России не обойтись без пенсионной реформы

России не обойтись без пенсионной реформы

16 августа 2018 г. 14:00

Спикер Госдумы Вячеслав Володин провел рабочее совещание по подготовке парламентских общественных слушаний, намеченных на 21 августа. В этот день на Охотном ряду ожидается широкая дискуссия с участием экспертов, представителей общественных организаций, деловых сообществ, регионов и, само собой, парламентских фракций.«Необходимо найти решение, обеспечивающее рост пенсий выше уровня инфляции, а также чтобы их размер составил не менее 40% от заработной платы. Для решения этих задач требуется создать устойчивую и эффективную пенсионную систему – вот цель проведения парламентских общественных слушаний», — подчеркнул глава нижней палаты.«У нас есть возможность до 24 сентября обсуждать и вносить поправки в правительственный законопроект», — добавил Вячеслав Володин. «Совершенно очевидно: если мы не займемся решением вопросов совершенствования пенсионной системы, в перспективе нас ждут большие проблемы в этой сфере», — уверен он.

Дефицит Пенсионного фонда будет увеличиваться, согласны со спикером эксперты. И если сейчас за счет федерального бюджета в ПФР перечисляется 3,336 трлн рублей (около 40% объема фонда и 20% от расходов федерального бюджета), закрывая тем самым его дефицит, то уже в ближайшем будущем средств надо будет перечислять почти в 2 раза больше.

Сложится ситуация, когда Пенсионный фонд не решает задачи роста пенсий и вывода их на средний показатель 20–25 тысяч рублей, а федеральный бюджет не сможет обеспечить решение прорывных задач ни в одной из сфер — образование, здравоохранение, социальная сфера, инфраструктура.

Заведующий кафедрой прикладной экономики МГИМО Михаил Столбов в интервью «Политаналитике» заявил, что такая ситуация имеет свою предысторию:

– Я даже не могу сходу вспомнить год, когда бюджет Пенсионного фонда был бы профицитен. Всегда требовался какой-то бюджетный траснферт.

На протяжении последних лет ситуация становилась всё более напряженной. Если раньше речь шла о десятках миллиардах рублей для того, чтобы компенсировать эти разрывы между доходами и расходами ПФР, то в последние три года это уже сотни миллиардов рублей. А в этом году первый вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов озвучил показатель в триллион рублей.

Очевидно, в дальнейшем эти показатели при нынешнем положении дел будут только расти. И где-то в интервале 5–10 лет мы бы вполне могли получить дефицит одного только Пенсионного фонда, сопоставимый с довольно опасными показателями бюджетной устойчивости по всей системе в целом. Это порядка минус 5–7% от ВВП. При нынешних показателях ВВП, это 4,5 – 5 триллионов рублей: довольно чувствительная сумма.

А если вспомнить о не самой благоприятной внешнеэкономической ситуации, то становится очевидной необходимость серьезных преобразований. Короче говоря, пенсионную реформу нужно в том или ином виде проводить.

ПА: Некоторое время назад среди граждан была популярной идея негосударственных пенсионных фондов. Многие рационально мыслящие люди, задумавшись о будущем, распределили свои пенсионные накопления между государством и частниками. Насколько можно судить, идея не сработала. Большинство россиян не приняло новую схему, оставшись так называемыми «молчунами». Почему?

М.С.: Конечно, велик соблазн списать всё на финансовую неграмотность, на неготовность людей к инвестированию своих сбережений. Если посмотреть на статистику активов НПФ к ВВП, то на протяжении всех этих лет фиксировались совершенно копеечные доли. В лучшем случае цифра переваливала за 2% ВВП. В принципе, эта история формально есть в экономике, но масштабы ее таковы, что говорить о том, что она сколько-нибудь массовый характер имела, – конечно, нельзя.

Но, помимо человеческого фактора, надо иметь в виду уровень доходности, который обеспечивает НПФ. Здесь тоже история неоднозначная, поскольку неправительственные пенсионные фонды притягивали клиентов своей чуть более высокой доходностью по сравнению с ПФР. Но инструменты, которые НПФ может использовать для инвестирования, всё равно те же. Это инструменты долговые – облигации или похожие на них бумаги.

Доходность, которую можно получить на рынке акций (а это – 15–20%), в принципе недоступна для НПФ. Не будем забывать, что в последние годы у нас ситуация с инфляцией вырулила на однозначные показатели; до этого всегда было порядка 10%, как минимум. Мы можем с вами рассчитать реальную доходность накоплений в НПФ: при двузначной инфляции она у нас отрицательная.

Соответственно, возникает вопрос относительно устойчивости этих НПФ для самих финансовых конгломератов, вокруг коммерческих банков. Если с банком происходит что-то нехорошее, возникает проблема и у НПФ, его нужно продавать и так далее. Это вопросы к системной устойчивости финансового сектора в России.

ПА: Надо ли сейчас возвращаться к идее негосударственных пенсионных фондов? Некоторые эксперты предлагают гражданам самим копить себе на пенсию, ссылаясь на опыт некоторых стран.

М.С.: Я бы запараллелил эти два момента. С одной стороны, мы не можем ожидать, что будет какой-то массовый поход граждан предпенсионного или даже более молодого возраста в НПФ. Все-таки НПФ, как сегмент финансового рынка, в нормальной, развитой экономике должны быть и должны достигать 10–12% ВВП, как в Западной Европе. Этот сегмент помог бы государству снять с себя часть обязательств. Понятно, что государственные пенсии, которые идут сейчас через ПФР, сохранятся. Никто всерьез не воспринимает ситуацию, когда госпенсий вообще в России не будет. Но все-таки НПФ нужны. Эту историю нужно возвращать, на мой взгляд.

И второй момент – разговоры о личном участии граждан в формировании своих пенсий стимулируют к более ответственному поведению сберегателя. Но на проблему надо посмотреть пошире. У нас склонность к сбережению составляет сейчас чуть больше 9%. Это означает, что из заработанного рубля, который гражданин получил после вычета налогов, 91 копейку он пускает на потребление, но никак не откладывает на черный день или даже на краткосрочную перспективу.

Если сравнить с показателями зарубежных стран, на которые бы нам хотелось равняться, там этот показатель – 12–14 копеек с условного рубля. Если бы сберегательное поведение россиян было ответственным уже сейчас, я думаю, что была бы и бóльшая готовность к инвестированию в НПФ. Было бы больше понимания необходимости пенсионной реформы в части сегмента ПФР.

Когда мы говорим о пенсионной реформе, нужно вспоминать и состояние фондового рынка. Средства не просто собираются и расходуются, они инвестируются на фондовом рынке. Если у нас появляется возможность через НПФ привлечь дополнительные средства, мы вправе ожидать, что и фондовый российский рынок, особенно в части его облигационного сегмента, будет более ликвидным и будет лучше развиваться. Так или иначе, но проблема имеет не только социальное, но и финансово-рыночное измерение.

ПА: Достаточно ли граждане понимают необходимость пенсионной реформы? Нужно ли, на Ваш взгляд, поднять их финансовую грамотность или, напротив, проще объяснять экономические выкладки, чтобы реформа стала прозрачнее и понятнее?

М.С.: На мой взгляд, усиление на информационном фронте было бы желательно. Потому что те спикеры и коммуникаторы, которые говорят о реформе в настоящее время, делают это не всегда уверенно, не всегда четко. Может создаться впечатление, что даже с объявленными рэперными направлениями реформы сама власть не имеет достаточной ясности по этому вопросу. Мне кажется, что дополнительная разъяснительная работа, дополнительные усилия здесь были бы важны. Не случайно, что Путин пока весьма двусмысленно высказывался на эту тему.

На олимпе власти есть некоторое выжидание относительно того, как процесс будет восприниматься в обществе. Президент демонстрирует осторожность. И ряд спикеров от государства, которые комментируют ситуацию, могли бы делать это лучше.

Что касается населения, то, если говорить о городском среднем классе, понимания могло бы быть больше, поскольку горожане исторически более образованы в финансовом смысле нежели жители села. Что касается патерналистски настроенных регионов, здесь было бы желательно дополнительное разъяснение. Я далек от того, чтобы предположить возможность социального взрыва из-за реформы, – нет, конечно. Но, в принципе, по всем политэкономическим теориям, нужно создавать более-менее устойчивое большинство, чтобы реформа реализовалась в том виде, в котором она задумана.

ПА: Чтобы заткнуть дыру в бюджете ПФР и при этом оставить всё, как есть, нужен триллион. А в ближайшей перспективе – 5 триллионов. Значит ли это, что для сохранения статус кво деньги будут вынимать из других статей федерального бюджета?

М.С.: Безусловно. придется еще раз задуматься и о возможности очередной налоговой реформы. Вновь на повестку дня встанут вопросы и об увеличении НДФЛ, и о подоходном налоге. Возможно, придется говорить о дополнительных отраслевых налогах. Отдельно можно выделить налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), налоговый маневр в нефтяной отрасли.

Есть вероятность, что потребуются и другие адресные меры, чтобы закрыть дефицит Пенсионного фонда, если сейчас всё это пустить на самотек.ПА: Что может произойти, если ничего не делать? Можете для понимания привести какую-то яркую цифру, кроме озвученных 5 триллионов рублей, которые потребуются для затыкания бреши ПФР? М.С.: Здесь нужно моделировать. Я этим специально не занимался. Но даже при беглом взгляде очевидно, что в реальном выражении пенсии будут сокращаться. Несмотря на снизившуюся инфляцию, на полную индексацию рассчитывать не придется, и значит, все эти прибавки будут полностью съедаться даже той инфляцией, которая сейчас есть.Я могу принести пример в параллель: Испания – европейская страна с вполне устойчивой экономикой. У них весной были манифестации в связи с пенсионной проблемой, хотя вроде бы пенсионная реформа у них состоялась давно. Есть частные пенсионные фонды, население достаточно финансово грамотно, чтобы вкладываться в них. Все предпосылки к тому, что ситуация должна быть нормальной. Госпенсии тоже немаленькие; вопрос в том, что испанские пенсионеры были недовольны тем, что индексация составляет 0,25 процента из года в год.Я боюсь, что примерно на такие же доли процента мы могли бы рассчитывать и в России. А при инфляции даже в 4% вы сами можете посчитать, насколько из года в год будет обесцениваться пенсия. Более чем на 3% будут становиться беднее российские пенсионеры, если такой условный, стилизованный испанский пример привести.Минус 3%, и в итоге российские пенсионеры будут становиться просто беднее, если ничего не делать.