ВОСТРЕБОВАННОСТЬ ИДЕЙ ЦЫМБУРСКОГО ПОЗВОЛИЛА БЫ РОССИИ ДОСТОЙНО ВЫГЛЯДЕТЬ НА МЕЖДУНАРОДНОЙ АРЕНЕ

ВОСТРЕБОВАННОСТЬ ИДЕЙ ЦЫМБУРСКОГО ПОЗВОЛИЛА БЫ РОССИИ ДОСТОЙНО ВЫГЛЯДЕТЬ НА МЕЖДУНАРОДНОЙ АРЕНЕ

6 декабря 2016 г. 13:11

7 декабря 2016 года фонд ИСЭПИ презентует книгу Вадима Леонидовича Цымбурского “Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII – ХХ веков”. Книга покойного филолога и политолога была подготовлена рабочим коллективом под руководством главного редактора сайта Политаналитика Бориса Межуева, в течение трех лет занимавшегося восстановлением текста, который предполагался ее автором к защите в качестве докторской диссертации.

В специальном комментарии порталу Политаналитика друг и коллега Вадима Цымбурского, его соавтор по целому ряду политологических публикаций, включая небольшую монографию 1997 года “Открытое общество: от метафоры к ее рационализации”, доктор политических наук, профессор, президент Российской ассоциации политических наук, ведущий научный сотрудник Института сравнительной политологии РАН, заведующий кафедрой сравнительной политологии МГИМО, в течение многих лет – главный редактор (генеральный директор) журнала “Политические исследования” (“Полис”) Михаил Ильин рассказал о том, какое значение имеет выход в свет труда Цымбурского для политической науки в России, для развития геополитики как направления российской науки, а также о значении этого события в контексте международных отношений.

— “Морфология российской геополитики и динамика международных систем XVIII – ХХ веков” - замечательная книга. Она вносит важный вклад не только в отечественную геополитическую мысль, но и в интеллектуальное развитие нашей страны в целом. Несмотря на некоторые лакуны в содержании, диссертация воспринимается как полноценный, целостный текст. Мелкие пропуски, вызванные, насколько я понимаю, отсутствием некоторых кусков рукописного текста, не мешают восприятию. Ведь Вадим Леонидович писал эту работу как монографию, а уже потом пытался придать ей форму диссертации.

Изучение геополитики, безусловно, значимо с политологической точки зрения. К сожалению, в России сегодня нет соответствующего научного цеха. Геополитикой как наукой занимались полтора – два человека, включая Вадима Леонидовича. Без него же вообще осталось полторы калеки, поскольку все, кто занимается геополитикой профессионально, включая Владимира Колосова, Игоря Окунева, Станислава Хатунцева и меня, вынуждены заниматься ей по совместительству, отрываясь от других дел. Остальные люди, которые называют себя геополитиками, не имеют никакого отношения к геополитике как к науке, они имеют отношение к тому, что сам Вадим Леонидович называл “проектной деятельностью”. Это не научная деятельность, в лучшем случае – инженерная, в худшем – что-то совсем за пределами интеллектуального труда. 80 – 90 % того, что мы читаем под названием “геополитика” на страницах отечественных, да и не только отечественных, журналов – это, как я их называю, “геополитические фантазии”, не имеющие к науке никакого отношения.

Понятно, почему российские политологи не приняли Вадима Цымбурского. Воспринять его мысль было тяжело, трудно и даже невозможно, поскольку обычно воспринимаются только фантастические отзвуки. Обращали внимание только на те составляющие мысли Цымбурского, которые он позволял себе как бы “на полях”. А там, где он говорил по существу, всё это было оставлено без внимания.

При этом важно понимать, что актуальность идей Цымбурского не может быть той, которая привычна для политических идей. Научная актуальность – другая. Может ли закон всемирного тяготения перестать быть актуальным? Факт науки есть факт науки. Закон есть закон.

В издаваемой сейчас фондом ИСЭПИ книге речь идет о морфологии международных политических процессов и морфологии политической мысли, о том, где эти две морфологии могут встречаться, где они расходятся, где они созвучны, а где между ними возникают конфликты. Иначе говоря, эта книга - о формах мысли и формах политики. Причем политики на протяжении нескольких столетий.

Трех столетий, а на самом деле больше. Геополитическая мысль России рассматривается на протяжении трех веков, то есть на протяжении примерно девяти поколений. В этом контексте говорить об актуальности этой книги для современной политики – это всё равно, что сравнивать мышиный писк с огромной горой. Вместе с тем книга имеет высокую практическую востребованность в том смысле, что ей требуется такой читатель, который сможет ее прочесть, понять и использовать в своей деятельности. Мне кажется, это основная проблема вышедшей книги: она сама по себе замечательная, но вот кто ее будет читать – не очень понятно. Я бы мог назвать полтора десятка людей, которые смогут стать ее вдумчивыми читателями. Перефразируя Гегеля, который говорил, что из слушающих его понимает только два человека, да и те неправильно, можно сказать, что и эти полтора десятка поймут неправильно.

Как скажется изменение границ России в 2014 году на актуальности концепции Цымбурского, известной под названием “остров Россия”? Никак. По отношению к тому, что вызвало существование “острова” и тем самым способствовало появлению концепции Цымбурского, границы России изменились незначительно. Кроме того, у Цымбурского есть сочинения о Лимитрофе, который примыкает к острову. Часть лимитрофа просто стала частью острова.

Могут ли идеи Цымбурского оказать влияние на процессы, происходящие сейчас в мире? Могут. Но для начала нужно, чтобы его смогли понять в России. Далее, чтобы влиять на международные процессы, требуется оказать воздействие на всех участников международных процессов. Следовательно, нужно, чтобы идеи Цымбурского были восприняты также нашими зарубежными коллегами. Поэтому книгу Цымбурского надо переводить, обсуждать, в том числе на Западе, проводить международные конференции. К сожалению, те, кто сегодня занимаются геополитикой в России, занимаются ей только в силу собственного научного интереса. К их деятельности нет специального интереса со стороны общества, нет какого-либо социального заказа, который позволил бы этим людям отказаться от других дел и посвятить себя преимущественно геополитике.

Да, время от времени публикуются статьи, читаются лекции. Но они выходят за пределы узкого круга, только если в них есть хлесткая фраза. Научное же содержание никого не волнует.

Чтобы сдвинуть эту ситуацию с мертвой точки, для начала следует вписать геополитику в какую-либо министерскую программу, создать нормальную научную лабораторию, хотя бы из 4 – 5 человек. Пока же геополитика – это лишь потенциально возможная научная деятельность.

На Западе ситуация в некотором смысле лучше, поскольку, во-первых, просто политическая наука там развита лучше, и в рамках этой политической науки людей, которых занимаются тем, что можно назвать геополитикой, просто количественно больше. А, во-вторых, играет роль и финансовая составляющая: издаются журналы, есть соответствующие центры — научная жизнь кипит. Но если сравнивать эту жизнь с выходящей книгой Цымбурского, можно сказать, что эта жизнь кипит только в четверть накала, в то время как у Цымбурского она кипит в полную силу.

Востребованность идей Цымбурского позволила бы России очень достойно выглядеть на международной арене.