То, чего не догнали футболисты

То, чего не догнали футболисты

11 октября 2018 г. 12:35

В обсуждении самого громкого текущего российского скандала – вокруг футболистов Александра Кокорина и Павла Мамаева – есть момент, который необходимо постоянно учитывать.

Он заключается в том, что ни одно общество, ни одна политическая система, существовавшие за уже весьма долгую историю человечества, не смогли решить проблему злоупотреблений представителей элит и привилегированных групп. Никакие самые жестокие методы, которые время от времени пытались внедрять, не способны искоренить из человеческой натуры представление "если я занимаю особое положение в обществе, мне можно делать все, что я хочу, и ничего мне за это не будет".Громкие скандалы о проступках и преступлениях известных, состоятельных и высокопоставленных лиц сотрясают абсолютно все страны мира.

В качестве, пожалуй, самого яркого и вопиющего примера стоит привести Эдварда Хита, занимавшего пост премьер-министра Британии в первой половине 1970-х годов, и который посмертно является фигурантом полицейского расследования преступлений против детей. Судя по всему, сэр Эдвард был в буквальном смысле маньяком-педофилом, насиловавшим и убивавшим мальчиков. Причем система поставляла ему жертв и покрывала его. А учитывая совсем свежие скандалы о сексуальном насилии и эксплуатации детей сразу в нескольких британских городах, мнение, что сейчас в Англии подобное невозможно, совершенно не внушают доверия.

Таким образом, любые утверждения, что "а вот при Хаммурапи/Владе Цепеше/Сталине/демократии (нужное подставить) такого не было" — не более чем ложь и спекуляции. Проблема злоупотребления представителей элит сопровождает человеческий род всю его историю и, видимо, является неискоренимой частью человеческой природы.

Но различия в ситуациях действительно есть. Одно дело, когда "богатые и знаменитые" творят всякие безобразия за закрытыми дверями, избегая делать их достоянием гласности. И совсем другое, когда пьяный мажор без прав устраивает ДТП с жертвами или два известных футболиста избивают людей в кафе в центре города – в полной уверенности, что в итоге им ничего не будет. Очевидно, что в первом случае элитарии осознают, что, несмотря на все их привилегированное положение, и на них есть управа, и лучше не зарываться, раздражая своими выходками общество. А во втором система такова, что элита пребывает в убеждении по поводу собственной безнаказанности, несмотря ни на какие свои действия.

Действительно значимым достижением Запада – или если угодно, стран развитой демократии – стало то, что они смогли в значительной степени обуздать злоупотребления второго вида. Во всяком случае, пойманный на открыто безобразном поведении или вопиющем нарушении закона представитель элиты имеет там куда больше перспектив для неприятных для себя последствий, чем в, назовем это, менее развитых странах.Причин такого положения вещей несколько. Самой очевидной является общественное мнение, которое не могут не учитывать в своих действиях власти предержащие при демократической системе. Им проще наказать зарвавшегося элитария, чем покрывать его, раздражая общество, что может сказаться на рейтингах доверия или даже результатах выборов.

Но дело не только в демократических процедурах.

Отличием развитых стран от того, что принято называть развивающимся миром, является также обширная плавающая и проницаемая граница между миром элиты и остальным обществом – в буквальном, географическом и физическом значении.

В развивающихся странах элиты в большинстве случаев фактически живут в хорошо защищенных гетто, соответствующих районах, где есть все, что им нужно – магазины, рестораны, арт-галереи, парки, клубы и так далее. За пределами этого их мирка находится огромное пространство, где живет остальное общество, отношение к которому у многих элитариев варьируется от пренебрежительного до презрительного. А для некоторых из них, особо не знающих берегов, оно воспринимается, как возможность делать туда вылазки, чтобы развлекаться и нарушать любые правила, поскольку там живет простонародное быдло, за которое никто не вступится, даже если его покалечить или убить.

В принципе, на Западе подобное географическое разделение тоже, разумеется, есть. Но там есть и другое – значительное пространство, в котором представители разных классов смешиваются: ходят по одним улицам, гуляют по одним паркам, сидят в одних кафе, посещают одни музеи, даже делают покупки в одних и тех же магазинах.

И вот именно тут находится, возможно, самый главный урок скандала вокруг Кокорина и Мамаева: Россия меняется, она на наших глазах в социальном и структурном смысле превращается в развитую страну мира, что обычно принято ассоциировать с Западом.

А два российских футболиста этого просто не поняли.

Они пришли в недорогое сетевое кафе, в которое, по их мнению, ходят исключительно не имеющие значения нищеброды – мелкие служащие, водители, врачи, строители... Все те, кого они привыкли игнорировать с высот своей богатой элитарной жизни, будучи уверенными, что могут делать с ними, что захотят, и ничего им за это не будет.Однако их ждал сюрприз, поскольку выяснилось, что в недорогих заведениях современной России не считают зазорным для себя сидеть весьма высокопоставленные люди, для которых проблемой становятся не заводские рабочие за соседним столиком, а «социально близкие» им, но потерявшие берега сограждане.

А еще их ждал сюрприз, поскольку выяснилось, что в России есть пресса, которая с радостью устроит медийное потрошение зарвавшихся спортсменов.

А еще они обнаружили, что в стране есть возмущенное общественное мнение, которое дружно требует примерного наказания для хулиганов, и игнорировать которое властям нет смысла и желания.

В результате перед Кокориным и Мамаевым недвусмысленно встает перспектива ответить за свои действия строго по закону как самым обычным гражданам, и никакие связи, покровители, поклонники и деньги помочь им не смогут. В свою очередь их пример становится уроком для других богатых и знаменитых, по сей день пребывавших в заблуждении, что ничего им не будет ни за какие выходки.

Причем очень важно, что нынешний инцидент он далеко не первый и не единственный в своем роде. Достаточно напомнить, как сама собой исчезла традиция стрелять на богатых кавказских свадьбах в Москве и в других городах Центральной России. Как довольно мягко, но неуклонно система давит на стритрейсершу-мажорку Мару Багдасарян – и слышно о ней теперь все реже.

Да и в целом количество происшествий с представителями элиты – без последствий для них – заметно сократилось за последние годы. Ведь раньше месяца не проходило без очередного скандала с участием юного мажора или великовозрастного элитария.Российская элита — хоть и очень постепенно — усваивает, что публичное безобразное поведение и нарушение закона с большой вероятностью повлечет за собой неприятные последствия.

Более того: она сама становится заинтересована в том, чтобы подобных выходок не было. Просто потому, что ,как показала история с Кокориным и Мамаевым, у элитария шансов стать жертвой распоясавшегося собрата по классу ничуть не меньше, чем у представителей других социальных групп.

...Остаётся вопрос: а если бы за соседним столиком сидели не крупные чиновники, а как раз кто-нибудь из нормальных «обычных граждан» - как повернулось бы дело?Ещё пару лет назад, пожалуй, можно было с уверенностью сказать: плёнки с камеры оказались бы утрачены, жертвы внезапно разбогатели бы на пару миллионов рублей и отказались от претензий, уголовное дело, если и было начато — тут же прекратилось бы.Сейчас ответ уже не столь очевиден.