7 + 1 – вернется ли Россия в «Большую компанию»

7 + 1 – вернется ли Россия в «Большую компанию»

23 августа 2019 г. 9:55

Обзор прессы 23 августа

Ряд федеральных изданий подробно разбирают заявление американского президента Дональда Трампа о возможном и полезном для G7 шаге – возвращении России в состав группы.

«Известия» пишут, что пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что у России нет цели вернуться к формату «большой восьмерки» (G8). При этом, по его словам, страна не отказывается от общения в любых форматах.

Песков отметил, что обсуждение глобальных проблем без участия, например, Китая, Индии и целой группы других стран является не совсем эффективным.

«Более выигрышно выглядят другие форматы, например «двадцатка», — добавил он.

20 августа президент США Дональд Трамп заявил о целесообразности возвращения России в G8, так как многие темы на повестке дня «восьмерки» касаются Москвы. В тот же день СМИ сообщили, что лидер Франции Эммануэль Макрон в телефонном разговоре с Трампом предлагал ему пригласить РФ на саммит G7 в 2020 году. Однако позднее Макрон заявил, что возвращение РФ возможно только после урегулирования ситуации на Украине.

Президент России Владимир Путин со своей стороны отмечал, что формата G8 на сегодняшний день не существует, поэтому вернуться в клуб у страны возможности нет. Тем не менее Москва открыта для контактов и ждет членов «семерки» в гости «в любое время».

Формат G8 прекратил свое существование в 2014 году после воссоединения Крыма с РФ. Другие страны объединения (Великобритания, Германия, Италия, Канада, США, Франция, Япония) отказались работать с Москвой и начали проводить саммиты в формате G7.

«Газета.ru» пишет, что глава партии «Национальное объединение» и член комитета Национального собрания Франции по международным делам Марин Ле Пен отреагировала на нежелание Европы возвращать Россию в G8. Заявления Ле Пен прозвучали на фоне дискуссий о возможном приглашении России обратно в этот формат, которые были начаты президентами Франции и США Эмманюэлем Макроном и Дональдом Трампом.

Французский политик считает, что европейские лидеры, выступая против возвращения России в G8, создают абсурдную пародию на «холодную войну». Кроме того, она отметила в твиттере, что антироссийская идеология является пережитком прошлого. Такая идеология не только не соответствует интересам европейских стран, но и вредит им, добавила она.

О возможности возвращения России в этот формат заговорили в преддверии саммита организации во Франции Эмманюэль Макрон и Дональд Трамп.

«Обсуждение вопросов было бы гораздо проще, если бы Россия находилась в G7», — подчеркнул президент США. В то же время лидеры Великобритании и Германии относятся к этому критически.

Вопрос возвращения России в «большую восьмерку» в Великобритании увязывают с вопросом Украины. Премьер-министр страны Борис Джонсон в четверг заверил президента Украины Владимира Зеленского, что Лондон проголосует против возвращения России. Джонсон заявил, что аргументы за возвращение России еще нужно найти.

«Учитывая то, что случилось в Солсбери при использовании химического оружия на британской земле, учитывая продолжающуюся нестабильность, гражданскую войну, войну на Украине, учитывая российские провокации, и не только на Украине, но и во многих других регионах», — заявил британский премьер.

В свою очередь канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что Россия была отстранена не без причины, и хотя в выполнении минских договоренностей есть прогресс, его пока недостаточно. Аналогичного мнения придерживается и премьер Канады Джастин Трюдо. Во время недавнего телефонного разговора с Трюдо президент Украины Владимир Зеленский поблагодарил его за согласие с позицией о неприемлемости восстановления России в «большой восьмерке».

Минские соглашения были заключены в 2015 году — после того, как Киев начал военную операцию против самопровозглашенных ЛНР и ДНР. Пакет документов был согласован при участии России, Украины, Франции и Германии, которые представляют собой «нормандскую четверку».

Глава Украины, которая не входит в формат, считает, что российская сторона может возобновить членство в клубе лишь в случае «возвращения» Крыма и урегулирования ситуации в Донбассе. Россию исключили из «большой восьмерки» в 2014 году после вхождения в ее состав Крыма. Хотя полуостров вошел в состав страны по итогам референдума, на Западе Крым российским не признали.

В этом году исполняется 25 лет c того дня когда Россия стала членом «большой восьмерки. Это произошло при президенте Борисе Ельцине, и считается, что само принятие Москвы было сделан «авансом» чтобы укрепить статус президента России. В то время экономика страны находилась в тяжелом состоянии, а политическое влияние Москвы на международном уровне было небольшим

При этом в США и республиканцы, и демократы часто заявляли, что Россия не соответствует многим критериям нахождения в «большой восьмерке». К тому же в финансовую «восьмерку» Россия не входила, и эти вопросы решались без нее.

По мнению программного директора Российского совета по международным делам Ивана Тимофеева, речи об участии России в решении «международных проблем» в рамках «большой восьмерки» не идет.

«Ни Макрон, ни Трамп не зовут Россию в качестве полноценного участника», — говорит эксперт, по словам которого речь идет о формате «7+1». Как предполагает Тимофеев, у стран «семерки» есть желание «пригласить Россию на саммит и высказать все претензии: речь не о том, что Россия возвращается».

«Независимая газета» пишет, что Россия готова рассмотреть любые обращения от G7 по вопросу восстановления «большой восьмерки», если они поступят, заявил министр иностранных дел Сергей Лавров. Президент США Дональд Трамп два дня подряд рассказывал журналистам в Белом доме о том, что считает целесообразным возвращение к формату G8 с участием России, так как без нее «за столом» мировые вопросы решаться не могут. Ожидается, что он обсудит эту идею с коллегами на саммите «большой семерки», который пройдет в эти выходные во французском Биаррице.

Вопрос, однако, в том, нужно ли России возвращаться в элитный клуб, из которого ее бесцеремонно выставили после присоединения Крыма. Причем тогда, когда Россия председательствовала в G8 и готовилась принять высоких гостей в Сочи.

С одной стороны, то, что лидер РФ сидит вместе с президентом США, канцлером Германии и премьер-министром Великобритании за одним столом, воспринималось как достижение, особенно на фоне российского унижения 1990-х. Считалось, что членство России в «большой восьмерке» способствовало реализации взятого еще во времена Бориса Ельцина курса на демократию и рыночную экономику.

С другой – присоединение России к G8 было в большей степени символическим, и ей как бы предназначался приставной стул на ежегодных саммитах. Ведь положение Москвы в группе всегда было неустойчивым. Во-первых, повестку дня все равно формировали западные страны. Обсуждались те вопросы, которые были важны для западных элит либо общественного мнения. И в этом смысле Россия выглядела каким-то необязательным дополнением. Неудивительно, что элитный клуб зачастую называли G7+1.

Во-вторых, все это время то и дело возникали темы, позволявшие западным политикам, общественности и СМИ ставить под сомнение членство России в G8, показывая, что, по сути, она демократией не является. А значит, с чего бы ей состоять в элитном клубе.

Ранее Лавров говорил, что Москва «не видит большой беды» в прекращении формата G8 и не собирается за него «цепляться». По его словам, с образованием «большой двадцатки» все экономические и финансовые вопросы обсуждаются именно там. Да и Москва более комфортно чувствует себя в разношерстном формате G20, где нет консенсуса и где в отличие от «восьмерки» Россия не является наименее демократичной страной. А G8, заявляли в Москве, сохраняла смысл своего существования прежде всего потому, что была форумом для разговора Запада и России.