Следующий российский парламент с большой долей вероятности будет трехпартийным

Следующий российский парламент с большой долей вероятности будет трехпартийным

4 декабря 2019 г. 16:26

Эксперты ИСЭПИ оценили возможности малых партий пройти в новую Госдуму. Итоги аналитической работы представлен в докладе “Долгая дорога в Думу. Российские партии на старте сдвоенного избирательного цикла 2020–2021 годов”.

Для каждой из партий был вычислен  “уникальный процент” избирателей. Это результат деления числа голосовавших за каждую из партий, на явку избирателей в тех регионах, где партия участвовала в выборах. 

Подобная методика вычисления  является лучшим инструментом анализа состояния партсистемы и перспектив федеральных выборов по сравнению со “средним процентом за партию” или обычными электоральными рейтингами, уверен руководитель ИСЭПИ Дмитрий Бадовский.

Расчеты ИСЭПИ показывают, что “уникальный процент” ЕР равен 51,42% (54,2% на выборах 2016 года), КПРФ — 18,02% (13,34% в 2016 году), ЛДПР — 12,53% (13,14% в 2016 году), «Справедливая Россия» — 7,68% (6,22% в 2016 году).

Если бы федеральные выборы проводились сейчас, то результат “Единой России” был бы примерно на 7% ниже, чем на региональных, то есть, оказался бы в интервале 42-45%. В парламент так же прошли бы КПРФ, ЛДПР и Справедливая Россия. При этом, ЛДПР могла бы улучшить свой результат на несколько процентов, КПРФ сохранила бы имеющийся процент голосов, а «Справедливая Россия» оказалась бы на грани прохождения 5%-ого барьера.

Другие партии, по расчетам исследователей, не набирают 5%, необходимых для получения мандатов по списку. Однако “уникальный процент” некоторых из них близок к этому барьеру.

Директор по исследованиям фонда ИСЭПИ Александр Пожалов отмечает, что доклад - это своего рода отправная точка, с которой партийно-политическая система – и прежде всего, подробно разобранные в докладе 13 "льготных" партий – начинает движение на выборы ближайших двух лет: 

 - Мы даем оценку сложившейся конфигурации партийной системы по итогам списочных выборов разных уровней 2018–2019 годов, то есть уже в условиях нового пенсионного возраста и снизившихся рейтингов власти, и показываем электоральную динамику тех партий, которые уже гарантированно примут участие в думской кампании.

Отдельно отмечу непростое положение “Справедливой России”.  Эта партия  пока остается в парламентской зоне, но сейчас уже не входит в думское ядро и очень уязвима к появлению новых активных игроков. Эсэры в первую очередь будут в зоне риска выпасть из Думы в случае активной раскрутки левоцентристских и нишевых партий, например «Зеленой» или Партии пенсионеров. 

Партия пенсионеров и “Коммунисты России” первыми претендуют на преодоление барьера 5%. Близки к зоне 3–5% и “Зеленые”, хотя география их участия в выборах не такая широкая.  Впрочем, “Коммунисты России” не столько претендуют на прохождение в Думу, сколько на несколько процентов ослабляют КПРФ.

По мнению специалистов ИСЭПИ, избежать потери голосов “активных избирателей”, выбравших не представленные сейчас в Госдуме партии, можно с помощью реформы законодательства, в частности, возвратив на выборы избирательные блоки (с участием либо только партий, либо партий вместе с общественными движениями), что позволило бы близким по идеологии партиям избежать распыления голосов своих сторонников.

В случае возвращения блоков авторы доклада ввести стимулы для сохранения самых успешных из них как единой политической силы. Например, восстановить возможность создания депутатских групп малой численности из одномандатников или распространить госфинансирование и квалификационную льготу на последующих выборах только на кандидатов от такого блока, а не от входящих в него партий по отдельности.

 Политолог Ростислав Туровский, комментируя на страницах РБК выводы экспертов,  отмечает, что вопрос о реформе избирательной и партийной систем остается актуальным, хотя недавний съезд “Единой России” продемонстрировал намерение партии удержать позиции в парламенте без существенных изменений: 

- Я допускаю, что  создание блоков и тактика договорных округов будут страховочным элементом на случай невозможности сохранить искомое конституционное большинство. Однако делаться это будет не ради малых партий, а в интересах конкретных значимых фигур из разных партий — вокруг них традиционно идет отдельный торг.

Будет ли Дума трехпартийной,  пока не очевидно. У эсэров неплохие позиции в части регионов, но не хватает эффективной работы с федеральной повесткой, считает он. Тем не менее шанс найти свою нишу в случае ухудшения позиций единороссов у них есть, и это как раз будет важным для Кремля. В конце концов, думский альянс со “Справедливой Россией” был бы политически выгоднее альянса с ЛДПР.

  Согласно подсчетам ИСЭПИ, единороссы в 2018–2019 гг. приняли участие во всех 272 кампаниях и получили более 8,3 млн уникальных голосов, или 51,42% от числа проголосовавших (на выборах в Госдуму 2016 г. партия набрала по партспискам 54,2% голосов). Но если экстраполировать эти результаты на общефедеральный округ, то показатель «Единой России» оказался бы несколько ниже и составил 42–45%, указывают эксперты. Это связано с тем, что в 2018–2019 гг. выборы по партспискам чаще проходили в благоприятных для “Единой России” регионах, а не в зонах протестного голосования.

В 2019 г. “Единая Россия” выступила лучше, чем в кризисном 2018-м, но в следующем году у нее будет немало непростых территорий, и важно увидеть, как она покажет себя там, отмечает Дмитрий Бадовский.

 Подводя итоги дискуссии, политолог предполагает, что  выборы в Госдуму в 2021 году в большой степени станут именно соревнованием перераспределительных популистов:

-  Отмечу несколько важных моментов. Во-первых, во всем мире становится все более  привычным раскол между партиями “истеблишмента” и “контрэлитными” силами в восприятии рядового избирателя.

Во-вторых,  следует обратить внимание на распределение сторонников перемен между двумя полюсами (в привычной терминологии – левым и правым): перемены в русле “перераспределительной справедливости” как первого приоритета госполитики или перемены, основанные на приоритете политических реформ, равенстве возможностей и расширении общественно-политических прав и свобод.

Свою роль будут играть и партии “одной проблемы” или “одной социальной группы” (“экологическая”,  партия “проблем пенсионеров”, “партии предпринимательства” и т.д.), но и они в ходе агитации также станут смещаться к этим полюсам.

Электоральный потенциал каждой из ниш в этой системе координат целесообразно оценивать в ходе углублённых социологических исследований. Однако уже видно, что основная масса избирателей смещена влево, в сторону “перераспределительной справедливости” (это касается и значимой части сторонников “Единой России”). И в целом около половины всего потенциального электората может концентрироваться в нише перераспределительного популизма, к которой все более тяготеют как основные оппозиционные, так и многие малые партии.