Судьба востока Украины решается в Париже

Судьба востока Украины решается в Париже

9 декабря 2019 г. 9:44

Обзор прессы 9 декабря

Большинство российских федеральных изданий посвятили свои первые полосы материалам в преддверии саммита «нормандской четверки», который пройдет сегодня. СМИ анализируют предстоящую встречу, позиции сторон.  

«Коммерсант» пишет, что саммит в «нормандском формате» поднял конфликт на Украине в верхние строчки если не мировой, то общеевропейской внешнеполитической повестки. Но самое правильное отношение к активизации переговоров — не ждать прорывных решений. Украинские власти понимают: выполнение ими минских соглашений превратит Донбасс в альтернативный, неподконтрольный Киеву центр влияния на внешнюю и внутреннюю политику. Отсюда — желание передоговориться. Россия категорически против. Ее устраивает либо полное выполнение соглашений, либо сохранение статус-кво.

Саммит в «нормандском формате» (Германия, Россия, Украина, Франция) в Париже — главное и самое ожидаемое событие года в буксующем переговорном процессе по разрешению конфликта на востоке Украины. Сам факт встречи — уже событие. На высшем уровне давно не обсуждали ситуацию в Донбассе: в последний раз «четверка» собиралась в 2016 году.

Бонусом к этому — первая очная ставка президента России Владимира Путина с украинским лидером Владимиром Зеленским. После Парижа обсуждение конфликта продолжится уже в Вашингтоне: глава МИД РФ Сергей Лавров из Франции полетит в США, где встретится с госсекретарем Майклом Помпео.

Москва и Киев последние полгода работали над созданием положительного фона для переговоров в столице Франции. В сентябре Россия и Украина обменялись осужденными и удерживаемыми лицами. Среди обменянных — украинские моряки, арестованные в результате инцидента в Керченском проливе в ноябре 2018 года, а также режиссер Олег Сенцов, освободить которого требовал в том числе французский лидер Эмманюэль Макрон. Россия получила журналиста Кирилла Вышинского и ополченца Владимира Цемаха. Последнего Киев считал настолько важным свидетелем в деле о сбитом Boeing MH17, что украинские спецслужбы выкрали его с территории непризнанной Донецкой народной республики. Наконец, РФ вернула Киеву катера и буксир, задержанные близ Керчи.

Под председательством украинского президента 7 декабря прошло закрытое заседание Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины. На нем, сообщил секретарь СНБО Алексей Данилов, утвердили основной сценарий реинтеграции «оккупированных территорий» Донбасса (план не разглашается) и обозначили переговорные приоритеты на будущее: обмен пленными между Киевом и непризнанными республиками по принципу «всех на всех», восстановление контроля над участком границы с РФ, где его нет с 2014 года, прекращение огня по всей линии соприкосновения.

При этом, отметил господин Данилов, контроль Киева над границей должен быть восстановлен до проведения выборов в Отдельных районах Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО — включает территорию непризнанных ДНР и ЛНР).

Пресс-секретарь Владимира Зеленского Юлия Мендель 8 декабря в Facebook обозначила приоритеты так: «Сроки и условия возврата пленных украинцев, настоящее, а не "фейковое", прекращение огня и, конечно, вывод чужих войск и бандформирований с территории Донбасса».

Хотя украинские официальные лица расставляют вопросы, на решении которых настаивает Киев, в разном порядке, общим является то, что среди них нет ни одного нового. Договоренности по ним уже были достигнуты, но не выполнены. Перечисляемые Киевом проблемы отражены и в Минском протоколе 2014 года, и в подписанном годом позже «Комплексе мер по выполнению минских соглашений».

В России намного реже публично комментировали подготовку к переговорам по Донбассу. Но в редких и немногословных комментариях одна линия — минские соглашения следует выполнять.

«Необходимо полностью и последовательно выполнять минские договоренности, которые были одобрены резолюцией 2202 Совета безопасности ООН,— заявил 6 декабря в Риме глава МИД России Сергей Лавров.— Нам важно понимать, что планируется делать в Киеве для выполнения договоренностей, потому что слишком противоречивые сигналы поступают из украинской столицы от различных официальных лиц».

Ключевое слово в этом заявлении российского министра — «последовательно». Оно отметает попытку Киева добиться контроля над границей до проведения выборов в ОРДЛО. В девятом пункте «Комплекса мер…» записано, что восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины во всей зоне конфликта должно начаться в первый день после местных выборов. Там же, но в п. 4 отмечается: обсуждение модальностей проведения местных выборов стартует в первый день после разведения войск и отвода вооружений и техники по всей линии соприкосновения. В Минском протоколе, который детализирован в «Комплексе мер…», говорится, что выборы в ОРДЛО должны быть «досрочными».

Это ставит крест еще на одном заявленном до встречи в Париже желании украинской стороны, обозначенном недавно Андреем Ермаком: провести голосование на территориях, подконтрольных властям ДНР и ЛНР, 31 октября 2020 года одновременно с местными выборами по всей стране.

Источник “Ъ” в российских госструктурах, участвующий в переговорах с Украиной по урегулированию конфликта в Донбассе и занимавшийся подготовкой к саммиту, сказал, что позиция Москвы по поводу последовательности выполнения минских соглашений — жесткая. «Для них (украинской стороны.— “Ъ”) эта встреча политический акт, а для нас — рабочая. Если в соглашениях написано, что выборы должны быть досрочными, значит, их нельзя совместить с очередными. Никто не будет ничего пересматривать»,— отметил он.

 

Собеседник “Ъ” уверен, что намерение Киева пересмотреть, отредактировать или как-то адаптировать, как выразился Вадим Пристайко, минские соглашения, также не будет реализовано. По его словам, Париж и Берлин не раз говорили о том, что им нет альтернативы.

Поэтому единственным вероятным итогом активизировавшихся переговоров по Донбассу может стать обмен удерживаемыми конфликтующими сторонами лицами. Этот шаг можно записать в актив как очередное достижение, которое не грозит никакими политическими последствиями.

Москву, в отсутствие прогресса в выполнении минских соглашений, вполне устраивает статус-кво. Будет урегулирован конфликт или нет, Россия считает, что уже получила от него геополитическую выгоду. Перспективы вступления Украины в НАТО и ЕС после 2014 года стали настолько туманными, что всерьез на это никто не рассчитывает.

История Молдавии, где есть Приднестровье, Грузии с ее, а точнее уже не ее Абхазией и Южной Осетией, а теперь еще и Украины показала, что замороженные конфликты остаются эффективным инструментом торможения дрейфа бывших советских республик на Запад в отсутствие других способов повлиять на геополитический выбор этих стран. Цена вопроса — резкое ухудшение отношений Москвы с этими странами и санкции со стороны ЕС и США. Но Кремль пока готов ее платить. Тем более что пример Грузии показывает, что и без дипломатических отношений можно сотрудничать в экономике и решать возникающие проблемы в других, специально придуманных форматах.

 

Развитие отношений с Украиной по грузинской модели, когда конфликт не решен, а двусторонние связи сохраняются, Россию вполне удовлетворит, признался в беседе с “Ъ” занимающийся украинским направлением чиновник.

 

«Ведомости» добавляют, что западные аналитики солидарны с такими оценками. От встречи не стоит ожидать ни провала, ни прорыва – будет что-то посередине, считает директор франко-российского аналитического центра «Обсерво» Арно Дюбьен. Итоговое коммюнике готово уже с сентября, но это будет рамочный документ и самого важного в нем как раз нет – воплощения общих принципов урегулирования в жизнь, говорит эксперт: «Понятно, что наутро после саммита украинский вопрос не будет решен. Но, возможно, процесс сдвинется с мертвой точки и через год уже можно будет всерьез говорить о разрешении конфликта и снятии антироссийских санкций. Именно этого хочет французская сторона».

Возможно, лидеры договорятся о новом обмене удерживаемыми лицами, предполагает научный сотрудник Германского общества по внешней политике Штефан Майстер. Но Россия по-прежнему хочет федерализации Украины и признания повстанцев полноправными партнерами на переговорах, а это неприемлемо для Зеленского, указывает эксперт: «Москва не пойдет на компромиссы и скорее попытается оказать давление на Зеленского через людей в его окружении. Но и у Зеленского, очевидно, есть границы того, на что он может согласиться».

Российские эксперты тоже сдержанны в прогнозах. «Не нужно ждать каких-то серьезных перемен в диспозиции: никаких решений, прорывов, судьбоносных договоренностей, мощных продвижений там не будет и быть не может», – говорит политолог Федор Лукьянов. Но вполне можно ожидать возникновения личного взаимодействия Путина и Зеленского, отмечает он: «Если какой-то личный контакт у них возникнет, это несколько смягчит атмосферу».

Прогресс возможен в реализации военной части минских соглашений – более устойчивое перемирие, меньшее число нарушений и, возможно, отвод войск и продолжение обмена пленными, полагает политолог Андрей Кортунов. Но в политической части минских соглашений, похоже, сохраняются серьезные разногласия, констатирует он.

Мнения украинских экспертов разделились.

«Предполагать, что в ходе саммита будет придумана какая-то особенная формула, которая принципиально изменит ситуацию, не приходится», – признается политолог Георгий Чижов. Россия заняла довольно жесткую позицию, так как находится в наиболее благоприятной для себя обстановке за последние пять лет: Запад устал от санкций и вообще от всей этой ситуации, отмечает эксперт. «Думаю, Путин ощущает, что может выиграть все и продавить все свои условия. Пока он не убедится в противоположном, ему нет смысла идти на уступки». Но не может уступить и Зеленский, а в таких условиях возможен лишь обмен мнениями, подчеркивает Чижов: «Интересно посмотреть, до какой степени Германия и Франция готовы поддержать Россию. На Украине рисуют такую страшную картину – если раньше на таких встречах Путин был один против трех, то теперь один против трех будет Зеленский».

А вот политолог Вадим Карасев допускает и «умеренно оптимистический сценарий»: можно ждать и плана выполнения минских соглашений, и определенности по закону об особом статусе Донбасса, и договоренности об основных модальностях закона о выборах на этой территории. «Провала не будет. Не говорю, что будет прорыв, но будет шаг вперед», – убежден он.