У Эрдогана пока нет ядерного оружия, но уже есть "ядерная кнопка"

У Эрдогана пока нет ядерного оружия, но уже есть "ядерная кнопка"

6 сентября 2019 г. 16:15

Иногда создается впечатление, что российские комплексы ПВО, помимо очевидных военных достоинств, еще и обладают каким-то волшебным вдохновляющим эффектом, что легко заметить на примере Турции. После того, как администрация Трампа фактически проигнорировала собственную красную линию в плане закупки российских систем и наказала Анкару сугубо символическим образом, президент Эрдоган сделал сразу несколько агрессивных ходов, повышающих ставки и напряжение в отношениях Турции и Евросоюза, а также Турции и США. 

Например, господин Эрдоган максимально демонстративно обозначил интерес к приобретению российских военных самолетов (и, нельзя исключать, что его интересует и российское мороженое с МАКС 2019, которое становится эдаким символом российском дипломатии). После этого турецкий лидер сделал жесткое заявление о неприемлемости ситуации, в которой другие страны ограничивают возможности Турции в плане обладания ядерным оружием, а также намекнул на определенную зависть, которую испытывает турецкое руководство, к Израилю, у которого такое оружие есть, и который этим оружием "пугает соседей".

Не успели западные эксперты и журналисты оправиться от шока, как президент Турции "засветил", но не стал выкладывать на геополитический стол свой козырь, от которого в Берлине может начаться легкая паника: как сообщает BBC , Эрдоган заявил, что если Евросоюз не окажет Турции поддержки в Сирии, то он может "открыть ворота", то есть устроить в Евросоюзе еще один "кризис мигрантов", который чуть не стоил Ангеле Меркель ее политической карьеры и кресла канцлера. 

Бесспорно, с точки зрения отношений по линии Анкара-Берлин, реальная (а не гипотетическая) реэскалация "кризиса сирийских беженцев" - это, что называется, nuclear option - "ядерная опция" - радикальная мера воздействия, после применения которой отношения проходят точку невозврата и становятся необратимо испорченными. Но если взглянуть на вещи прагматично, то возникает логичный вопрос: а какие меры воздействия есть у официального Берлина, или даже у официального Брюсселя, которые могли бы сделать Эрдогану по-настоящему больно, и заставить его отказаться от своей фирменной абразивной дипломатии? 

Честный ответ - потенциально такой метод есть, но он только один, и даже он не гарантирует нужного результата: придется ввести жесточайшие санкции против турецкого экспорта и против турецкой банковской системы, вплоть до запрета использования евро. Такая экзекуция нанесет экономики Турции колоссальный ущерб, но вместо капитуляции ослабленного Эрдогана можно получить месть озлобленного Эрдогана, которому нечего будет терять, а следовательно можно хоть выходить из НАТО хоть строить очередную версию "Османской империи 2.0", хоть увлекаться распространением радикальных версий ислама, или даже просто броситься в дружелюбные объятия китайского дракона или северного медведя, со всеми вытекающими геополитическими последствиями. Идти по этому сценарию - это значит играть в очень рискованную игру с непредсказуемыми последствиями и неясным выигрышем. 

Сделать так, чтобы волну мигрантов из Турции можно было остановить прямо на границе Евросоюза - это почти нереально в условиях душной и рестриктивной европейской политкорректности и триумфа дурно понятых идеалов либерализма, и это значит, что наименее болезненным вариантом для Берлина и Брюсселя становится капитуляция перед турецким шантажом. Собственно, именно пониманием этого обусловленная столь агрессивная дипломатическая стратегия турецкого лидера.