​Добровольно-принудительные отставки губернаторов и четверть-вековой юбилей приватизации Чубайса

​Добровольно-принудительные отставки губернаторов и четверть-вековой юбилей приватизации Чубайса

28 сентября 2017 г. 10:08

Обзор прессы 28 сентября

Неожиданные добровольные отставки глав регионов, которые за несколько дней до этого и не помышляли об уходе с поста, а также плачевные результаты ваучерной приватизации начала 90-х годов – об этом пишут сегодня российские СМИ.​Тема кадровых перестановок в губернаторском корпусе не сходит со страниц российской прессы.

Глава Ненецкого автономного округа Игорь Кошин покинет свой пост в рамках ротации губернаторского корпуса, рассказали "РБК" федеральный чиновник и два собеседника, близких к Кремлю. Официально об отставке Кошина может быть объявлено до начала октября, уточнил один из близких к Кремлю источников РБК. Глава НАО уже написал заявление об отставке, утверждает он.

Федеральный центр обращал внимание Кошина на проблемы с реализацией майских указов президента о повышении зарплат бюджетникам и низкие темпы строительства социальных объектов в регионе, утверждает федеральный чиновник в беседе с РБК.Игорь Кошин, комментируя ранее информацию о своей отставке, сказал, что продолжает работать в штатном режиме, а «основанием для слухов» назвал «непопулярность экономических преобразований, на которые наложилось падение доходов региона на треть».

На смену Кошину рассматривается кандидатура 49-летнего замминистра энергетики Кирилла Молодцова, сказал один из близких к администрации президента собеседников РБК. Это наиболее вероятная кандидатура, уточняет он. Представитель Минэнерго отказался комментировать «несостоявшиеся назначения».Еще один вариант — замполпреда президента в Северо-Западном федеральном округе Любовь Совершаева, говорит другой собеседник РБК, близкий к Кремлю.

Игорю Кошину 43 года, губернатором НАО он был избран в 2014 году. До этого занимал пост члена Совета Федерации от региона.В 2014 году в НАО так же, как и в двух других автономных округах, ЯНАО и ХМАО, были отменены прямые губернаторские выборы, напоминает издание. Согласно утвержденной тогда схеме, во всех трех округах действует такая модель: своих кандидатов в губернаторы предлагают партии, представленные в заксобраниях, затем список кандидатур направляется губернатору региона, в состав которого входит автономный округ (ХМАО и ЯНАО входят в состав Тюменской области, НАО — в состав Архангельской), а губернатор, в свою очередь, направляет список президенту. Президент отбирает три кандидатуры, направляет список в заксобрание автономного округа, депутаты которого и утверждают кого-то одного.

Ранее свои должности оставили губернатор Самарской области Николай Меркушкин и губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев. В среду об уходе в отставку объявили главы Дагестана и Красноярского края Рамазан Абдулатипов и Виктор Толоконский.

По данным "РБК", место Абдулатипова, скорее всего, займет заместитель директора Росгвардии Сергей Меликов. Его рассматривают в качестве основного кандидата. Близкий к дагестанскому руководству источник охарактеризовал Меликова как "равноудаленную от кланов в республике фигуру".

Вместе с тем источник в Росгвардии связал внимание к кандидатуре Меликова с его происхождением - замглавы Росгвардии, ранее занимавший пост полпреда президента в Северо-Кавказском федеральном округе, наполовину лезгин. Это тот случай, когда, с одной стороны, он вроде бы "национальный кадр", а с другой - "резкий человек", пояснил собеседник агентства. "Нужно, конечно, учесть и сегодняшнее его положение, и имеющийся опыт работы полпредом", - добавил источник "РБК".

"Новая газета" пишет, что новосибирец Толоконский в красноярской памяти останется пением, мемами и женой.Когда в затянутом смогом, задыхающемся Красноярске вырубали деревья и уничтожали сквер в Студенческом городке (в рамах подготовки к Универсиаде-2019), Толоконский заявил: «Там тополя! Они – не деревья!» «А Толоконский – не губернатор!» – таким лозунгом ему ответили уже на ближайшем митинге.Когда робко интересовались, зачем и почему он потакает бизнесу, уничтожающему своими выбросами Красноярск, Толоконский заявил, что во всем виновата погода и дым из печей частного сектора.Подписывая документы о создании новой промзоны «Алюминиевая долина», Толоконский пообещал китайцам налоговые льготы и максимально благоприятный режим, а жителям края – «новые рабочие места, стимул для производства первичного алюминия».Подобно Марии-Антуанетте, рекомендовавшей народу есть пирожные, раз нет хлеба, супруга губернатора на жалобы граждан о черном небе над Красноярском дала совет думать позитивно: «Когда в голове чистых мыслей станет больше, грязный воздух перестанет быть опасным!»

Злопыхателям губернаторша заявляла: «А муж мой – Человек с большой буквы, редкой чистоты и самоотверженности, высочайшего профессионализма! Вы – его жизнь!!! Учитесь читать знаки жизни! Еще не поздно!»

После назначения Кремлем весной 2014-го осенью того же года Толоконский был избран народом, однако так и остался чем-то вроде колониального управляющего, призванного обеспечить денежный приток в метрополию, а не защиту интересов избравших его автохтонов. О результатах губернаторства Толоконского можно говорить детально, вот только смысла в этом немного. К его отставке это имеет ровно такое же отношение, как и сама его деятельность – к чаяниям народным. То есть никакое. С точки зрения метрополии, Толоконский вообще всё делал правильно. И снимают его исходя из резонов Кремля – и тактических (предвыборных), и долговременных, а не из интересов Красноярского края. "Мы здесь вообще все не при чем: ни губернаторы, ни жители вверенных им регионов. Кремль решает свои задачи", – заключает "Новая газета".

"Комсомольская правда" отмечает, что еще совсем недавно высоким политическим стилем в России считалась непредсказуемость поведения президента. И был даже такой признак – если где-то в СМИ появляются рассуждения о некоем назначении имярек или, наоборот, о его отставке, это означает, что будет в точности до наоборот.Теперь всё изменилось. Если ходят упорные слухи о новой волне отставок губернаторов, значит, так оно и будет. Потому что по новым традициям политической жизни кто-то эти утечки допускает вполне сознательно.

"Независимая газета" отмечает, что руководители российских регионов добровольно подают в отставку в полном соответствии с опубликованным в понедельник, 25 сентября списком. Его публикация стала результатом того, что в журналистском жаргоне называется информационным сливом. Вопросов к СМИ здесь нет. В условиях закрытости власти, непубличности принимаемых решений они пользуются доступными механизмами получения информации. Вопросы стоит задавать лишь тем, кто формирует российскую политику и воспринимает слив как ее эффективный инструмент.

Газета подчеркивает условность всей системы губернаторских выборов в России. Главы регионов де-юре уходят в отставку добровольно, хотя их пресс-службы незадолго до этого утверждают, что имярек находится в прекрасной форме и покидать свой пост не собирается. Де-юре назначенные вместо них исполняющие обязанности участвуют в прямых и открытых выборах. Но де-факто федеральная власть снимает губернаторов и указывает, кто должен прийти на их место. Это означает, что российская политика носит характер игры, несерьезной по форме и серьезной по последствиям.

Президент России Владимир Путин обладает высоким рейтингом и всеми средствами для того, чтобы донести свои идеи и позицию до граждан, более того – быть понятым и получить поддержку, пишет "Независимая". Допустим, он считает, что в новых экономических условиях стране необходимо сменить большую часть губернаторского корпуса. В этом случае ничто не мешает ему самому сделать публичное заявление, и уже после него лояльная вертикали элита станет добровольно подавать в отставку, поддерживая новую концепцию и соглашаясь на другие должности, а в регионы отправятся молодые технократы. После этого на выборы будут выдвинуты не просто Иванов, Петров и Сидоров, а единое политическое предложение. Так делается нормальная, публичная, легитимная политика.

Однако власть в России, похоже, увлечена не политикой, а политтехнологиями, предпочитая создавать интриги и поводы для медийного волнения и под этот шум реализуя собственные планы и интересы. Политика медийных интриг означает, в частности, что граждан либо не воспринимают всерьез, либо их поведение считается непредсказуемым и поэтому вызывает опасение. Если же гражданам невозможно открыто представить политическое предложение и призвать его поддержать, то какова цена публикуемым рейтингам? И еще: эта политтехнология упраздняет важнейший элемент демократии – отчетность перед народом избранных руководителей. Они по-прежнему ничем не обязаны народу. Всем в своем политическом возвышении они обязаны одному человеку – президенту. Слишком примитивно для XXI века, сетует "Независимая газета".

"Московский комсомолец" цитирует писателя Фазиля Искандера, сказавшего когда-то, что власть — это стол, из-за которого никто добровольно не встает. Но там, где не работает принцип добровольности, пишет газета, всегда можно воспользоваться таким специфическим политическим изобретением советской эпохи как «добровольно-принудительный порядок».

Никто в российской политической элите не сомневается, что вчерашние заявления об уходе главы Дагестана Рамазана Абдулатипова и главы Красноярского края Виктора Толоконского (а также аналогичные решения самарского и нижегородского губернаторов и тех, кто вскоре последует их примеру) тесно связаны между собой. Но официально все делают вид, что свято верят в фикцию: никакого указания из Кремля не было, а просто некоторые губернаторы вдруг просыпаются одним прекрасным утром и вдруг понимают, что им надо срочно сменить сферу деятельности.

"Впрочем, просто никто из уходящих глав регионов не может признаться, что их банально уволили. А значит, де-факто мы вернулись к практике назначения глав регионов из центра. И хотя такой порядок полностью соответствует нашим политическим традициям (так было при царях, так было при генсеках), на данном этапе он явно снижает устойчивость государственной системы", – полагает издание.

В Кремле не считают должность главы региона технической, а ротацию называют нормальным и ожидаемым процессом, сообщает читателям "Российская газета" со ссылкой на пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова. Президент идет по пути "ротационного обновления губернаторского корпуса", пояснил представитель главы государства.

"Что касается молодых технократов, я бы сказал по-другому: молодых широкопрофильных специалистов. Они все имеют опыт работы в органах федеральной власти на самых разных участках, в органах региональной власти и, по мнению президента, способны реализовывать, несмотря на молодой возраст, потенциал в интересах развития тех регионов, которые они возглавили", - цитирует Пескова "Российская газета".

 

Издание "Профиль" напоминает читателям о юбилее: четверть века назад началась ваучерная приватизация. Как это было, что стало ее итогом, были ли альтернативы? Выиграли или потеряли простые граждане, что дала приватизация «красным директорам», кому в конечном счете достались советские фабрики и заводы? Эксперты "Профиля" пытаются ответить на эти вопросы.

Чековая приватизация стала частью «большой» приватизации, которая включала в себя 5 способов приватизации, 3 варианта льгот трудовому коллективу, спецсхемы акционирования минимум для 8 отраслей и некоторых компаний (например, «Газпрома»). При этом, на каждом предприятии могло быть использовано несколько способов приватизации, включая аренду с выкупом и т. д.Реформаторы спешили. Либерализация цен сильно ударила по людям, и реформы из чрезвычайно популярных в 1991 году – сразу стали непопулярными. И пока их (реформаторов) не отстранили от власти, они торопились сделать необратимые шаги (пока могут), чтобы возврат к социализму стал невозможен.

Стоимость ваучера фактически зависела от стоимости имущества, которое государство могло предоставить под его обеспечение. По словам Анатолия Чубайса, Госкомимущество первоначально предполагало продать за ваучеры 35% госпредприятий и имущества стоимостью 1,4 трлн руб. Этим и определялась номинальная стоимость ваучера – 10 тыс. руб. Но это были старые балансовые цены имущества по итогам последней переоценки 1984 года. Отношения к реальной цене имущества они не имели. Поэтому реальную стоимость ваучера Госкомимущество оценивало намного выше – в 200–300 тыс. руб. Чубайс обещал две «Волги» за ваучер для того, чтобы заманить людей получать чеки.

По данным СМИ того времени, в 1993 году чек стоил в среднем около $10, а максимума достиг перед самым завершением чековой приватизации – в апреле 1994 года ($22,9).Главная идея чековой приватизации была негативной (избавить государство от собственности), а не позитивной (передать эту собственность кому-то конкретно, такая задача даже не рассматривалась). Тогда было в ходу сравнение приватизации с канадским способом игры в хоккей: главное – бросить шайбу на «пятачок», а там ее кто-нибудь уже протолкнет в ворота, отмечает "Профиль".

Откровенным поражением реформаторов стало то, что они не смогли предоставить имущество под ваучеры. Если считать имущество по условным балансовым ценам (как был рассчитан номинал чека), результат приватизации стал таким: на 1 чек в среднем удалось купить 2,4 тысячерублевой акции. То есть государство в реальности предоставило только четверть того имущества, которое собиралось.Почему грандиозное перераспределение собственности прошло без выстрелов? Потому что оно лишь зафиксировало сложившееся положение дел. После отказа государства от централизованного планирования директора предприятий оказались предоставлены сами себе. Хозяина над ними больше не было – ни министерства, ни партийной ячейки, ни ответственности за выполнение плана. И отдавать эту свою свободу они не хотели никому, особенно какому-то «внешнему» частному собственнику. Приватизация не стала революцией в отношениях собственности, она пошла по пути наименьшего сопротивления, и предприятия получили трудовые коллективы, а фактически их руководство, или, как тогда говорили, «красные директора» (т. е. еще советских времен, советской закалки). Реформаторы проиграли «красным директорам» подчистую.Некоей альтернативой приватизации мог бы стать отказ от таковой, как бы странно это ни звучало. Пример – Китай. Там никогда не было никакой приватизации, тем не менее, частный сектор, который вырос рядом с государственным, сегодня производит более 50% ВВП.

Сегодня, напоминает "Профиль", доля частного сектора в РФ, по оценке ФАС, менее 30%. Приватизация не помогла. В терминах начала 90-х годов страна вернулась назад, в социализм.