Традиция парламентских слушаний окрепла, формат работает

Традиция парламентских слушаний окрепла, формат работает

24 июня 2019 г. 18:48

Член экспертного совета Фонда ИСЭПИ, политолог Леонид Поляков

В Госдуме прошли большие парламентские слушания, посвященные перспективам развития образования в России.

Во-первых, хотел бы отметить крайнюю своевременность этого мероприятия. Востребованность и своевременность как-то естественным образом подчёркивается тем, что буквально в прошедшие выходные очередная волна выпускников отметила окончание школы.

В такие моменты есть смысл обернуться назад и посмотреть,  что российская школа дает своим ученикам, какова ситуация с теми, кто их учит и в целом какова ситуация в школьном образовании. Можно ли считать её достаточно приемлемый, а если нет, то по каким причинам? Для этого и собралась в большом и малом зале ГД очень представительная компания –  профессионалы от образования, учителя всех уровней из многих российских регионов,  представители педагогических вузов,  представители органов власти, ответственных за системы школьного образования, представители регионов, министерство просвещения в лице министра Васильевой и, конечно,  парламентарии. Думский комитет  по образованию был представлен очень серьезно, председатель комитета и его замы активно выступали. 

В общем, представительность такова, что я бы сравнил эти слушания со всероссийским форумом, с такой  неформальной общероссийской конференцией, где обсуждались  самые острые, самые актуальные, самые непростые, но, по всей вероятности, решаемые проблемы.

Во-вторых, абсолютно неформальное в высшей степени профессиональная заинтересованное отношение к проблематике ведущего этих слушаний, председателя Госдумы Вячеслава  Володина. Он взял на себя роль не просто ведущего, который следит за регламентом. Он был по-настоящему вдумчивым ведущим, который отмечал любые повороты дискуссий, видел, где происходит накопление чего-то непонятого, потенциально конфликтного и приходил на помощь в этой ситуации не для того, чтобы погасить назревающую проблему, а для того, чтобы выяснить до конца, что именно привело к непониманию и как  можно эту проблему, обозначенную кем-то из спикеров, решить.

Этот момент очень важен, потому что одно дело, когда просто выступление за выступлением идёт согласно  сценарию,  а в другое дело, когда возникает заинтересованный, принципиальный и иногда нелицеприятный разговор. Это стилистика ведущего отразилось на качестве самой дискуссии. Людям удалось выговориться по полной: говорили и учителя, и управленцы регионального уровня, говорили представители министерства просвещения, министерства здравоохранения.  Говорил и руководитель Рособрнадзора Кравцов. Все те, кто в той или иной степени определяет ситуацию в российском школьном образовании, присутствовали сегодня здесь и благодаря стилистике спикера и его умению вести обсуждение даже в стилистике такого научного семинара, это все дало очень хороший результат.

По итогам слушаний будет подготовлено постановление. Это не просто какая-то экспресс-резолюция, которая про «слушали-постановили» или «приняли к сведению». Будет постановление на основе плотного анализа всего того, что было сказано сегодня, высказанных предложений и идей, вариантов их решения  и так далее. Сегодняшний формат больших парламентских слушаний является серьезной новацией, которая позволяет обсуждение острых социальных проблем трансформировать в некий процесс выработки серьезных государственных решений законодательного уровня или нормативных актов правительства. 

Какие проблемы были выявлены в ходе сегодняшнего обсуждения? Сама министр Васильева сосредоточилась на материально-технической стороне школьного образования. Она совершенно правильно считает, что само качество образования невозможно обсуждать, если у детей туалеты на улице, если они голодны и у них нет горячего питания, если школьные здания недостаточно оборудованы и так далее.

Васильева выступила в роли заботливой хозяйки, для которой принципиально важно, чтобы тот, кто находится на ее территории, был обеспечен максимальным комфортом. На голодный желудок или замерзшими руками заниматься математикой или историей не вполне удобно. Поэтому акцент был сделан на этих параметрах школьной жизни. Но помимо этой проблемы  в ходе самой дискуссии выявилось еще несколько проблем, которые также влияют на качество образования.

Главное – это социальный статус и материальное обеспечение учителей. Учитель – это ключевая фигура. От того, как себя чувствует учитель, как он обеспечен, насколько он готов всего себя посвящать ученикам  зависит качество образования.  Главная проблема такая – ситуация с финансированием образования в целом и с уровнем зарплат учителей неприемлемая! Председатель комитета по образованию и науке ГД Никонов в своем выступлении озвучил трагическую цифру. Он спросил зал, на каком месте находится Россия по уровню отчислений на образование от ВВП? После мрачной паузы он сказал, что на 98 месте. Это неприемлемая цифра, при таком уровне недофинонсирования нашего образования рассчитывать на серьезный рывок в смысле качества невозможно.

Проблема финансирования, четкого определения уровня зарплаты неоднократно возникала в ходе слушаний, и Володин прямо поставил вопрос – когда мы приезжаем в регионы и спрашиваем, какая зарплата у учителей, называются цифры 5-8-10 тысяч, при том, что МРОТ 11200 рублей. Эта ситуация нетерпимая, непонятная и не случайно Володин так много времени посвятил разговору, какая схема должна быть применена для того, чтобы существенно повысить зарплату учителей. Нужна ли придерживаться подхода, что зарплата должна быть выше МРОТа, или она должна быть, как это прописано в указе президента 2016 года - 70%  от средней по региону. Если так будет сделано, есть шанс, что минимальная зарплата учителя при загрузке на одну ставку, будет гарантировано выше 20 тысяч. Сами учителя аплодисментами поддерживали идею, которую высказывал зампред комитета  Смолин, и представитель фракции СР – норматив оплаты труд не по региону, а в целом по России, чтобы зарплата учителей не зависела от региональной специфики. Непростая задача, но именно в этом направлении будет вестись работа.

Кроме материального обеспечения учителя, встает вопрос о его реальной загрузке. Речь идет о бюрократизации учебного процесса, о том, что учителя нагружены всякими отчетами, подготовкой к конкурсам  и прочее. Традиция неприятная, и было приятно слышать заявление профильного министра, что  в школе остается четыре базовых документа. Есть надежда, что учителей разгрузят от необходимости заполнять бесконечное количество бумаг, и в этом смысле они будут настроены именно на образовательный процесс. Очевидно, что эта проблема может быть решена в ближайшее время для того, чтобы учитель был сосредоточен на своих профессиональных навыках и мог жить в нормальном режиме, позволяющим по время урока отдаваться профессии.

Еще одна проблема – малокомплектные школы.  Ситуация запутанная, потому что Минфин и Минпрос имеют разные стандарты малокомплектности. И в зависимости от  этого начисляется финансирование. Нынешняя стратегия Минфина в том, чтобы как можно меньше таких школ финансировать. Затраты на малокомплектные школы считаются нецелевым расходованием средств. Мне понравилось, как практически все депутаты, все члены комитета по образованию единодушно заняли  позицию, что дело не в малом количестве таких школ, а в том, что в них учатся  точно такие же российские школьники. И их обучение должно полноценно финансироваться.

Это вызов Минфину и управленцам в сфере образования. Я думаю, то, что это актуальная проблема. Нужно найти пути её решения.  Здесь не может быть жесткого подхода:  денег нет, а вы там как хотите. Деньги нужно и можно находить. Российский школьник из элитной столичной или сельской школ равны.  Этот посыл хорошо ощущался на слушаниях. Внимание к самым казалось бы мелким проблемам  свидетельствует о том, что люди занимаются своим делом профессионально.

Я заметил в ходе слушаний стремление учителей как-то объяснить свой выбор. Молодой учитель из Омска рассказал о том, что после окончания вуза пошел в школу, первый год получал 19 тысяч, потом нагрузка упала и стал получать 12 тысяч, ушел в медиа, но не вернулся в школу снова. Сейчас у него 25 тысяч, но дело не в деньгах. Он сказал об ощущении долга: «Я получил эту профессию и я хочу реализовать себя ради нашей общей Родины».

Однако это - исключительный случай, и за ним кроется одна проблема, которую четко обозначила О.Васильева: заметный возрастной перекос в преподавательской среде. 39% российских учителей старше 50-ти лет. В возрасте до 29 лет учителей - всего 5.5%. И это прямой результат того, что из 62720 студентов педагогических вузов работать в школу идет лишь 31 000. Разумеется, у учителей с большим стажем главное достоинство – колоссальный опыт, но молодые преподаватели нужно в школе в не меньшей степени. У них – багаж современных знаний, освоенные информационно-коммуникационные технологии, они обучались по современным педагогическим методикам и поэтому способны привнести в школу определенные инновационные элементы. Имея это в виду, добавила Ольга Васильева, министерство просвещения добилось разрешения студентам 3-4 курса педагогических вузов  вести преподавание соответствующих предметов  в школе. На этом примере видно, что руководители сферы образования видят проблему, ищут варианты её решения.

Главное, чтобы органы госвласти работали синхронно, чтобы они смогли обеспечить максимально комфортную законодательную, правовую и административную среду для школы, чтоб все проблемы, которые сегодня были выявлены, находили оптимальное решение как можно быстрее. Как говорили многие участники слушаний, страна необразованная и страна плохо образованная – это страна, которая никаким образом не может претендовать на глобальное лидерство в современном мире. 

Понимание того, что образование – это не какая-то маргинальная сфера, тянущая  на себя деньги непонятно почему, наоборот, что сфера образования – это фундамент социально-экономического и научно-технического прорыва, который обозначен  в президентском указе 7 мая 2018 года, понимание, что без образования мы ни на что не можем рассчитывать, здесь было единодушно было выражено.

Мне кажется, что если такое понимание пойдет дальше, и если проблемы образования будут поставлены в качестве приоритетных проблем, требующих своего немедленного тщательного решения, то мы станем свидетелями серьезного сдвига в этой сфере. 

Поскольку в Госдуме встречаются и  сосуществуют в диалоге, в споре различные политические партии, каждая фракция по-своему была представлена в этой дискуссии.

Представители левых фракций привычно обрушились на ЕГЭ. Лидер КПРФ Геннадий Андреевич Зюганов иначе как «Бабой Ягой» его не называл. А докладчик от фракции «Справедливая Россия» Ольга Николаевна Епифанова сформулировала 3 отрицательных последствия введения ЕГЭ.

Во-первых, этот экзамен коррупцию не победил, а переместил в новые сферы – рынок репетиторства, олимпиады. В-вторых, вместо обучения учебный процесс свелся к подготовке к ЕГЭ. В-третьих, ЕГЭ превратился в «пылесос», высасывающий талантливую молодежь из регионов в столичные вузы. Кроме того она определила Болонскую систему, по которой обучение ведется на трех уровнях: бакалавриат (4 года) – магистратура (2 года) – аспирантура (4 года) как полный «провал». 10 лет высшего образования заканчиваются справкой о том, что аспирант прослушал курс обучения.

Вообще в выступлении представительницы «Справедливой России» преобладал даже более катастрофический тон, нежели в выступлении лидера КПРФ. По её словам в сфере образования – управленческий кризис: Минпрос и Минобрнауки разделены, а еще есть Рособрнадзор, который «ни за что не отвечает, но все контролирует»! В результате ситуация на образовательном «фронте» перерастает в чуть ли «угрозу национальной безопасности».

Очевидно, что есть разные  подходы, разные взгляды. Но при всех политических разногласиях чувствовалось, что ГД это та площадка, на которой в конце концов может быть выработан если не консенсусный, то компромиссный вариант всего того, что необходимо для повышения качества российского школьного образования.

Традиция, заложенная в Госдуме седьмого созыва по инициативе Вячеслава Володина, а именно проведение больших общественно-парламентских слушаний, очень хорошо себя сегодня зарекомендовала. Я вспоминаю, какие были достигнуты серьезные результаты по итогам слушаний по обманутым дольщикам, по реновации в Москве.

Нынешние слушания показывают, что тенденция окрепла, формат работает. И я уверен, что он будет продолжать работать дальше. Формат важен еще и потому, что серьезное профессиональное обсуждение такой проблемы завершится не просто резолюцией, а принятием постановления, которое будет подготовлено на основе тщательного анализа всего сказанного сегодня. Это постановление окажет влияние на дальнейший процесс решения проблем в сфере образования, потому что на его основе можно будет подготовить несколько законопроектов, точечно решающих и может быть даже комплексно решающих выявленную проблематику.