Европа объявила себя мягкой сверхдержавой

Европа объявила себя мягкой сверхдержавой

10 октября 2018 г. 13:47

Глава европейской дипломатии Федерика Могерини назвала Евросоюз «мировой культурной супердержавой». Она заявила это на открытии книжной ярмарки во Франкфурте, отметив, что "европейцы, по определению, "мягкая сила".

Могерини сказала, что в данный момент Европа как никогда раньше вкладывается в развитие своей "жесткой силы" – "нашей европейской обороны, нашей стратегической автономии, которая может понадобиться" – однако несмотря ни на что остается "культурной сверхдержавой".

Это без сомнения крайне показательное высказывание руководителя европейского внешнеполитического ведомства, причем сразу по нескольким моментам.

Можно было бы счесть этот комментарий чистым лицемерием, поскольку, говоря о "жесткой силе", Могерини явно подразумевала исключительно краткую историю Евросоюза, а вот под "мягкой силой культурной сверхдержавы" имела в виду всю совокупность европейской истории.

Учитывая, что это было сказано о части света, которая почти всю свою многотысячелетнюю историю утверждала себя "огнем и мечом", передергивание, безусловно, забавное. Однако оно отражает сознательное желание современной Европы уйти, отказаться от действительно крайне жестокой и кровавой части своего прошлого.

Отсюда и возник этот забавный идеологический гибрид ЕС: хорошее, светлое и человеколюбивое прошлое берем с собой, плохое прошлое помним, но отрекаемся от него и строим прекрасное светлое будущее на основе принципов гуманизма, свободы, прав человека и политической корректности.

Но высказывание Могерини любопытнее, скорее, даже другим – явной общей неловкостью всего заявления.В нем отчетливо чувствуется извиняющаяся интонация за то, что Могерини и в ее лице Европа вынуждена вновь обращаться к, казалось бы, оставшейся в кровавом прошлом великодержавной риторике. Отсюда и момент про вынужденный характер нынешнего развития "жесткой силы": мы не хотели, но нам не оставили выбора.

Да и само применение по отношению к ЕС термина "сверхдержава" (пусть даже культурная) выглядит странновато — именно потому, что Европа последние десятилетия позиционирует себя как политический субъект, публично дистанцирующийся от всех этих грубых геополитических игрищ и руководствующийся исключительно высокими гуманистическими соображениями. Кстати, она некоторое время неплохо справлялась с этой задачей своего имиджевого позиционирования, даже когда участвовала в бомбардировках суверенных государств и свержении их лидеров.

Заявление Могерини свидетельствует о том, что этот симбиоз гуманистичнейшей риторики и вполне традиционных методов (более того, усовершенствованных, поскольку Европа приноровилась решать многие задачи чужими, в частности американскими руками) просто перестал работать. Мир возвращается к старым и не очень добрым методам работы и взаимодействия.

Так что хотя новое обращение ЕС к великодержавной риторике пока действительно не очень удачно и вызывает, скорее, улыбку, не стоит недооценивать знаковость произошедшего. Молодой Евросоюз явно готовит возвращение Старой Доброй Европы, а у той, стоит помнить, характер был отвратительный.

И кстати — военную мощь нынешнему Евросоюзу будет восстановить проще, чем основательно подрастерянное культурное доминирование.