«Золотой век» на Британских островах

«Золотой век» на Британских островах

20 декабря 2019 г. 9:53

Леонид Поляков, член экспертного совета Фонда ИСЭПИ

Всё происходящее ныне в Соединённом Королевстве напоминает рождественскую сказку в жанре триллера со счастливым – как кажется - концом. Ещё два месяца назад подданные Её Величества королевы Елизаветы II пребывали  в состоянии ужаса без конца от того, что происходило в Палате Общин. «Подвешенный парламент» во главе со спикером Джоном Беркоу упорно проваливал все инициативы премьера Бориса Джонсона, обещавшего Брекзит до 31 октября. Его клятва «Do or die!» превратилась в главную «мишень» для ситуативного большинства из лейбористов, шотландских националистов, либеральных демократов и дюжины тори-ренегатов, сплотившихся в едином желании  добиться «смерти» - политической, разумеется – неугомонного BoJo.

«Мишень» была успешно поражена – Джонсон клятву не сдержал и вынужден был униженно просить отсрочку Брекзита у руководства Евросоюза. И это было не первое его серьёзное унижение. Верховный суд Великобритании единогласно постановил, что роспуск парламента для перерыва между сессиями и подготовки речи королевы, открывающей новую сессию, был незаконен. И что, предлагавший королеве этот роспуск (prorogation) Джонсон фактически её обманул. Уголовного преследования не последовало, но репутация премьера, как тогда представлялось многим, была необратимо подорвана.

Затем в ходе избирательной кампании Джонсону припомнили историю из его прошлой жизни, то есть в качестве мэра Лондона. Завели было дело о нескольких сотнях тысяч фунтов стерлингов, которые Джонсон направил компании некой дамы из близкого круга.

В общем, униженный, побитый и практически подследственный лидер тори повёл свою партию на самые решающие парламентские выборы за всю послевоенную историю. Скандальный имидж, казавшаяся беспроигрышной ставка противников-лейбористов на повторный референдум по Брекзиту, «медвежья» услуга Брекзит-партии Найджела Фараджа, уже забравшей  львиную долю голосов тори на выборах в Европарламент 23-26 мая, опросы, показывавшие, что сторонников Remain в данный момент существенно больше, чем сторонников Leave – всё это и ещё разные мелочи (вроде обвинения в «исламофобии»), делало кампанию консерваторов  как минимум очень непростой и непредсказуемой. При чём, настолько, что сами они до последнего дня не особо верили прогнозам, дававшим им безусловную победу с большинством до 80 голосов. И призывали своих кандидатов по округам и избирателей «не расслабляться». Сам Джонсон был в лихорадке настолько, что в  утро голосования превратился в развозчика молока в дома своих избирателей.

И вот – ошеломляющий результат: 365 мандатов у тори в Палате Общин! Гарантированное большинство без всяких «союзников». Без препятствий к исполнению очередной джонсоновой клятвы: «Get Brexit done». Ещё неделю назад  обжёгшиеся «на  молоке» (на выборах 2017 г.) тори, дули «на воду», уговаривая друг друга не верить сверхоптимистическим прогнозам, а уже в четверг они шквалом приветствий сотрясли Палату Общин, когда их лидер произнёс свою первую премьерскую речь с обещанием «новой золотой эры» для нации.

Собственно основное содержание речи Бориса Джонсона было уже доложено королевой - открывшей новую сессию парламента. Она лишь зачитала документ, написанный премьером и содержавший десятилетний план развития страны после Брекзита. А сам Брекзит, есть смысл напомнить, Джонсон твёрдо обещал осуществить до 31 января 2020. И вдобавок, заявил, что одним из первых его законов станет закон, запрещающий любую отсрочку «переходного периода» позже 31 декабря того же года. Что заставило вздрогнуть многих по обе стороны Ла-Манша, поскольку допускает тот самый вариант «No deal», за блокировку которого предыдущий парламент обещал лечь и таки лёг, что называется, «костьми».

Чем же реально «грозит» наступление «новой золотой эры» британскому избирателю, отдавшему консерваторам 365 мандатов в Палате Общин? Конкретно – вот чем.

В сфере здравоохранения и иммиграции будут приняты следующие меры.

Самая главная забота и гордость поствоенной Британии – NHS, т.е. Национальная Система Здравоохранения (напомню – бесплатная!) получит в течение следующих четырех лет финансирование в размере 33.9 млрд фунтов стерлингов. В дополнение к этому «мелочь», а «приятно» - отмена платы за парковку возле больниц для инвалидов, родителей, остающихся ночевать с больными детьми и медицинского персонала, работающего в ночное время.

Через год, когда Британия окончательно выйдет из единого рынка и таможенного союза с ЕС, будет прекращено свободное перемещение через границы страны, а иммиграция будет допускаться по австралийской системе – то есть страна будет открыта только для высококвалифицированной рабочей силы.

Будет введена процедура ускоренной выдачи виз для медицинских работников с тем, чтобы в систему здравоохранения влились ещё 50000 медицинских сестер, 6000 докторов и 6000 докторов общей практики.

К той же сфере здравоохранения относится и обещание дать клиникам больше свободы в разработке и тестировании инновационных лекарственных препаратов.

Комплекс мер в сфере безопасности и вооруженных сил.  

Обещано создать максимально неблагоприятную среду для «шпионов» - для тех, кто выдаёт секретную информацию и наносит ущерб национальным интересам.

Для лиц, совершивших террористический акт, минимальное наказание не будет менее 14 лет тюремного заключения.

Планируется внести поправки в Акт о правах человека, чтобы защитить ветеранов вооруженных сил от преследований после окончании службы за действия, которые являлись выполнением приказов и не должны квалифицироваться как «военные преступления».

Меры в сфере трудовых отношений.

Будет принят закон о правах рабочих, гарантирующий их нынешний уровень и дальнейшее повышение этого уровня.

В то же время планируется закон, обязывающий работников предприятий общественного сектора, например, на железнодорожном транспорте, во время забастовок обеспечивать базовое функционирование всех необходимых служб.

Образование и жилищное обеспечение.

Предусмотрено серьезное финансирование школ, а так же строительство миллиона новых домов, помощь  тем, кто покупает первое жильё и тем, кто жильё арендует.

Конституционная реформа.

Джонсон намерен отменить Fixed-Term Parliaments Act 2010 года, отменивший ранее существовавшее право премьер-министра объявлять досрочные выборы парламента. И, разумеется, он не забыл оскорбления, нанесённого лично ему Верховным судом. Его роль, процедура назначения судей и даже место в системе разделения властей – всё это будет специально проанализировано, и будут сделаны соответствующие выводы. Будет так же создана специальная комиссия по конституции, демократии и правам человека.

Законодательство для жизни после Брекзита.

Разумеется, правительство готовит пакет законов, которые будут регулировать деятельность в области таможенного контроля, сельского хозяйства и рыболовства. Правительственный департамент по Брекзиту после 31 января будет закрыт.

В целом речь идёт о пакете, содержащем около 40 законов (в том числе, конечно, и законы, облегчающие деятельность бизнеса), которые должны быть приняты и реализованы в течение ближайших 10 лет.

В те 10 минут, когда королева зачитывала речь, содержащую программу столь «сильной социальной политики», что в иные времена (например, во времена Тони Блэра) её вполне можно было бы счесть лейбористской, на нынешнего, но уже уходящего лидера лейбористов страшно и больно было смотреть.  Он отчётливо понимал, что Джонсон, что называется, внаглую перехватил у него «левую повестку», и что на самом деле, когда королева обещала, что «мои министры» будут делать то-то и то-то, этими министрами должны были бы быть он и его по-прежнему «теневой кабинет».

Не знаю, вспоминал ли он фильм “Face Off” с Николасом Кейджем и Джоном Траволтой, но тот сюжет вполне подходит к нынешнему случаю. С одной несущественной поправкой: Борис Джонсон и Джереми Корбин обошлись без пластической хирургии, а просто как бы обменялись «идеологическими» лицами. Или ещё точнее – Джонсон предстал перед избирателем в маске имитирующей Корбина. А Корбин оказался, так сказать, «без лица» - именно под таким названием фильм прокатывался у нас.

Корбин в целом сумел удержать себя в руках во время первого заседания нового парламента, но сквозь неподвижную маску иногда проступало скрытое бешенство. Обращенное, скорее всего не на Джонсона и торжествующих тори, а на самого себя и на часть своей собственной фракции, которая вынудила его, изначального и твердого сторонника Брекзита, начать вилять в самом ключевом вопросе. Что, в конечном итоге и отпугнуло от лейбористов даже их собственных избирателей.

Он почему-то решил, что игра в чистую демократию, в предоставление «народу» права решать «самому» свою судьбу на повторном референдуме – это выигрышная «фишка». И он почему-то не почувствовал, что так называемый «народ» - именно простой народ, а не городских и кампусных интеллектуалов и прочих записных «левых» - уже настолько достала трехлетняя возня вокруг Брекзита и непрерывные внутрипарламентские склоки, что стратегия Джонсона – «умру, но сделаю», «гэтбрекзитдан» - идеально ложится в массовый запрос на уверенного национального лидера. На человека, способного вывести страну из политического кризиса и национального тупика. Даже не важно – с какой программой. А если эта программа вполне себе про-социальная, раздающая «всем сёстрам по серьгам», то вообще прекрасно!

Весь этот поток мыслей, несомненно, не оставляющих Корбина всю последнюю неделю, с очевидностью проявился в той ярости, с которой Корбин захлопнул дверь автомобиля, увозившего его теперь уже в необратимое политическое прошлое.   

 А  ухмылка, не сходившая с лица Джонсона во время чтения королевской речи, свидетельствовала о том, что он вполне сознаёт всю парадоксальность и даже абсурдность ситуации. Что, выступая в лево-популистском «прикиде», он как бы дополнительно глумится над своим поверженным противником. И что он теперь полностью «отмщён» за все те издевательства и измывательства, через которые ему пришлось пройти в 100 дней своего прошлого премьерства.

А в таком настрое – почему бы не расслабиться и не помечтать?  И Джонсон бросил намёк на то, что ему нравится идея построить мост через море между Северной Ирландией и Великобританией. Мост, который символизировал бы единство союза. Трудно сказать, каким был источник его вдохновения в этом вопросе. Но можно предположить, что вряд ли - Николай Васильевич Гоголь и его «Мёртвые души». Даже несмотря на то, что его предки по материнской линии – выходцы из московской торговой среды XIX века. Скорее всего, он вынашивает эту идею под впечатлением более близкого нам и более наглядного примера.

Хотя расстояние в данном случае между двумя самыми близкими точками на обоих островах – около 34 километров. Да и глубина Ирландского моря, мягко говоря, другая. Ну что ж, коль скоро пожелание «семь футов под килем» - тут явно не месту, тогда – «флаг в руки!» И раз обещан «золотой век», то чего уж там - будем «гулять по полной».

Так что фамилия «Манилов» всё же поневоле вспоминается. А временами даже – и «Ноздрёв»…