Помпео в Сочи: измочаленное всемогущество

Помпео в Сочи: измочаленное всемогущество

14 мая 2019 г. 16:33

«По некоторым вопросам мы можем согласиться, по другим мы можем не согласиться, но когда это отвечает нашим национальным интересам, мы обязаны найти решение», — написал госсекретарь США Помпео в твиттере перед вылетом в российский Сочи на встречу с В.В. Путиным и С.В. Лавровым.

Чуть позже Дмитрий Песков назвал темы переговоров: «двусторонние отношения России и США», в частности, «тема разоружения» а также - Иран, Сирия, Венесуэла, денуклеаризация Корейского полуострова.

Честно говоря, наложить на этот список тем трафарет твита от Помпео и получить какие-то совпадения по интересам, по которым «надо найти решение» — задача небанальная.

Помпео повторил тезисы своего твита на открытии встречи с Лавровым — но ясности это не прибавило. Нет оснований полагать, что ясности прибавит встреча Помпео с Путиным или Путина с Трампом (если таковая произойдёт).

Как ни крути, национальные интересы США и России не отвечают друг другу ни в одном из перечисленных вопросов.

То есть нет, в принципе Москва может напрячься и изобразить вежливую обеспокоенность в связи с возможным возобновлением ядерной программы у Ирана или фактом наличия ЯО у КНДР.

Но есть нюанс. Это не российские войска размещены на территории, которую КНДР считает своей и от которой отделена демаркационной линией. Поэтому из всех возможных целей северокорейских ракет Россия — самая последняя. Поэтому давить на Пхеньян Москве просто незачем — пусть этим занимается Вашингтон, ему нужнее и ему есть о чём с Кореей торговаться.

А что касается Ирана — то Соединенным Штатам, фактически уже угробившим иранскую ядерную сделку целым рядом последовательных усилий, совершенно некого и не к чему призывать и не на кого жаловаться. Российские отношения с Ираном сегодня опять-таки оставляют желать мало лучшего, точек мало-мальски заметных противоречий на данный момент нет, сотрудничество в Сирии — вполне продуктивно. Ситуация та же: России незачем портить собственные отношения с Тегераном ради того, чтобы у Вашингтона улучшились позиции.

Таким образом, Россия может сделать вид, что её Корея и Иран беспокоят — но только в обмен на какие-нибудь предложения от США.

И вот тут начинается самое трагичное.

Как показывает практика последнего примерно десятилетия, Соединённые Штаты в принципе разучились делать предложения и заключать сделки.

И дело не в нынешнем Трампе — в конце концов, сделку с Ираном, которая сломалась сейчас, заключал не кто-нибудь, а президент Соединенных Штатов. Миру всё равно, как его фамилия. Миру всё равно, что был черный, а стал рыжий. Мир видит просто страну, каждые несколько лет выдающую себе индульгенции на нарушение клятв и договорённостей, на изменение условий сделок и их расторжение и проч. Инновация Трампа тут только в том, что он отменяет сделки при желании сам, причём уже наутро после их заключения.

Как бы то ни было, в текущей обстановке выражение «американские гарантии» для всех звучит примерно как «гаитянский хайтек». Весело, но нелепо.

И это только внешняя сторона проблемы. Внутренней же её стороной является «синдром кенгуру» в самой американской власти. Подобно упомянутому животному, не способному двигаться в заднем направлении, американское руководство в международных делах фактически утратило «опцию компромисса». Всякая уступка контрагенту для критической части самого американского же государства будет поводом обвинить уступающего в предательстве — и начать его топить.

Этот синдром кенгуру — доставшийся, безусловно, от бескрайней однополюсности конца 1990-х и начала нулевых — в течение некоторого времени амортизировался системой так называемых «циркулярных санкций». В рамках этого типа отношений США знакомили вторую сторону (заведомо более слабую и заведомо готовую к уступкам) со своими конечными пожеланиями. На исполнение этих пожеланий второй стороне отводилось, в зависимости от дипломатического мастерства её представителей, большее или меньшее время, разбитое на отрезки.

На каждом из проверочных отрезков американский надзирающий проверял, как реализуется его воля. В зависимости от исполнения воли — ослаблялись наложенные для начала, до всяких переговоров, санкции (хотя в подавляющем большинстве случаев смысл требований США сводился к тому, чтобы вторая сторона ослабила себя сама и санкции потеряли бы смысл).

Так вот: сейчас эта «циркулярная схема» также потеряла смысл. На Россию, грубо говоря, Америке уже нечего накладывать (без того, чтобы не отпилить попутно что-нибудь себе же). Партнерство по действительно взаимовыгодным направлениям — либо даже не прерывалось (космос, борьба с терроризмом и пр.), либо прерывалось и спешно восстанавливалось (алюминиевая история).

Предел толерантности Евросоюза — в смысле готовности вредить себе во имя партнерства со старшим братом — тоже определённо ощущается. Предел толерантности ближневосточных партнеров — хорошо виден при взгляде на последние действия Эр-Рияда, соорудившего с Россией ОПЕК+РФ, и Анкары, тихо допиливающей Поток, АЭС и прикупающей С-400.

Пока что Вашингтону удаётся ярко скандалить с Китаем — но понять, каков из этого реальный выхлоп для американской экономики, довольно затруднительно.

Наконец, в последние месяцы в ответ на более или менее открытую демонстрацию военных мускулов США получают от сильных, средних и совсем слабых игроков что-то вроде презрительного «ну-ну, давай, сунься». Ким прерывает переговоры с мировым лидером и уезжает домой, раздражённый «сменой правил игры по ходу». Иран не сказать что сильно реагирует на посылку очередных флотов к его берегам. И даже Венесуэла, нищая полуживая Венесуэла до сих пор выживает под откровенной многомесячной бомбардировкой пачками денег отдельных силовиков.

Таким образом, метания Помпео (представителя «глубинного государства») и Трампа (представителя как бы «контрэлитной» части Америки) в равной степени выдают один и тот же факт: американское всемогущество — всё ещё всемогуще. Но оно уже слишком много раз использовалось в качестве единственного аргумента и слишком измочалилось, чтобы и далее применять его с прежним успехом.

При этом «соскочить со всемогущества» и начать договариваться на равных с кем бы то ни было типичный американский бюрократ Помпео не способен по определению, а его «подопечный» Трамп — скорее по обстоятельствам: ему просто свои же не дадут.

Внимание, вопрос: чем в этой ситуации сможет и захочет помочь измочаленным вседержителям Владимир Путин?