Евгений Максимович Примаков - человек нашей общей эпохи

Евгений Максимович Примаков - человек нашей общей эпохи

29 октября 2019 г. 13:41

Бывшему премьер-министру России и главе МИД Евгению Примакову исполнилось бы 29 октября 90 лет. Этого человека считают самым ярким символом независимой и ответственной российской внешней политики, проводником принципов сохранения суверенитета и укрепления влияния России на международной арене. Вклад Евгения Максимовича в строительство новой России настоящего невозможно переоценить.

Именно поэтому его юбилей выходит за рамки частного, семейного праздника. По большому счету, вспоминая этого политика, мы вспоминаем тот путь, который прошла страна за последние 20 лет - от унизительного ожидания у парадного подъезда  “вашингтонского обкома” до формирования нового геополитического центра мягкой силы, притяжение которого чувствуют на всех континентах.  

Евгений Максимович, при всей его твердости, умел и хотел находить общий язык с другими людьми. Он был, несомненно, “человеком диалога”.  Примаков рос в Тифлисе (Тбилиси), учился в Баку, куда не раз возвращался в кризисные моменты.  «Мы с ним познакомились в 1989 году в Баку. Я был комендантом района. Было чрезвычайное положение. Он приехал по поручению Горбачева и пошел в толпу, не боясь. Никто не тронул», – рассказал премьер-министр РФ (1999 г.) Сергей Степашин.

Этот настрой на разумный компромисс при сохранении курса на последовательное отстаивание национальных интересов   был вообще фирменным приёмом Примакова, изменившим российскую дипломатию. Именно Евгений Максимович выдвинул в своё время  идею треугольника – Россия, Индия и Китай. Это блестящее решение сейчас воплощено в БРИКС.

Его идея многополярного мира, пожалуй, окончательно воплотилась в жизнь в марте 1999 года. Будучи премьером, Примаков летел в Вашингтон заключать многомиллиардные контракты. Однако во время полета узнал, что американцы  собираются бомбить Югославию. И тут же развернул самолет. «Он изменил страну одним разворотом, он заставил народ себя уважать. Это самое главное, что произошло. В тот момент всем захотелось уважать свою державу, у которой есть свое слово, свое мнение», – подчеркнул президент Торгово-промышленной палаты России Сергей Катырин, с которым еще летом встречался президент Владимир Путин, чтобы обсудить юбилейные мероприятия.

Все вспоминают сейчас знаменитую “петлю Примакова”. Когда войска НАТО начали бомбардировку Югославии, Евгений Максимович, будучи тогда премьером,  в знак протеста отменил свой визит в США, где он должен был обсуждать вопрос предоставления Москве очередных кредитов МВФ. Примаков приказал развернуть правительственный самолет  в районе острова Ньюфаундленд, у северо-восточных берегов Северной Америки. Причем решение тогда нужно было принимать немедленно. Еще чуть-чуть, и не хватило бы топлива вернуться обратно.

«США намеренно планировали именно в этот день пригласить его в Америку, чтобы он не мог сопротивляться агрессии НАТО в Югославии. Американцам было очень важно, чтобы российская сторона подождала с какими-то осуждениями акции НАТОвцев», – говорит доктор исторических наук Елена Гуськова.

Демарш Примакова стал шоком для Запада, где Россия в те годы воспринималась как договороспособный “младший” партнер, не перечащий генеральной линии Вашингтона на установление однополярного мира. После этого авторитет Евгения Максимовича вырос еще больше.

Примакова часто сравнивают с Генри Киссинджером. Сам патриарх американской дипломатии говорил о дружеских отношениях, которые связывали его с Евгением Максимовичем. Будучи соперниками и находясь по разные стороны стола во время переговоров, эти два политика имели общее убеждение в том, что проблемы между Россией и США  должны решаться путем переговоров, что необходимо двигаться к достижению общего видения будущего. Когда в 1996 году Примакова назначили министром иностранных дел России, Киссинджера спросили, как он относится к этому назначению. На что бывший госсекретарь США ответил: «Мне всегда было проще иметь дело с теми, кто понимает свои национальные интересы».

Вспоминая Примакова, спикер Госдумы Вячеслав Володин назвал его своим “политическим отцом”. “Евгений Максимович был настоящим патриотом, государственником», - подчеркнул глава нижней палаты. 

«Все, за что бы он ни брался, работало на отлично. К нему испытывают глубочайшее уважение все сотрудники Министерства иностранных дел, наши разведчики. А как журналисты его всегда любили, — вспоминает руководитель фракции ЛДПР Владимир Жириновский. — Он отлично знал нашу страну. Его слова, действия прямо влияли на общественную, государственную, политическую жизнь России. Он и международные связи имел огромные: и с Генри Киссинджером накоротке разговаривал и с Мадлен Олбрайт на «ты». Весь государственный Департамент США знал, да и представителей других внешнеполитических ведомств мира. Он был выдающимся востоковедом, отличным арабистом, встречался со всеми руководителями арабских стран – его там отлично знают».

«При этом Евгений Максимович не был похож на очень жесткого человека. Скорее, добрый, даже великодушный. У него была хорошая улыбка. В том смысле, что он не был из числа тех, кто постоянно улыбается – это не всем нравится, но он понимал, что этим можно разрядить обстановку. И эта его улыбка подталкивала окружающих к нему, вызывала уважение», — вспоминает Владимир Жириновский.

«Но при этом в принятии каких‑то решений он был непререкаемым авторитетом. Это выражалось во всем: начиная с момента принятия решения и заканчивая постановкой вопроса, если речь о периоде его работы в Государственной Думе», — отметил руководитель фракции ЛДПР.

«Мне посчастливилось общаться с Евгением Максимовичем. Его отличала ясность ума, особый взгляд на происходящие события и явления. И с его доводами приходилось соглашаться даже тем, кому этого бы очень не хотелось. Достаточно посмотреть и вспомнить несколько последних статей и выступлений, в том числе которые были посвящены развитию страны в условиях санкций», — говорит заместитель Председателя ГД, руководитель фракции «Единая Россия» Сергей Неверов.

Парламентарий вспоминает, что «третий созыв ГД, где мне довелось работать с Евгением Примаковым, был уникальным: в нем были все председатели Правительства постсоветской России. Евгения Примакова отличала глубина и прозорливость, справедливость, к которой тянулись люди».

Первый заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия» Михаил Емельянов назвал Евгения Примакова выдержанным и умным человеком, «который умел просчитывать ситуации и не делать скоропалительных выводов, резких движений. Он один из выдающихся деятелей современной России», — считает Михаил Емельянов.

Он рассказал, как в партии «Яблоко» родилась идея предложить Евгению Примакову пост Премьер-министра во время острого политического кризиса 1998 года.

«Тогда Государственная Дума дважды отвергла кандидатуру Виктора Черномырдина, и если бы была представлена кандидатура, которая не устроила бы парламент, то ГД была бы распущена. И было предложение внутри «Яблока» о том, чтобы предложить [пост] Евгению Примакову. И кто‑то из депутатов сказал, что ему уже предлагали стать Премьер-министром, и он отказался», — рассказал Михаил Емельянов. Он отметил, что Евгений Примаков согласился на эту должность только после того, как ее ему предложил Борис Ельцин.

Первый заместитель Председателя ГД Иван Мельников (фракция КПРФ) отметил, что «Евгений Максимович Примаков и сегодня остается маяком для тех людей, для кого созидание, укрепление безопасности страны, развитие ее национальной экономики являются приоритетами».

«Его судьба и трудовая биография богаты на события, но там есть ключевые моменты, которые вводят его в круг исторических фигур», — подчеркнул Иван Мельников.

«Именно он в труднейшие времена начала и середины 90-х возглавлял Службу внешней разведки, сумел многое сохранить и пронести вперед до лучших для службы времен. Именно он как Министр иностранных дел в 1996–1998 годах начал решительной метлой выметать предательский дух десятилетнего курса «Шеварнадзе-Козырева». Именно он, возглавив в 1998 году Правительство, первым бросил политический вызов полукриминальной олигархии. В то сложное, смутное время он был важным, надежным, искренним союзником КПРФ в той борьбе, которую вела наша партия и Геннадий Зюганов против сдачи национальных интересов России», — сказал парламентарий.

По мнению Ивана Мельникова, «сегодня мы можем сказать, что в современной России он стоял у истоков оздоровления российской внешней политики и возвращения стране самоуважения».

Политолог и публицист Борис Межуев считает, что Примаков буквально спас страну от политического кризиса в 1998 году. Он попытался  примирить различные политические кланы, которые ввергли страну в катастрофу; попытался мирным путем решить проблему политической реформы, включая движение правительства в сторону парламента.

По мнению Бориса Межуева, Примаков предложил свое видение экономического возрождения, использовал произошедший дефолт, повышение цен на нефть не с целью односторонней опоры на сырьевые отросли, а с целью поднять российское производство. К какой-то мере помогла конъюнктура, когда российское производство стало чуть-чуть оживать после падения 90-ых годов, но его собственная политическая сила была на это направлена, включая предложенную налоговую реформу.

Резюмируя, эксперт выделяет три базовых аспекта наследия Евгения Примакова - самостоятельная внешняя политика с опорой на концепцию многополярности, самостоятельный экономический курс с опорой на реальный сектор экономики и мягкое реформирование российской политической системы. 

“Если когда-нибудь возникнет серьезное общественно-философское движение, которое может взять Примакова в качестве своего ориентира, нужно будет посмотреть на эти три направления в целостности, не разорвано”, -- говорит Борис Межуев.

Память о Примакове, по убеждению публициста,  это один из факторов, почему современная Россия продолжает идти курсом на укрепление собственного суверенитета, на уважение к суверенитету других государств и на сохранение геополитической стабильности, несмотря на множество негативных тенденций в нынешнем противоречивом мире.