Что, собственно, творится в Сербии

Что, собственно, творится в Сербии

18 марта 2019 г. 15:13

Прошедшие выходные выдались в сербской столице бурными.

В субботу протестующие сделали попытку захватить офис национальной телекомпании РТС, а в воскресенье – на грузовиках попытались прорвать полицейское оцепление вокруг президентской резиденции. Был блокирован полицейский участок, где содержались задержанные участники беспорядков. Видеокадры из Белграда с тысячами протестующих людей на улицах оказались весьма похожи на те, что приходили в эти же дни из Франции, но к счастью, обошлось без погромов, подобных парижским.

В свою очередь руководство страны во главе с президентом Александром Вучичем демонстрирует спокойствие и утверждает, что полностью контролирует ситуацию в стране.

Что же касается СМИ, как российских, так и иностранных, то там доминируют описания протекающих на белградских улицах процессов при крайне незначительном объеме аналитики. Причина проста: попытка разобраться, что, собственно, происходит в Сербии и из-за чего весь сыр-бор, приводит к убеждению, что в основе фильмов Эмира Кустурицы лежит не причудливая фантазия режиссера, а дотошная педантичность, с которыми он перенес на экран реалии своей страны.

Все началось три месяца назад – в начале декабря прошлого года, когда состоялись первые массовые акции протеста, продолжавшиеся все последующее время, но только сейчас набравшие достаточную силу, чтобы на них обратил внимание остальной мир. Поводом тогда стало происшествие с одним из известных оппозиционеров Борко Стефановичем, который в конце ноября был жестоко избит неизвестными. Оппозиция обвинила в нападении власти страны.

Организатором протестов является оппозиционный блок "Союз за Сербию", созданный осенью бывшим мэром Белграда и лидером Демократической партии Сербии Драганом Джиласом.

Любые попытки привычным образом классифицировать эту политическую организацию (правая-левая, социалисты-либералы, еврооптимисты-евроскептики) обречены на неудачу, поскольку она объединила в своем составе представителей всех упомянутых направлений и ориентаций. Можно назвать Народную партию Вука Еремича, «Двери» Бошко Обрадовича, движение «За перемены» Янко Веселиновича, движение «Левые Сербии» Бойко Стефановича, народное движение сербов из Косово и Метохии «Отечество» Славиша Ристича, движение «Вместе за Сербию» Небойши Зеленовича, движение «Здоровая Сербия» Милана Стаматовича, движение рабочих «Единство» Желько Веселиновича… И это еще далеко не все.

Все этим многочисленные и крайне разношерстные силы объединяет недовольство Вучичем и его правящей Сербской прогрессивной партией. Поводы для недовольства и претензии привычные: коррупция и авторитарный режим. Они накладываются на актуальную сербскую повестку. Среди прочего Вучича обвиняют в избыточной проевропейскости, предательстве сербских интересов и сговоре с Западом. В частности, у сербского президента в советниках бывший британский премьер и соучастник нападения на Сербию Тони Блэр и сын Джорджа Сороса – Александр.

Плюс, разумеется, очень больная для сербов тема Косово.

Причем дело не только в неспособности властей страны защитить сербское меньшинство там. Оппозиция уверена, что Вучич согласился на территориальный размен с косоварами: якобы Приштина готова отказаться от северной части Косово с ее сербскими анклавами (сербская часть Косовской Митровицы и др.), а Белград за это отдаст населенную албанцами Прешевскую долину на юге Сербии. А самое главное, якобы есть договоренность о признании Сербией Косова после данного размена.

Российские специалисты по Балканам с крайним скепсисом относятся к этой конспирологии, отмечая, что переговорный процесс по Косову наоборот зашел в тупик, в том числе из-за неуступчивости Вучича. В пользу этой версии работает и то, что Запад в данный момент выражает сдержанную, но все-таки благосклонность в адрес протестующих. Возможно, там питают надежды, что пришедшая к власти оппозиция окажется более сговорчивой в этом смысле.

Хотя, по мнению балкановедов, шансы на это, кто бы ни оказался у власти в стране, невелики. Сербия застряла в, казалось бы, крайне неустойчивой точке равновесия между проевропейскими симпатиями, еще свежими обидами на Запад, прочной связью с Россией и уязвленным национальным самолюбием, и, похоже, в обозримом будущем любому руководителю страны придется балансировать на ней.

Судя по всему, именно тут стоит искать причину, по которой Москва выдерживает максимально нейтральную позицию по отношению к текущим событиям в Сербии, со стороны наблюдая очередной акт бурной балканской истории.