Непредсказуемый май для Терезы Мэй

Непредсказуемый май для Терезы Мэй

4 мая 2018 г. 21:01

Леонид Поляков

Судя по всему месяц май для британского премьера с аналогичной фамилией будет самым непростым, а возможно, – решающим в ее достаточно бурной почти двухлетней карьере. Уже конец апреля не предвещал ничего хорошего, когда вынуждена была уйти в отставку Эмбер Рад (Amber Rudd) – преемница самой же Мэй на посту министра внутренних дел.

Рад считалась одной из самых надежных союзниц премьера, но скандал с утаиванием реальных цифр по высылке незаконных иммигрантов из Соединенного Королевства приобрел такие масштабы, что Мэй пришлось пойти на эту (уже четвертую) жертву. Лейбористы, против которых тори настойчиво разыгрывали козырную карту «антисемитизма», сумели нанести ответный удар в не менее чувствительное для консерваторов место: обвинив правительство в проведении фактически «расистской» политики в отношении британских этнических меньшинств.

Но если на фронте противостояния с оппозицией можно зафиксировать временно «ничейный» счет, то на двух других ключевых фронтах – в отношениях с парламентом и в отношениях с собственной партией – у Терезы Мэй пока что позиции явно хуже. И всё это – из-за ситуации на четвертом и самом важном фронте: на переговорах об условиях выхода Великобритании из Евросоюза. Переговоры буксуют в самом принципиальном вопросе – о границе между Северной Ирландией как члена Соединенного Королевства и Республикой Ирландия как члена ЕС.

С самого начала вопрос этот казался чисто техническим, и Тереза Мэй клятвенно обещала при выходе UK из единого рынка и таможенного союза с ЕС реальной границы между Ольстером и Ирландией не воздвигать. Но оказалось, что вопрос «технический» быстро перерос в «политический»: невозможность установления реального контроля над товаропотоками и перемещениями граждан через невидимую «границу» между UK и ЕС подталкивает к мысли о сохранении Британией членства в таможенном союзе с ЕС.

Это подталкивание весьма на руку всем, кто изначально голосовал против Брекзита и кто располагает реальными возможностями этот самый Брекзит если не торпедировать полностью, то хотя бы затормозить. А потом – и существенно скорректировать. Это как раз и пытается сделать Палата Лордов, в понедельник проголосовавшая большинством в 91 голос за то, чтобы именно парламент, а не правительство определил окончательный вариант договора о выходе страны из ЕС. Что означает предоставление права парламенту заблокировать вариант, при котором страна выходит из ЕС в указанный срок (в 23.00 29 марта 2019 г.) даже при отсутствии соответствующего договора.

Голосование это оказалось скандальным не только потому, что против правительства выступили 19 лордов-тори. Но в ходе дебатов прозвучал аргумент, который заставил вздрогнуть не только палату пэров, но, пожалуй, и всё Соединенное Королевство. В частности, либерал-демократ от Уэльса лорд Робертс (Lord Roberts of Llandudno), 1935 года рождения, пустился вот в такие неожиданные воспоминания: «Иногда бывает весьма ценно взглянуть на то, что случилось в других странах, когда были предприняты подобные шаги. Мы помним нежелание миссис Мэй позволить парламенту самому быть соучастником [Брекзита]. Она хотела, чтобы это было делом исключительно правительства. Я мысленно возвращаюсь в Берлин 1933 года, когда Рейхстаг принял закон о передаче всех полномочий правительству и этим самым передал демократические права парламента в руки Адольфа Гитлера». И добавил: «Пусть это послужит нам предупреждением. То, что мы здесь делаем, должно происходить с участием парламента. Мы не можем позволить, чтобы закон о передаче полномочий правительству привел Соединенное Королевство к той катастрофе, что случилась в Берлине».

Конечно, не этот аргумент склонил чашу весов в палате пэров в пользу противников Брекзита (так называемых Remainers). По ряду предыдущих голосований в этой палате было понятно, что таковых там – значительное большинство. И это вызвало ответную и не менее жесткую реакцию со стороны той части палаты, которая выступает за Брекзит (так называемые Leavers). В частности, один из лордов фракции тори (Lord Fairfax of Cameron) прямо обвинил своих оппонентов в предательстве национальных интересов, заявив: «Эта Палата – тайная клика Remainers». А саму поправку, ограничивающую полномочия правительства при заключении договора с ЕС по Брекзиту, он охарактеризовал следующим образом: «Это разрушительная поправка. Она задумана для того, чтобы отложить, развалить и, в конечном счете, блокировать Брекзит. Те, кто предлагает ее и кто ее поддерживает, играют роль пятой колонны для мистера Барнье и переговорщиков ЕС. Они [Remainers] делают его работу для них».

Эта словесная война с использованием аналогий с Гитлером и «пятой колонной» показывает не только степень, до которой накалены страсти по Брекзиту в британском парламенте. Она косвенным образом отражается и на ситуации в самой правящей партии, где при любом ключевом голосовании обнаруживаются «бунтовщики» и «перебежчики». И именно это становится одной из самых серьезных проблем для Терезы Мэй в преддверии голосования в Палате Общин по поправке, принятой Палатой Лордов. Ведь в предыдущем голосовании по поправке, дающей право парламенту обсуждать окончательный документ по Брекзиту по существу, нижняя палата проголосовала против правительства со счетом 309:305. И если ситуация повторится, Брекзит, то есть выход Британии из единого рынка и таможенного союза с ЕС окажется практически заблокированным. Что в принципе может означать вотум недоверия правительству.

Сама Тереза Мэй старается держать удар и заявляет, что ей удастся заблокировать поправку лордов при голосовании в Палате Общин. Но если все-таки нет, это может оказаться поводом для коллапса правительства и перехода к процедуре перевыборов лидера партии тори, поскольку достаточно влиятельная группа консерваторов (жестких брекзитёров) во главе с Джейкобом Рис-Моггом (Jacob Rees-Mogg) уже высказалась по этому поводу. Никаких вариантов с сохранением участия Соединенного Королевства в таможенном союзе с ЕС они не примут.

В интервью ВВС экс-министр по развитию гражданского общества Дэвид Джонс (David Jones) прозрачно намекал: «Совершенно точно будет очень много разочарованных брекзитёров в случае, если дело завершится таможенным партнерством. В расчеты премьер-министра должно входить то, как именно отреагирует парламентская фракция и вся консервативная партия, если нам придется вступить в такого рода партнерство».

Рис-Могг также был вполне определенен: «Это таможенное партнерство является одной из тех хитроумных идей, которые на первый взгляд кажутся вполне правдоподобными, но при детальном рассмотрении оказываются глубоко неудовлетворительными, ошибочными и не выводящими нас из ЕС, - за что народ как раз и голосовал. Таможенное партнерство – это единый рынок под другим именем».

Тем временем Палата Лордов в среду 2 мая нанесла правительству Мэй очередной, уже десятый удар. В среду пэры со счетом 309:242 приняли поправку, обязывающую правительство при заключении договора о Брекзите избежать установления реальной границы между Ольстером и Республикой Ирландия. Как и в предыдущем случае, за поправку голосовали 19 лордов-тори, а саму поправку предложил лорд Паттен (Lord Patten) – в прошлом председатель этой самой партии. Он же перед голосованием выступил с зажигательной речью, послужившей ответом однопартийцу лорду Форсайту (Lord Forsyth), который в прошлый раз предостерег противников Брекзита от попыток своими поправками помешать правительству реализовать волю народа, высказанную на референдуме в июне 2016 года.

Лорд Форсайт тогда назвал это «игрой с огнем». И услышал ответ от лорда Паттена: «Я скажу вам, что я думаю о том, что такое игра с огнем. Я думаю, что игра с огнем – это проведение такой политики в отношении Северной Ирландии, которая временами непонятна, временами преступна, с канистрой бензина в одной руке и коробкой спичек в другой. Я думаю, что это и есть игра с огнем. Я думаю, что это и есть для нас реальная опасность».

Все эти внутрипартийные разборки для тори вообще и для Терезы Мэй, в частности, совсем некстати в момент, когда 3 мая прошли местные выборы в Англии. Всего разыграно 4000 мандатов в 150 местных советах, в том числе в Лондоне – 32 мандата. Опрос YouGov показал, что в столице за лейбористов готовы голосовать 54% опрошенных, а за тори – всего 28%. А в целом, как предсказывал Филип Коули (Philip Cowley), профессор Queen Mary College, «лейбористы готовы показать свой наилучший результат за 40 лет».

На этом фоне отнюдь не случайно в последнем номере Sunday Times появилась публикация о некоем научном исследовании, проведенном сотрудниками Swansea University. Это исследование якобы показало, что в ходе избирательной кампании в парламент 2017 года в Твиттере были зарегистрированы 6500 российских аккаунтов - автоматических ботов. И якобы все они вели агитацию в пользу лейбористов и Джереми Корбина персонально, критиковали Терезу Мэй и в день голосования призывали избирателей идти и голосовать за лейбористов. Авторы этой придумки едва ли рассчитывают на полное копирование опыта американских демократов, заказавших «досье Стила» и до сих пор пытающихся доказать, что Дональд Трамп был избран исключительно благодаря «сговору с Россией». Но лишний раз напомнить колеблющемуся избирателю, что Корбин – «марионетка Путина» и «полезный идиот Кремля», – очевидно не считают зазорным. Действительно: а вдруг поможет?

И ведь самое смешное, что такое не исключено. Во всяком случае, колумнист портала theguardian.com Оуэн Джонс (Owen Jones) рассказывает, что в Траффорде «избиратель средних лет, в прошлом лейборист орал мне, что Джереми Корбин был русским шпионом, что он станет управлять страной как царь и что его нужно “расстрелять”». Смех смехом, но лейбористы оказываются в странном положении, поскольку вынуждены в условиях важнейшей избирательной кампании всячески «отмазываться» от любых подозрений не то чтобы в связях, но даже в симпатиях к России. И вот уже The Guardian – медийный рупор лейбористов – именно 3 мая публикует подборку открыто антироссийских материалов, включая «откровение» о том, что Соединенное Королевство прилагает усилия к тому, чтобы укрепить «антироссийский альянс».

По данным издания, британские дипломаты намерены использовать в этих целях четыре важнейших саммита – G7, G20, НАТО и Евросоюза. Издание цитирует представителя правительства, заявившего: «Министр иностранных дел рассматривает российский ответ на события в Думе и в Солсбери как поворотный пункт и полагает, что существует международная поддержка в пользу более решительных шагов. Направления, в которых с наибольшей вероятностью Соединенное Королевство будет действовать – это противодействие российской дезинформации и нахождение механизма привлечения к ответственности за применение химического оружия».

Ну, насчет «механизма» в принципе всё понятно: 14 апреля, когда США, Великобритания и Франция нанесли ракетный удар по Сирии, этот «механизм» был продемонстрирован вполне наглядно. И, судя по всему, именно эту практику британцы собираются закреплять в качестве необсуждаемой «нормы». А вот с противодействием «российской дезинформации» дело обстоит сложнее.

Да, вполне реальна перспектива отзыва лицензии у телеканала RT, к которому у британского аналога нашего Роскомнадзора (Ofcom) имеется уже аж 7 претензий по случаю неподобающего освещения сюжета с «отравлением Скрипалей». Но к своему ужасу «противодействователи» обнаружили, что британскую публику, помимо самого телеканала, неудержимо влечет интернет-сайт RT! И вообще, согласно данным исследовательской компании Ezy Insights, выясняется, что страница телеканала в англоязычном Facebook’е за последние три месяца привлекла вдвое больше лайков, комментов и перепостов, чем аналогичный аутлет самой популярной британской газеты The Sun.

Вот странно: с чего бы это вдруг британская публика зачастила на сайт «российской пропаганды»?! Впрочем, что ж тут удивляться: ведь даже столь искушенные в политике люди, как лидер лейбористов Джереми Корбин, и те перед этой «пропагандой» устоять не могут. Иначе, зачем бы он требовал от Терезы Мэй не «хайли лайкли», а прямых доказательств причастности России к так называемому «отравлению Скрипалей»?

В общем, фон для местных выборов в Англии заряжен однозначно, и тем более было интересно, насколько он повлияет на окончательный расклад. К полудню пятницы были подсчитаны расклады в 103 из 150 местных советов. Под контролем лейбористов был 51 местный совет, и они имели 1489 депутатов (+40). Тори контролировали 31 местный совет, и у них осталось по-прежнему 892 депутата. То есть в схватке двух главных британских партий на тот момент выстраивалась боевая ничья. Что могло казаться утешительным результатом как для Терезы Мэй, так и для Джереми Корбина. Во всяком случае, последний уже заявил: «Лейбористская партия теперь заняла хорошую позицию для того, чтобы сражаться и победить на следующих всеобщих выборах – и сформировать правительство, которое будет работать для многих, а не для меньшинства».

Но Терезу Мэй должен обеспокоить результат схватки между либеральными демократами и UKIP. Либдемы взяли под контроль 4 местных совета (+1) и прибавили 40 своих депутатов, доведя общее их число до 328. А Партия независимости Соединенного Королевства получила политический нокаут: всего 2 депутата при потерянных 96-ти! Лидер либдемов сэр Винс Кэйбл (Vince Cable) оптимистично заявил: «Это начало нашего ответного наступления и на лейбористов, и на консерваторов. Мы снова утверждаем себя в качестве главной национальной силы».

А вот лидер UKIP Пол Джеймс Оукли (Pol James Oakley) нашел довольно рискованный способ сохранить лицо партии-лузера, сравнив ее с «Черной Смертью» - то есть средневековой чумой. Аналогия в том, что чума приходит как эпидемия, но, даже прекратившись, – не исчезает окончательно, а лишь дремлет до времени.

Эти пожелания «чумы на оба ваши дома» от либдемов и партии независимости – действительно тревожный сигнал для Терезы Мэй. Ведь успех первых и катастрофа вторых означает, что противники Брекзита усиливаются, а его сторонники теряют поддержку. И это делает позицию правительства в целом и Терезы Мэй лично всё менее устойчивой.

А май ведь только начинается…