Куда уходят губернаторы – отставники и кому верят граждане России

Куда уходят губернаторы – отставники и кому верят граждане России

26 марта 2019 г. 9:09

Обзор прессы 26 марта

Федеральные СМИ вышли с рядом интересных исследований о внутриполитический жизни России.

РБК пишет, что эксперты проанализировали практику трудоустройства бывших губернаторов.

Отставленные губернаторы чаще всего получают места в Совете Федерации, а каждый десятый становится объектом уголовного преследования, следует из анализа карьер 100 ушедших глав регионов от «Петербургской политики».

Актуальность исследования эксперты объясняют мартовской серией перестановок в губернаторском корпусе и заявлениями о готовности федеральной власти содействовать трудоустройству ушедших глав регионов.

Самый популярный выход для бывших губернаторов — избрание в Совет Федерации (17 случаев). В частности, в верхнюю палату парламента перешли губернаторы Петербурга Валентина Матвиенко, Андрей Турчак из Псковской области, Александр Карлин из Алтайского края, Александр Михайлов из Курской области. В Думу прошел один бывший губернатор, назначения в Счетной палате получили двое.

Уход экс-губернаторов в верхнюю палату Федерального собрания — наиболее мягкий способ смены власти в регионе и прихода нового губернатора-варяга без опыта публичной политики как минимум на период избирательной кампании, считает политолог Александр Пожалов. При такой схеме экс-губернатор и ориентированные на него элитные группы получают на время гарантии учета своих интересов в кадровой и экономической политике преемника, а также иммунитет от антикоррупционных проверок. А губернатор-варяг союзом с экс-губернатором демонстрирует преемственность курса и отказ от кадровых революций, чтобы не столкнуться с противодействием региональных элит в ходе выборов, добавил Пожалов.

Перешли в государственный (в основном в госкорпорации) или частный бизнес 14 губернаторов. Например, губернатор Петербурга Георгий Полтавченко возглавил совет директоров ОСК, глава Самарской области Владимир Артяков стал замгендиректора «Ростеха», свердловский губернатор Александр Мишарин — первым замгендиректора РЖД.

13 глав регионов получили более высокие посты, в первую очередь руководителей федеральных ведомств. Так, воронежский губернатор Алексей Гордеев перешел в вице-премьеры, Сергей Шойгу из Подмосковья — в министры обороны. Посты в правительстве также получили глава Ямала Дмитрий Кобылкин, тюменский губернатор Владимир Якушев и другие.

Перевод бывшего губернатора на пост заместителя федерального министра — способ трудоустройства и вывода из региона, чтобы «не смущать» нового губернатора, считает Виноградов.

Десять ушедших губернаторов сосредоточились на преподавательской или общественной работе. Среди них — приморский губернатор Владимир Миклушевский, ушедший в ректоры Московского политеха. Ректором Кузбасского регионального института развития профессионального образования стал экс-глава Кемеровской области Аман Тулеев.

Оказались объектами уголовного преследования десять губернаторов, в том числе сахалинский Александр Хорошавин, глава Коми Вячеслав Гайзер, Леонид Маркелов (Марий Эл), Александр Соловьев (Удмуртия).

«Пропали с радаров» (нет актуальных данных о статусе) девять губернаторов, среди них — орловский Александр Козлов, тверской Андрей Шевелев, мурманский Дмитрий Дмитриенко. Еще восемь находятся в режиме ожидания — это главы регионов, недавно покинувшие свои посты.

В категорию «пропавшие с радаров» попадают главы субъектов, для которых федеральный центр не нашел способа использовать их опыт, указал Виноградов.

«Ведомости» так же анализируют доклад «Петербургской политики». Два самых спорных повышения, пишет издание, это назначение экс-главы Севастополя Сергея Меняйло полпредом президента в Сибирском федеральном округе и переход президента Дагестана Магомедсалама Магомедова на пост замглавы администрации президента, говорит президент «Петербургской политики» Михаил Виноградов:

«По статусу это такой вариант повышенного сенаторства». До сих пор нет четкой иерархии, кто важнее: федеральный чиновник или губернатор, и не ясно, повышение это или нет, когда замминистра уходит в губернаторы, продолжает эксперт: «Мечта большинства назначенцев – вернуться на федеральные должности. Мало кто из них рассчитывает провести старость там, куда он назначен. Но чисто технически эта мечта не может быть реализована, потому что мест на всех не хватит». Хотя технократы, как классические карьерные чиновники, рассчитывают вернуться однажды с повышением в Москву – место, в их представлении, более широких возможностей и более высокого качества жизни, отмечает Виноградов.

Большинство губернаторов, уходивших на формальное повышение в министры, полпреды, в администрацию президента или на сопоставимые позиции замминистра и замполпреда, уходили все-таки в почетную отставку, считает политолог Александр Пожалов: «Это, как правило, было связано с ростом их антирейтинга у населения, плохими результатами «Единой России» на выборах или с предстоящими антикоррупционными зачистками местных элит».

О полноценном повышении можно говорить только в случаях Гордеева, Якушева и Кобылкина, добавляет он. В отношении же «молодых технократов» формируются ожидания, что они отправлены в регион на один срок и в случае успеха вернутся в новое правительство, но за два года таких примеров нет, а с назначением каждого нового врио конкуренция за право вернуться на федеральные позиции только растет, подчеркивает эксперт: «На федеральном уровне нет такого количества вакантных управленческих позиций».

Поэтому вероятнее возвращение технократов в госкорпорации и госкомпании, предполагает Пожалов: «Если речь идет о крупных промышленно значимых регионах, то технократы могут рассматриваться как региональные менеджеры от ведущих ФПГ, «отвечающих» за регион, тем более что система регионального управления и региональная политика приобретают все более корпоративный характер».

В отличие от 1990-х гг. федеральный центр с 2005 г. губернаторов-отставников пристраивает, особенно популярное для них место – Совет Федерации, говорит политолог Александр Кынев. А вот большая федеральная карьера для экс-губернаторов редкость, за последние 15 лет такие случаи единичны – [нынешний мэр Москвы] Сергей Собянин, [вице-премьер] Юрий Трутнев, [бывший вице-премьер] Александр Хлопонин, перечисляет эксперт: «Назначение полпредами вряд ли можно считать повышением, поскольку эти фигуры – обычная номенклатура. Остальное – скорее утешительные призы вроде постов аудиторов Счетной палаты или глав ведомств второго эшелона».

При этом среди новых губернаторов много представителей федеральной номенклатуры, карьерных чиновников из министерств и корпораций, отмечает Кынев: «Учитывая возраст, вряд ли они рассчитывали, что делают карьеру, чтобы быть губернатором где-нибудь в Ивановской области или Республике Алтай. Многие из них рассматривают губернаторство как командировку. Но вернутся ли они из нее – большой вопрос: их много, а мест, на которые они рассчитывают, мало».

На повышение в будущем пойдут единицы, зависеть это будет от перспективности региона, считает эксперт: «Большой ресурсный регион – это изначально совершенно другая элитная группа. Из периферийного региона шансы сделать карьеру малы».

«Известия» пишут, что большинство россиян по-прежнему больше доверяют отечественному телевидению, чем современным средствам получения информации, например Telegram-каналам или соцсетям. Об этом говорится в исследовании группы ЦИРКОН, с результатами которого ознакомились газета.

По мнению экспертов «Известий», опрос показал, что слова о кризисе доверия к традиционным СМИ оказались преувеличенными, а степень влияния интернета на широкую аудиторию переоценена.

63% опрошенных считают отечественные телевизионные программы наиболее надежным источником получения достоверной информации о происходящем в стране и мире. Сведениям, полученным от друзей или знакомых, согласно опросу, доверяет 31% респондентов. Еще 28% участников исследования назвали в качестве надежного источника информации новости в поисковых системах, а 22% доверяют сообщениям в соцсетях.

Наименьшим спросом в качестве источников информации у россиян пользуются различные Telegram-каналы (4%) и сообщения зарубежных СМИ (3%). Авторы исследования подчеркивают, что уровень доверия россиян зависит от возраста респондентов. Например, в молодежной среде (от 18 до 24 лет) доверие к новостям «из телевизора» (44%) практически такое же, как к сообщениям из социальных сетей (40%) и новостных агрегаторов (43%).

Высокий процент доверия к теленовостям обусловлен прежде всего пониманием слова «новости» разными группами, считает глава Российской ассоциации политконсультантов (РАПК) Алексей Куртов.«Например, молодежь не ассоциирует это слово с тем, что она читает в соцсетях. Они привычно относят «новости» к стандартным форматам — ТВ, печатной прессе или новостным порталам, — пояснил он «Известиям». — А вот если спросить у них, откуда вы узнаете о том или ином событии, окажется, что из Facebook, «ВКонтакте» или из рассылки по мессенджерам».

По мнению руководителя Политической экспертной группы Константина Калачева, результаты исследования показали, что кризис доверия к традиционным СМИ оказался не так глубок, как его обычно изображают.

«Хотя тренды ближайших лет очевидны. Смена поколений ведет к смене каналов получения информации, — отметил политолог в разговоре с «Известиями». — Понятно, что есть новомодный инструментарий, такой как Telegram, но он, похоже, переоценен».

С тем, что степень влияния Telegram-каналов на широкую аудиторию сегодня переоценена, согласен и Алексей Куртов.