Конец дипломатии?

Конец дипломатии?

20 февраля 2018 г. 9:55

Кирилл Бенедиктов

"Конец дипломатии?" Именно так – в непривычном для немецкой прессы алармистском тоне – озаглавлена большая статья на сайте Deutsche Welle, рассказывающая об итогах Мюнхенской конференции по безопасности. Правда, все-таки с вопросительным знаком в конце и со словом «мнение» в начале. И тем не менее, вопрос поставлен предельно конкретно: знаменует ли собой Мюнхенская конференция по безопасности 2018 года конец дипломатии?

Триггеры напряженности

Мюнхенский форум 2018 запомнился многими удивительными и даже неполиткорректными высказываниями своих участников.

Представитель Всемирного банка признался, что не верит в то, что в «арабском мире есть хоть одна страна, которая была бы на 100% стабильна».

Эмир Катара обрушился с критикой на страны - члены Совета сотрудничества государств Персидского залива за то, что они «создали бесполезный кризис».

Премьер-министр Турции обвинил Соединенные Штаты в союзе с террористами.

Сенатор-республиканец из Айдахо Джеймс Риш заявил, что действия Северной Кореи могут вызывать «реакцию библейских пропорций», явно имея в виду судьбу Содома и Гоморры.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху открытым текстом сравнил ядерную сделку с Ираном, заключенную администрацией Обамы в 2015 году, с умиротворением Гитлера на Мюнхенской конференции 1938 года.

Некоторым наблюдателям нынешний форум напомнил череду выступлений обвинителей, каждый из которых находил собственную жертву и обрушивал на ее голову гневные филиппики. Характерно, что сам формат конференции в этом году был предельно фрагментированным: помимо 30 панельных дискуссий, составивших основу трехдневной повестки дня, в номерах отеля Bayerischer Hof состоялось более 1000 (!) двусторонних встреч и совещаний. Это говорит не столько о вовлеченности участников форума в обсуждение сюжетов конференции, сколько о невозможности наладить переговоры между тремя и более сторонами. «Те, кто искал (в Мюнхене. - К.Б.) серьезные признаки взаимопонимания и конструктивные предложения для решений проблем и конфликтов, ничего здесь не нашли», - резюмирует Deutsche Welle.

Происходили на конференции и совсем уж анекдотические инциденты: например, депутату бундестага Джему Оздемиру на время конференции была предоставлена круглосуточная полицейская охрана. Причиной послужила жалоба турецкой делегации на то, что в одном отеле с ними проживает «террорист» - имелся в виду Оздемир, известный как яростный критик Реджепа Тайипа Эрдогана.

Времена, когда Мюнхенская конференция по безопасности посылала миру сигналы взаимопонимания между странами и надежды на лучшее будущее, прошли. Девиз конференции 2018 «На край пропасти и обратно?» стал адекватным описанием ситуации, в которой находится сегодняшний мир, – и в данном случае вопросительный знак не смягчает остроту поставленных проблем, а, напротив, их подчеркивает. Никто не может поручиться, что движение «обратно» все-таки будет реализовано. А вот то, что мир может качнуться в сторону разверзшейся пропасти, становится всё более вероятно.

«В прошлом году мир стал ближе – слишком близко – к началу значительного конфликта». Этой фразой Вольфганг Иншингер, председатель Мюнхенской конференции, открыл форум 2018. И это не просто слова. Это реальное ощущение угрозы, которая, может быть, впервые со времен Карибского кризиса, нависла над благополучным и позабывшем о мрачных перспективах ядерного конфликта миром.

Триггеры, потенциально способные запустить большой конфликт, были перечислены Ишингером во вступительном слове к докладу, презентация которого определила характер трехдневных дискуссий на форуме. Среди них: напряженность между Северной Кореей и США, между Саудовской Аравией и Ираном, между НАТО и Россией, а также война на Украине. Еще одним триггером является кризис, в котором находятся «ключевые договоренности о контроле над вооружениями, такие, как договор о ликвидации РСМД».

(Доклад «К краю пропасти – и обратно?» можно скачать здесь)

Основные сюжеты доклада включают кризис либерального международного порядка и роль в этом кризисе политического курса первого года президентства Дональда Трампа. В качестве факторов, влияющих на положение дел в сфере международной безопасности, рассматриваются потенциальное влияние Брексита и новый импульс в формировании единой оборонной политики ЕС. Анализируются также региональные события в Центральной и Восточной Европе, на Ближнем Востоке и в Африке*.

В докладе содержится целый ряд любопытных и нетривиальных исследований и выводов, касающихся европейской и международной безопасности, а также роли России. Так, представлены расчеты, проведенные корпорацией RAND в рамках исследования по сравнению военного потенциала НАТО и России в случае кратковременного противостояния этих двух сторон в странах Балтии. Указывается, что Россия превосходит силы быстрого развертывания НАТО в артиллерии и пехоте, но Альянс обладает превосходством в авиации, что, по-видимому, является решающим фактором.

Венский центр по разоружению и нераспространению представил прогноз серьезных последствий, которые может иметь денонсация договора о РСМД. Прогноз показывает, что российские ракеты средней и малой дальности «с большой степенью вероятности» могут поразить все крупные базы НАТО и США, а также ядерные арсеналы, расположенные в Европе.

Новые данные, предоставленные немецким Институтом по изучению Китая им. Меркатора (MERICS), показывают значительное и «тревожащее» расширение инфраструктуры Китая в Южно-Китайском море, а также свидетельства растущей военной мощи материкового Китая, которую официальный Пекин склонен занижать (т.н. «отпечатки пальцев»)

Центр исследований проблем нераспространения им. Джеймса Мартина и Инициатива по сокращению ядерной угрозы предоставили для доклада собственную оценку состояния северокорейской ядерной программы и анализ возможных последствий отмены иранской ядерной сделки.

В докладе признавалось, что весь 2017 г. был отмечен признаками продолжающейся эрозии «так называемого» либерального международного порядка и всё более непредсказуемой внешней политикой США.

То, что внешняя политика Вашингтона была, пусть и в мягкой форме, признана – впервые в истории конференции – фактором, потенциально угрожающим международной безопасности, говорит о многом. Как и то, что самые бурные аплодисменты достались не советнику Трампа по национальной безопасности генералу Герберту Макмастеру, а человеку из команды экс-президента Обамы, бывшему вице-президенту страны Джо Байдену. Таким образом организаторы форума и авторы доклада ясно дали понять: расшатывать «либеральный международный порядок» опасно, в том числе и для самой могущественной державы мира, где договороспособность правящей администрации вызывает большие сомнения – в отличие от предыдущей, либерально-глобалистской.

Тем не менее, те силы, которые, в представлении устроителей форума, были непосредственно связаны с ревизией либерального миропорядка, играли на конференции первую скрипку. Во всяком случае, они были наиболее активны, узнаваемы и цитируемы влиятельными СМИ.

«Ястребы» атакуют

Однако чего на Мюнхенской конференции - 2018 точно не было, так это единодушия. Это хорошо видно на примере иранского кейса, одного из самых потенциально взрывоопасных из включенных в повестку. С одной стороны, при обсуждении проблемы Ирана ярко проявил себя «ястребиный» лагерь, представленный Гербертом Макмастером и израильским премьером Биньямином Нетаньяху.

Потрясая предметом, который, по его словам, был обломком иранского БПЛА, сбитого над территорией Израиля, Нетаньяху в очередной раз призвал мир остановить «ядерную угрозу», предупредив, что «до появления иранского ядерного арсенала» осталось «чуть больше десяти лет». Иранская ядерная сделка, по словам Нетаньяху, не привела к тому, что Иран занял более умеренную позицию; скорее, напротив.

«Израиль будет продолжать противодействовать установлению постоянного военного присутствия Ирана в Сирии, – заявил Нетаньяху. – Израиль будет продолжать противодействовать попыткам Ирана создать очередную террористическую базу, с которой он будет угрожать Израилю».

«Противодействие», о котором говорил израильский премьер, было продемонстрировано за неделю до конференции, 10 февраля, когда Израиль нанес по системе ПВО Сирии самый мощный за период с окончания войны в Ливане (1982 г.) ракетно-бомбовый удар, отомстив за сбитый сирийцами истребитель. В результате этого «акта возмездия» регион оказался на грани горячей войны, и потребовалось вмешательство президента России Владимира Путина, чтобы отговорить Нетаньяху и, видимо, Асада от дальнейшей эскалации конфликта.

Жесткая риторика Нетаньяху, к сожалению, не стала исключительным явлением на конференции. Выступавший за день до израильского премьера советник Трампа по национальной безопасности Герберт Макмастер предупредил, что Тегеран расширяет сеть своих союзников в регионе и напрямую угрожает безопасности Израиля (ссылался он при этом на тот же сбитый иранский дрон и сбитый израильский истребитель). Поэтому, заключил Макмастер, настало время «действовать против Ирана».

Как и организаторы форума в Мюнхене, Макмастер также признавал, что конференция проходит в драматических условиях: «В этом году мы встречаемся в критический момент для наших народов и всего человечества». Но, являясь выразителем иного подхода к международной безопасности, нежели Ишингер, он обвинил в этом «отщепенческие режимы, которые угрожают глобальной безопасности, разрабатывают самое разрушительное оружие» (тут имелись в виду Северная Корея и Иран), а также «ревизионистские державы», подвергающие опасности «стабильность международного порядка» (это, разумеется, Китай и Россия).

В данном случае речь идет о консолидированной позиции американской администрации, поскольку несколькими днями раньше посол США в ООН Никки Хейли заявила, что инцидент с иранским БПЛА стал «тревожным звонком», предупреждающим об усилиях Ирана по укреплению своего присутствия в Сирии.

«Иран и “Хизбалла” планируют остаться в Сирии», - заявила она на заседании Совета Безопасности ООН. С точки зрения вашингтонской администрации, полностью солидарной в этом вопросе с израильским кабинетом министров, допустить этого нельзя ни в коем случае, – и для достижения этой цели хороши все средства.

В этом же выступлении Хейли подчеркнула, что сирийское правительство действует как «фронт» для Ирана и «Хизбаллы», а также их союзников, стремящихся дестабилизировать обстановку в регионе.

Нетрудно догадаться, кого имела в виду постпред США в ООН под союзниками Ирана и «Хизбаллы» в Сирии. О России с трибуны мюнхенского форума было сказано много нелицеприятных и просто враждебных слов, причем в первую очередь тем же самым Макмастером. Москву обвиняли, помимо всего прочего, в нарушении договора о РСМД и, разумеется, во вмешательстве в американские выборы 2016 года, чему, по словам Макмастера, имеются «неопровержимые доказательства». Любопытно, что именно это заявление советника Трампа по нацбезу было подвергнуто критике самим американским президентом, написавшим в своем Твиттере, что Макмастер забыл сказать, что русские никак не повлияли на результаты выборов (если предположить иное, то легитимность его избрания ставится под сомнение, и в данном случае возникает закономерный вопрос, зачем генералу Макмастеру так подставлять своего босса).

Однако если вопрос о вмешательстве русских в американские выборы лежит все-таки в пропагандистской плоскости, то проблема Ирана, как и проблема Северной Кореи, – вызовы совершенно реальные, грозящие перерасти в полноценный «горячий» конфликт, причем, в последнем случае – с применением ядерного оружия. И в этой перспективе тот кризис дипломатии, о котором с тревогой пишут немецкие аналитики, может сыграть роковую роль в невозможности отойти от края пропасти, упомянутой в девизе форума.

Увы, как подчеркивают почти все освещавшие Мюнхенскую конференцию СМИ, вместо поиска путей решения самых острых и болезненных проблем участники форума в большинстве своем избрали путь взаимных обвинений и ожесточенных нападок. «Резкие слова вместо умного взаимодействия», - пишет цитировавшаяся уже выше Deutsche Welle. Особенно очевидно это стало в последний день работы конференции, который был отмечен ожесточенным переругиванием израильского премьера Нетаньяху, министра иностранных дел Ирана Мохаммеда Джавада Зарифа и главы дипломатичского ведомства Саудовской Аравии Адель бин-Ахмеда Аль-Джубейра.

На этом фоне позиция России выглядела даже слишком миролюбивой: министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, чье выступление по программе конференции предшествовало ястребиной речи Макмастера, упомянул США всего лишь пару раз и, как пишет «Голос Америки», «в не самом укоризненном ключе»; в частности, он заявил, что «Россия открыта равноправному, взаимоуважительному, основанному на балансе интересов партнерству» в отношениях «с США и всеми другими странами», а также упомянул о желательности создания совместной системы безопасности в Азии при участии России, ЕС, США и Китая.

Однако этот доброжелательный тон не был поддержан американской стороной – за показательным исключением экс-госсекретаря США Джона Керри, чей диалог с Алексеем Пушковым во время дискуссии по Ближнему Востоку продемонстрировал необычайную близость позиций по ряду важнейших вопросов, в том числе и по Ирану. Увы - Джон Керри представлял в Мюнхене фактически самого себя, поэтому его беседа с Пушковым осталась всего лишь набором взаимных комплиментов.

Что же касается нынешнего главы Госдепартамента США, Рекса Тиллерсона, то в кулуарах форума европейские участники неоднократно жаловались на то, что для нынешней администрации в Вашингтоне дипломатия мало что значит, о чем, в частности, свидетельствует резкое сокращение бюджета Госдепартамента, предусмотренное в бюджетном плане Трампа, подписанном им 9 февраля. «Может ли ситуация исправиться к 2019 году? – задается вопросом профессор политических наук Дэниел Дрезнер на страницах The Washington Post. - Возможно. К этому времени PESCO (постоянное структурированное сотрудничество по вопросам безопасности и обороны) может стать чем-то большим, чем отвлеченное понятие, о котором говорят в ЕС. А администрация Трампа может в итоге получить госсекретаря, чьей главной заботой не будет уничтожение Госдепартамента».

Итоги Мюнхенской конференции - 2018, таким образом, выглядят неутешительно. Европейцы всё больше смотрят на США как на непредсказуемых и опасных партнеров, которые могут с легкостью подставить их под удар российских ядерных ракет. Трамп, недовольный действиями Тиллерсона и Госдепартамента в целом, всё больше делегирует решение важных международных задач военным – министру обороны Джеймсу Мэттису и советнику по нацбезу Макмастеру, который на конференции в Мюнхене фактически играл роль главы дипломатического ведомства. Израиль, чувствуя поддержку Вашингтона, готов резко поднять ставки в своем многолетнем противостоянии с Ираном, поставив мир на грань новой большой войны. Риски эскалации существующих и возникновения новых конфликтов увеличиваются экспоненциально.

И всё это – на фоне глубокого кризиса дипломатии. Впору задуматься о том, состоится ли вообще следующая Мюнхенская конференция по безопасности в 2019 года, – или для того, чтобы дипломатия вернула себе былое влияние, миру придется пройти через огонь очередной большой войны?

  • При подготовке доклада Мюнхенская конференция по вопросам безопасности сотрудничала с целым рядом авторитетных международных организаций, в том числе с Фондом Карнеги за международный мир, Международным институтом стратегических исследований (IISS), Центром исследований проблем нераспространения им. Джеймса Мартина (CNS), McKinsey & Company , Институтом изучения Китая им. Г. Меркатора (MERICS), Инициативой по сокращению ядерной угрозы (NTI), Oxford Economics, Институтом международной экономики им. Петерсона (PIIE) и корпорацией RAND.