ПЕРЕИГРАТЬ СВОИХ ОППОНЕНТОВ ТРАМП СМОЖЕТ ТОЛЬКО ПРОЯВЛЯЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ, ТВЕРДОСТЬ И ТЕРПЕНИЕ

ПЕРЕИГРАТЬ СВОИХ ОППОНЕНТОВ ТРАМП СМОЖЕТ ТОЛЬКО ПРОЯВЛЯЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ, ТВЕРДОСТЬ И ТЕРПЕНИЕ

2 марта 2017 г. 17:33

Американские демократы требуют отставки генерального прокурора страны Джеффа Сешнса. Лидер демпартии в палате представителей США Нэнси Пелоси обвинила его в том, что он «солгал под присягой». Пелоси также потребовала создать независимую, двухпартийную комиссию по расследованию политических, личных и финансовых связей президента Дональда Трампа с Россией.

Ранее газета The Washington Post писала, что Джефф Сешнс в прошлом году в ходе президентской кампании в США дважды встречался с российским послом. Сам Сешнс позднее опроверг эту информацию.

Беспрецедентное давление на американского лидера оказывается на протяжении всех полутора месяцев после его инаугурации. Не ослабило его ни ряд шагов, ни ряд заявлений, сделанных Трампом, особенно в первой речи президента, обращенной к нации.

Более того, глава Белого дома подвергается нападкам не только со стороны оппонентов из числа демократов. Но и со стороны наиболее одиозных однопартийцев – республиканцев.

Так сенатор Джон Маккейн, заявил в среду, что Конгресс США должен создать специальный комитет по расследованию "российского влияния" на выборы с Америке.

При этом сенатор признал, что "создание спецкомитета — длительный процесс". Он подчеркнул, что "у разведывательного сообщества США должна быть возможность изучить факты и сделать свои выводы до того, как этот комитет будет создан".

Обвинения в адрес России о попытке вмешательства в выборы выдвигались спецслужбами США при администрации Барака Обамы, однако никаких доказательств представлено не было. Дональд Трамп обещал, что проведет новое расследование по этому делу.

О первых шагах нового американского президента, о перспективах развития кризиса политической системы в США, а также о том, как эта ситуация может отразиться на внешнеполитической повестке в развернутом комментарии для Политаналитики рассуждаем главный редактор портала, политолог и публицист Борис Межуев:

  • Несмотря на то, что все ожидали быстрого краха Трампа, этого не произошло. Признаюсь, я его тоже ожидал, но Трамп умело использует противоречия американского меньшинства и большинства. Чем-то политика американского президента напоминает политику Владимира Путина.

Трамп умело использует в своих целях и ненависть Голливуда, и неприятие ЛБГТ-сообщества, каких-то феминистический организаций, этнических меньшинств. Бурлящую ненависть к нему лично, он оборачивает в укрепление своей консервативной республиканской базы. Трамп сумел это сделать в том числе благодаря своим советникам Бенену и Миллеру. Говорят, что они соперничают другу с другом. Но думаю, никакого серьезного идеологического конфликта там нет. Напротив, есть общая игра, которая пока получается.

И вся эта ненависть к Трампу противостоящих ему сил, ненависть нескрываемая, сделает американского президента все более и более устойчивым в своей электоральной базе. Противодействие становится залогом, что эта электоральная база не сузится.

И речь Трампа - первое послание к Конгрессу – ее можно назвать предельно гетеродоксальной, по отношению к взглядам большинства республиканцев, среди которых все больше усиливаются консервативно настроенные представители, такие как сторонники чайной партии. Эти консерваторы, по идее, должны были исходить из либертарианских установок, максимально свободного государства, свободного рынка. А Трамп выступает с таким почти рузвельтовским курсом. Трамп ее сдает идеи Рузвельта относительно государственного стимулирования экономики, при этом в наибольшей степени говорит о необходимости вложений (в триллион долларов) в подъем национальной промышленности. Делает ставку не на глобализацию, а на ее корректировку в интересах национальной промышленности.

И все эти республиканцы, которые еще вчера были поддержаны Кохом и братьями, многие клялись на верность заветам Милтона Фридмана, идеалам свободного рынка, вдруг все спокойно забывают про либертарианские идеи, аплодируют стоя Трампу. Мы видели успех Бенена, Пенса на ежегодной конференции консерваторов, а теперь видим полный успех Трамп и трампизма. Он просто делает новую партию. Пока это еще не совсем партия, но он делает новое консервативное движение, он переформатирует консервативное движение в сторону такого правого протекционизма. Это идея снижения налогов, сокращение особо вызывающих ненависть у республиканцев программ, Обамакер например, при этом признание необходимости бороться за каждый завод, который переезжает куда-то в другое место.

Конечно, рано или поздно возникнут проблемы у этой программы, американцы столкнутся с повышением цен, с повышением издержек на рабочую силу, рано или поздно средний класс начнет понимать издержки, потому что глобализация плоха для рабочих, но прекрасна для потребительского класса. Но при этом все эти люди понимают, что это залог успеха партии. И я не исключаю, что в ближайшем будущем все будут понимать, что с Трампом и трампизмом будет связана будущая победа республиканцев на выборах, которые пройдут в 2018 году.

Эта стратегия оказалось удачной. Трамп оказался не как Рейган, который приходил, как лидер консервативного движения, стучащий в двери американского истеблишмента, Трамп приходит как выскочка, который постепенно осваивается в консервативной республиканской нише, адаптируя ее по себя, себя под нее. Демократическая публика, которая визжит, особенно после Голливуда и всех нелепостей, связанных с вручением Оскара, выглядит все более неадекватно.

Но в этом есть один минус, и это минус России и отношения с Россией. Здесь Трампу пришлось сильно отступить по отношению к господствующим настроениям в республиканской партии. Он столкнулся с тем, что силовые структуры и военно-промышленный комплекс имеет свои собственные интересы, и эти интересы не очень соответствуют идее разрядки с Россией. Видимо, его друзья из правых республиканских кругов, вроде Руперта Мердока - владельца Фоксньюс, они не очень понимают Трамп в его пророссийской позиции и не готовы его поддержать. Здесь ему приходится действовать очень медленно. Но нельзя сказать, что он просто отступает. Это подтверждает его речь, где он говорит, что надо искать новых друзей, и ничего не говорит о России. И при этом Трамп воздержался от истерических криков по этому поводу.

В связи с этим я бы выделил три вещи. Первое – необходимо очень аккуратно и медленно действовать самой России. Москве сейчас не стоит ждать каких-то быстрых изменений. Просто если эти изменения будут, в духе генерала Флинна – «сейчас санкции отменим…» - это приведет только к ухудшению ситуацию. Не стоит на это в ближайшие два года делать ставку. И тут я согласен с Дмитрием Дробницким, который скептически высказывается насчет первой встречи Трампа и Путина. Мы не начнем сразу дружить! Как, когда Никсон приехал в Москву. Сейчас не Никсон и это другая ситуация.

Как Трамп постепенно адаптируется в этой консервативной республиканской нише, точно также нужно постепенно осуществлять сближение нашего консерватизма с тем новым консерватизмом, который возник после обновления его трампизмом. Очень медленно, осторожно, не предпринимая истерических шагов, а находя общий язык и с реалистами в команде Тиллерсона, и с консерваторами в окружении Трампа. Находить общие моменты языка, чтобы это сближение не выглядело предательством с нашей или с их стороны. На какой-то момент разделить наши приоритеты, выгоды и интересы долгосрочного серьезного взаимодействия. Здесь общеидеологический язык важен, он не выработается за два месяца, он за долгую полноценную работу в течение дух лет, когда мы начнем говорить на общем языке. Это важный и нужный проект – выработка общего межцивилизационного языка консервативного взаимодействия. Здесь важной будет роль парламентариев Федерального собрания РФ, и двух палат. Такие вещи не вырабатываются только на встрече двух первых лиц, это требует серьезного планомерного вовлечения тех людей, которые находятся на правом лагере в России и США. Вся проблема в том, что у нас неплохо налажен язык взаимодействия с левыми. И Оливер Стоун, и какие-то отдельные сенаторы-демократы. Все это со времен СССР было построено, на левых ценностях: прогресс, дружба, общее движение к миру и отрицание расизма. Это все неплохо, надо поддерживать это. Но нам надо икать общий контакт с правой Америкой. Мы хорошо беседуем на уровне реализма, типа Никсон-Брежнев, подписываем общие соглашения. А вот такого общего сближения с правой Америкой так, чтобы это не выглядело, что они нас поучают, а мы их… этого пока нет. Это займет время, и только при прагматическом взаимодействии, возможное потепление отношений с Америкой будет восприниматься органично и для российского, и для американского контекста. Все нам нужно проявить креатив, сделать серьезные шаги… нельзя переходить от быстрого экстаза к истерическому разочарованию, от истерического разочарования к очередному экстазу.

Второе – несмотря на то, что я сказал в начале, важно сейчас, после сегодняшних сообщений Вашингтон-пост, сдаст ли Трамп Джеффа Сешнса, министра юстиции, вслед за генералом Флинном. Сешнс тоже старый трампист, первый сенатор, поддержавший Трампа из республиканцев. Он прошел через всю избирательную кампанию, и был назначен генеральным прокурором, он же министром юстиции. И теперь тоже обвинен в том, что вел какие-то переговоры с российским послом, он это якобы скрыл от сенаторов, проходя процедуру назначения. Теперь начинаются крики, наверняка есть данные прослушки. Сейчас будет колоссальное давление на Трампа со стороны остатков республиканского антироссийского лобби вкупе с демократической прессой и этими «кротами» в разведке, которые сливают информацию в прессу. Тут наступает момент истины для Трампа. Он должен проявить твердость. Если он пойдет на сдачу, то это означает, что он криминализирует контакты с Россией. Сешнс тогда еще был частным лицом, имел полное право беседовать с российским послом о чем угодно. Да, он был членом избирательного штаба, но почему он не мог с послом говорить?

Сейчас давление пойдет. И для Трампа это хороший момент. Если до этого он мог еще колебаться в отношении поддержки большинства в конгрессе, то сейчас эта поддержка у него есть, и его избиратель поддерживает. Сейчас, если он поддастся на это давление, оно будет, я думаю, в течение 2-3 дней нарастать, и тогда это будет воспринято как момент слабости американского президента. Но мне кажется, что Трамп проявит твердость, даже жесткость. И я не думаю, что есть хоть какие-то законодательные основания для начала дела об импичменте. За ним сейчас стоит Конгресс, и я думаю, можно надеяться, что Трамп проявит твердость. Но если он ее не проявит, это будет означать, что вся эта свора почувствует запах крови и крики об импичменте начнутся с большей силой.

Третий момент – на глазах рушится Исламское государство (запрещена на территории РФ – ред.). Борьба с ИГИЛ был главным аргументом в пользу нашего сближения с Америкой. Трамп и Мэтис решили, что ИГИЛ это зло и надо с ним бороться, но ИГИЛ предпочел исчезнуть в силу этого решения. Я думаю, что как раз малейший признак проявленной США твердости в решении этого вопроса послужил основанием для скорейшего исчезновения этой силы. Как только она в течение непродолжительного времени исчезнет, возникнет вопрос о будущем. И тут главное – даст ли Трамп спровоцировать себя на новую войну. Если да, то это будет страшно.

Главное сейчас, я даже не знаю как для России – самое главное, чтобы Трампа не заманили в нову. войну. Желающих это сделать очень много в мире, чтобы США начали войну с Северной Кореей, но для нас это не так страшно, гораздо хуже, если с Сирией и Ираном. Если это произойдет, то будет очень плохо.

С точки зрения чистого, бессовестного реализма, нам и американцам было бы выгодно, чтобы Аль-Багдади никуда не убегал, чтобы ИГ просуществовало хоть на месяц - два подольше. Если сейчас возникнет ситуация, что эта сила рассосется, и останется только сирийская армия, противостоящая сирийской оппозиции, и конфликт приобретет ясность, я сомневаюсь, что мы увидим «братскую встречу на Эльбе» сирийской армии и американцев или иракской армии. Не случайно пошли эти провокационные вбросы, что российская армия нанесла удар по сирийской оппозиции. И учитывая эту серьезную опасность, России надо проявить максимальную дипломатическую гибкость. При малейшем признаке понимания Трампа того, что при всей его агрессивной риторике в отношении ислама, нужно соблюдать максимальную сдержанность. Иначе его могут утопить в новой и безнадежной войне, разрушительной, которая ничего не даст никому, но которая при этом будет на руку тем, кто стоял за проектом ИГИЛ.

Судя по его осторожным международным заявлениям, он эту проблему понимает. Здесь главное, чтобы это чувство в нем сохранялось, тогда все будет хорошо. Главное, чтобы медленный процесс обретения президентом устойчивости в этой республиканской базе и такого медленного диалога с Россией, пусть пока сопровождающего не самыми приятными словами, который только года через два даст свои плоды, чтобы он не был спровоцирован чем-то. А провокации тоже могут быть разные, и в духе 11 сентября.

Антимусульманские действия Трампа, я не скажу, что бессмысленны. Он понимает, что у больших террористических состояний, возникнет желание спровоцировать штаты на что-то еще, как это сделали с Бушем-мл. Трамп очень разумно сейчас защищается от тех стран, которые являются потенциальными носителями террористической угрозы. Соблазн повторить террористическую атаку есть. Но я настроен оптимистично, мне нравится, как Трамп выстраивает свои отношения. И наша задача - сохранять спокойствие и максимальную степень выдержки в этой истории, не поддаваться на сиюминутную панику. И Трампу надо соблюдать твердость, потому что сейчас может последовать вторая отставка, после Флинна. Хотя к нему было много претензий, совершенно справедливых. Это был не очень адекватный человек, в отношении ислама в первую очередь, он делал заявления его не очень разумные. Но его отставка выглядела как сдача, и наша реакция была вполне обоснованной на эту отставку. Но я верю, что с Сешнсом Трамп не поступит, как с Флинном. Он не похож на человека, который боится опасности и который уходит перед лицом опасности в депрессию, как уже упомянутый Никсон.