партий, чтобы «Единая Россия» получила по партспискам дополнительные мандаты за счет перераспределения голосов партий, не преодолевших 5%-ный барьер. После этого стало известно о появлении нескольких новых проектов, включая «За правду» писателя Захара Прилепина (учредительный съезд прошел 1 февраля) и Партию прямой демократии бывшего директора по продукту World of Tanks компании Wargaming.net Вячеслава Макарова.

Пресс-служба Минюста сообщила «Ведомостям», что деятельность оргкомитета прекращается после проведения учредительного съезда партии либо по истечении срока его полномочий, в связи с чем оргкомитет исключается из списка. Статистики о числе оргкомитетов, созданных в  2014-2015 гг., в ведомстве нет. При этом с 2016 г. было ликвидировано 25 партий – как по их инициативе, так и на основании решения Верховного суда, говорится в ответе на запрос.

Перед выборами 2016 года не было столько оргкомитетов новых партий, вспоминает руководитель Фонда ИСЭПИ Дмитрий Бадовский: «После либерализации 2012 г. к выборам 2016 г., по сути, формировалась новая партсистема: партии должны были зарегистрироваться и поучаствовать в выборах, чтобы выйти к думским выборам с парламентской льготой. Поэтому перед выборами уже не было активного партстроительства. Кроме того, в условиях крымского консенсуса рейтинги власти и партий были высокие, поэтому новые игроки понимали, что у них мало шансов». Сейчас есть 13 партий с федеральной льготой и 7–8 партий, эпизодически участвующих в выборах, т. е. набор партструктур широкий и их можно переформатировать и активизировать к выборам-2021, считает эксперт: «Могут быть соображения, что партии не очень удачные и проще сделать новые, привлечь внимание с помощью новых лиц. Но даже исходя из этой логики места для 20 новых партий в электоральном поле нет».

После падения рейтингов власти и роста числа людей, готовых голосовать за непарламентские партии (это 10–15% избирателей плюс, может быть, часть тех, кто не хочет ходить на выборы), технологи партсистемы могут считать, что часть людей проголосует за новые проекты, предполагает Бадовский: «Сейчас свободна левопопулистская ниша с ценностями перераспределительной справедливости, в нее пытаются встроиться многие зарегистрированные оппозиционные партии. Туда же будут стремиться новые партии, но понятно, что мест на всех не хватит». Создание партий – большой проект, требующий бюджета на регистрацию и медийную раскрутку, подчеркивает эксперт: «Так что это довольно емкий рынок для политтехнологов и возможность поработать. И как раз для технологов существующие партии скорее мертвый груз и интереснее создание новых партий с нуля, поскольку нужно больше ресурсов».

Процесс регистрации партий был заморожен с 2014 г., когда отняли льготы почти у всех новых партий и резко увеличили необходимое количество подписей, поясняет политолог Александр Кынев: «После достижения пика в 77 партий их число стало сокращаться, а новых почти не добавлялось. Причина – по сути, двухуровневая система регистрации, когда надо регистрировать партию и региональные отделения: кто не споткнулся на первом этапе, споткнулся на втором». Поэтому планы некоторых новых партийцев попасть на региональные выборы уже в 2020 г. выглядят самонадеянно, считает эксперт: «Это означает, что к началу июня им уже надо зарегистрировать все отделения. Это можно сделать только при прямой административной поддержке, указании помогать партии. Это и будет тестом: если кто-то ускоренно пройдет регистрацию, то, значит, это сделано при патронаже со стороны власти». Пока же это все выглядит как попытка карнавала, чтобы максимально раздробить протестные голоса и создать информационный шум, мешающий концентрации голосов вокруг кого-то одного, резюмирует Кынев.

«Коммерсант» пишет, что рабочая группа по подготовке изменений в Конституции внесла в Госдуму поправку ко второму чтению президентского законопроекта, которая ослабляет полномочия Совета федерации в части назначения генпрокурора. Сейчас именно Совфед назначает генпрокурора и его заместителей, утверждая кандидатуры, представленные главой государства. Президентский вариант поправок к Конституции не предполагал изменения этого порядка.

В то же время Владимир Путин предложил закрепить в Конституции процедуру назначения руководителей федеральных органов исполнительной власти, ведающих вопросами обороны, безопасности, внутренних дел, юстиции, иностранных дел и предотвращения чрезвычайных ситуаций: их в случае принятия поправок глава государства будет назначать после консультаций с сенаторами. Рабочая группа предложила добавить в этот список и генпрокурора.

Глава комитета Госдумы по госстроительству и законодательству, сопредседатель рабочей группы Павел Крашенинников пояснил “Ъ”, что таким же изменениям подвергнется и процедура отставки генпрокурора: сейчас для нее требуется одобрение Совфеда, но в случае утверждения дополнения глава государства сможет принимать это решение единолично. «Мы надеемся, что наши поправки имеют высокие шансы на прохождение», — считает сопредседатель рабочей группы, глава комитета по конституционному законодательству Совфеда Андрей Клишас.

Поправка вызвала возмущение депутата Госдумы от КПРФ Юрия Афонина: на заседании рабочей группы во вторник он заявил, что «дух» послания президента направлен на усиление полномочий парламента, а не ослабление.

«Как родилось это предложение?» — поинтересовался он у сопредседателей рабочей группы. Ответить взялся господин Крашенинников. По его словам, накануне члены рабочей группы спорили, что произойдет, если Совфед не захочет утверждать кандидатуру генпрокурора, внесенную президентом. «Давайте вспомним, все на нашей памяти, — призвал господин Крашенинников. — Были ли такие примеры в нашей новой истории по нашей Конституции? К сожалению, были. К чему это приводило, мы тоже помним, какие были кризисы, в том числе у нас в стране».

Позже господин Крашенинников пояснил “Ъ”, что имел в виду историю с отрешением от должности генпрокурора Юрия Скуратова.

В 1999 году его отставки потребовал президент Борис Ельцин в связи с публикацией видео, якобы компрометирующего господина Скуратова. Господин Скуратов назвал видео фальшивкой и связал происходящее с расследуемыми им делами в отношении окружения президента. В марте 1999 года сенаторы отказались принимать решение об отставке генпрокурора и утвердили ее только в апреле 2000 года, то есть уже при Владимире Путине.

Политолог Аббас Галлямов считает, что поправка о назначении генпрокурора президентом укладывается в логику централизации: по его мнению, парламент в результате ослабеет, а президентская власть укрепится. Эксперт также связывает поправку с историей отставки господина Скуратова и не исключает, что изначально предполагалось внести ее не от имени президента, а от имени рабочей группы.

В свою очередь, глава Фонда развития гражданского общества Константин Костин считает, что увеличение полномочий парламента потребовало корректировки и усиления контроля со стороны президента с целью «балансировки и защиты от кризисов». Господин Костин также не обошел вниманием ситуацию с отставкой Юрия Скуратова: по его мнению, тогда в прокуратуре фактически сложилась ситуация безвластья, а такого лучше избегать: «Начальник в условной отставке — это не очень хорошо для ведомства в целом».