Правь, Евразия. Что сказал Путин в Пекине

Правь, Евразия. Что сказал Путин в Пекине

26 апреля 2019 г. 10:06

В краткой речи на открытии второго форума «Один пояс, один путь» в Пекине Владимир Путин не сделал никаких сенсационных «сильных» заявлений (они достались интервьюерам накануне мероприятия). С трибуны российский президент всего лишь максимально чётко обозначил то, кем видит Россия себя на материке и как видит саму китайскую инициативу («Российская сторона неоднократно подчёркивала, что инициатива Председателя КНР «Один пояс, один путь» перекликается с российской идеей создания Большого Евразийского партнёрства, которое предполагает «интеграцию интеграций», то есть тесное сопряжение идущих в Евразии различных двусторонних и многосторонних интеграционных процессов»).

Выступление стало попутно мини-презентацией ЕАЭС — Путин воспользовался случаем напомнить Пекину, что Евразийский экономический союз существует дольше «Пояса и Пути», что он справил пятилетие, и перечислил те структурные достижения, которые есть у ЕАЭС (членство, покрывающее весь север материка, активная интеграция с Ираном, Вьетнамом и пр.).

При этом российский президент ни в малейшей степени не противопоставляет евразийскую интеграцию по-российски и по-китайски (см. тезис об «интеграции интеграций» и утверждение «концепции Большого Евразийского партнёрства и «Одного пояса, одного пути» имеют общие корни»). Он просто отмечает, что в рамках материковой интеграции уже есть действующая структура со своими правилами и наработками — и включить ее в общий план для всех выгоднее, чем выстраивать параллельные надгосударственные структуры.

Наконец, Путин ненавязчиво обозначил фундаментальный материковый альянс для решения вопросов не только внутренних, но и всего остального мира (представляющего, впрочем, меньшинство и в населении, и в экономике): «именно Евразия способна стать примером в выработке содержательной, позитивной повестки дня для решения упомянутых и многих других актуальных международных проблем... Конечно, в истории континента были и войны, и конфликты. Но рано или поздно они уходили в прошлое. А здравый смысл, естественная тяга людей к миру и общению всё-таки всегда брали верх».

У Китая, отметим, нет оснований рассматривать российские инициативы скептически. С учетом непростых отношений с рядом соседей (так, из-за китайско-пакистанского логистического коридора, задевающего спорный регион Кашмир, в «Поясе и Пути» второй раз подряд не принимает участие Индия, сохраняется традиционная напряженность с Вьетнамом) — наличие интеграционных механизмов, не имеющих специфически китайских отягощений, выглядит для КНР скорее полезным.

...Любопытно, что западные СМИ, анализируя события вокруг пекинского форума, отзываются на происходящее по меньшей мере странными заголовками. Так, при описании встречи Путина и Ким Чен Ына накануне конференции журнал Time сосредоточился почему-то на «менспрединге» участников, сидевших с широко расставленными коленями, и на «тяжёлом дыхании» руководителя КНДР.

А Wall Street Journal в преддверии «Пояса и Пути» опубликовала статью, в которой вывод о неустойчивости китайской политики базируется на «неустойчивой походке» Си Цзинпиня в ходе его европейского турне.

Такого рода аналитика выглядит попыткой «уйти в позитив» (то есть в негатив для евразийских держав) в отсутствие реальных к нему предпосылок.