«Россияне ужасно обеднели»: а кто же ставит потребительские рекорды?

«Россияне ужасно обеднели»: а кто же ставит потребительские рекорды?

18 апреля 2019 г. 11:19

Все меньше россиян относят себя к представителям среднего класса это показал «Потребительский индекс Иванова», составленный «Сбербанком CIB».

Еще в 2014 году к среднему классу себя относило 60% опрошенных, в 2018 — 47%. При этом в Москве доля среднего класса с 2014 по 2018 год сократилась с 63 до 54 %, а число людей с низкими доходами — увеличилось с 27 до 39 %. Похожая ситуация наблюдается и в остальных регионах страны. Растет лишь число граждан с низкими доходами.

...Что тут стоит отметить. В СМИ повторяется, что «к среднему классу россияне сегодня относят тех,кто может позволить себе путешествовать, ходить в рестораны и делать накопления».

В переводе это означает, что в качестве бедняков себя определяют те, кто, по их глубоко личному ощущению, «тратят деньги лишь на самое необходимое».

Так вот: это глубоко личное ощущение у наших граждан странным образом расходится со статистикой. Причём не с той, которую «можно подделать», вроде цифр средних зарплат, а с той, которую подделать нельзя — вроде потребительских цифр.

Например, согласно мартовским данным Фонда «Общественное мнение», 95% россиян вынуждены экономить на продуктах питания. Лишь 5% опрошенных утверждали, что могут себе позволить, что хотят.

При этом, согласно исследованию NPD, с января по октябрь 2018 года общее количество визитов в кафе и рестораны России выросло на 5%, при этом более половины россиян утверждали, что ходят в рестораны «как минимум ежемесячно». Кроме того, активно развивалась доставка — граждане всё чаще заказывают еду на дом.

Гражданам, по их глубокому убеждению, хватает только на самые основные расходы. При этом какие-то люди ставят рекорды в приобретении личных легковых автомобилей (и, судя по лидерству «Лады», речь идёт как раз о небогатых гражданах) и в оформлении ипотечных кредитов.

Эти расхождения можно перечислять ещё долго. Они, разумеется, ни в коем случае не отменяют самого факта наличия среди россиян по-настоящему бедных (их миллионы — по словам премьер-министра Медведева, порядка 19 миллионов, впрочем, тут тоже стоит делать поправку на достаточно обширный теневой зарплатный сектор).

Но между 19 обнаруженными миллионами бедняков и 60 миллионами граждан, считающих себя бедными — довольно значительная разница.

Почему же граждане считали себя «средним классом» в 2014 году охотнее, чем сейчас?

Главным образом — потому, что в 2013-м был совершён прорыв в персональных представлениях о счастье.

Так, с начала нулевых и до нынешнего момента принято с ностальгией вспоминать о тучных докризисных нулевых, когда у всех всё было.

При этом нулевые объективно могли оставить ощущение радости и богатства только после совсем голых 90-х (это легко просчитывается и по количеству ипотечных кредитов, и по количеству туристических поездок).

Затем, в 2008-м, произошёл «шок мирового кризиса», после которого началось восстановление — и именно его зафиксировала массовая идентификация себя как среднего класса в 2014-м.

В сухом остатке отношения между реальностью объективно-экономической и субъективной продолжают оставаться такими же условными.

В ещё «докризисном», богатом, пушистом 2007-м в Турции побывали почти три миллиона россиян.

В тяжёлом, бедном 2018-м их было шесть миллионов. Плюс сильно расширившаяся география внутреннего туризма — от Сочи до Крыма.