РОССИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЙ ДИАЛОГ: В ПОИСКАХ НЕОБХОДИМОЙ ИНТОНАЦИИ

РОССИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЙ ДИАЛОГ: В ПОИСКАХ НЕОБХОДИМОЙ ИНТОНАЦИИ

12 августа 2016 г. 16:18

Россия не бросает тему налаживания конструктивных отношений с Америкой, несмотря на очевидное охлаждение между странами. В Москве ценят тех представителей политического класса, которые напоминают Вашингтону, что "с Россией надо дружить". Несомненно, российское руководство признает необходимость и желательность диалога. "Мы рефреном повторяем, что в этом наша цель, и в конечном счете выбор за партнерами в Вашингтоне", — заявил замглавы МИД РФ Сергей Рябков в интервью журналу "Международная жизнь".

Многие возлагают определенные надежды на исход президентских выборов в США, где победителем может оказаться Дональд Трамп, неоднократно заявлявший о способности договориться с Владимиром Путиным. Но Сергей Рябков призывает избавится от иллюзий.

"Возможно, что кандидат, который победит на предстоящих (в США) выборах, окажется в состоянии преодолеть инерцию американского аппарата. Это неоднократно бывало в истории США на различных отрезках. Произойдет ли это конкретно в данном случае и тем более на направлении российско-американских отношений? Честно говоря, я поостерегся бы давать утвердительный ответ", — отмечает Рябков.

По его словам, российско-американские отношения, "наверное, не будут входить в разряд первоочередных вопросов, которыми займется следующий президент США".

"Пройдет какое-то время, прежде чем в Вашингтоне всерьез задумаются о том, как выстраивать отношения с Россией. И во-вторых, видимо, именно на российском направлении следующий президент США, независимо от партийной принадлежности, будет очень тщательно и часто советоваться со своим аппаратом, а их поведение будет придирчиво контролироваться истеблишментом, считающим, что "на уступки русским идти нельзя", что за последнее время именно русские сделали очень много такого, что подтачивает интересы США", — добавил Рябков.

Действительно, пока, по мнению экспертов, лишь малая часть американского политического класса готова к равноправному диалогу с Россией.

Доцент кафедры мировых политических процессов МГИМО(У) МИД России Иван Сафранчук отмечает, что в Америке доминируют два подхода к российской политике – скептический и алармистский. Еще одну устойчивую группу составляют реалисты, но их влияние ограниченно. Малочисленные сторонники сотрудничества без условий практически никак не влияют на курс.

Образно говоря, пишет Сафранчук, скептики считают, что Россия "больна" (неправильное направление внутреннего развития), эта "болезнь" будет обостряться, и надо оставить ее наедине с этим "недугом" в ожидании ослабления, но не дать России "заразить" других. Скептики скорее воспринимают Россию как помеху, нежели как угрозу.

Алармисты настроены критически по отношению к системе власти в России, но считают ее достаточно эффективной и стимулирующей геополитические устремления. Поэтому на практическом уровне они предлагают политику активного и широкого противодействия, исходя при этом из соображения, что современная Россия в экономическом и военном плане слабее, чем был Советский Союз, а Соединенные Штаты, наоборот, – сильнее, чем во времена холодной войны. Поэтому нужно действовать максимально решительно. Расширение противоборства выгодно США: надо активно "прессинговать" Москву, расширяя географию и повышая интенсивность соперничества; чем масштабнее будет конфликт (естественно, на доядерном уровне и без прямого столкновения), тем больше будут проявляться преимущества Соединенных Штатов.

Реалисты, продолжает Иван Сафранчук, исходят из того, что тратить время и силы на попытки изменить Россию нецелесообразно. Надо искать решения на нынешнем уровне баланса сил за счет разменов с учетом обоюдных интересов, а не пытаться кардинально трансформировать сложившиеся условия. При этом в определенной степени такая позиция проистекает из убеждения, что в мире есть более важные проблемы, чем Путин лично или Россия в целом. Это ни в коей мере не означает, что реалисты готовы во всем соглашаться с Москвой, но они, по крайней мере, расположены говорить и торговаться (к этой категории, кстати, можно отнести Дональда Трампа).

И, наконец, сторонники сотрудничества – они без условий признают принцип равноправия в отношениях с Россией, как правило, очень критически оценивают официальную политику США, особенно в той ее части, которая ведется в соответствии с рекомендациями алармистов. Сторонники сотрудничества без условий позитивно или нейтрально высказываются о российской внешней и внутренней политике, что отличает их и от алармистов, и от скептиков.

При смене администрации наверняка возникнет импульс к пересмотру отношений с Россией. Однако его может оказаться недостаточно для преодоления уже в ближайшие годы сложившейся системы взглядов. Поэтому вероятно, что, несмотря на возможный рост влияния реалистов, алармисты и скептики будут определять американскую политику в отношении России еще один политический цикл, заключает Иван Сафранчук.

В США сложился двухпартийный консенсус на антироссийской основе, считает замглавы российского МИД Сергей Рябков. По его словам, "мы сталкиваемся с ситуацией, когда нашу страну преднамеренно и осознанно демонизируют, винят чуть ли не во всех смертных грехах".

"У американских правящих кругов и тех, кто их "подпирает" снизу, сложился некий комплекс на почве России. В нас они видят почти всемогущее зло, что говорит о серьезных отклонениях в их восприятии мира", — добавил Рябков.

Значимую роль в изображении России как отсталой и агрессивной державы играет американская пресса, создающая и закрепляющая в общественном мнении определенные стереотипы. Автор книги "Русофобия", журналист Доминик Басульто собрал несколько примеров обложек, которые носят ярко выраженный антироссийский характер.

Стандартная обложка западного издания, пишущего про Россию, должна быть украшена медведем, отмечает Басульто. При этом медведь должен иметь как можно более агрессивный вид, а еще лучше, если у него будут налитые кровью глаза, ссадины и синяки.

Для западных читателей образ России неразрывно связан с Путиным, отмечает журналист. Редакторы авторитетных изданий не упустят случая показать президента России в образе "злобного советского разведчика", плетущего заговор против всего мира.

Другая версия обложки с лидером России может изображать Путина в качестве угрюмого, неулыбчивого диктатора. В глазах читателей должен немедленно встать образ России как "печального пустыря, покрытого снегами и льдом”.

Помимо этого, отличным сочетанием для обложки русофобского издания является гротескные сочетания символов России: президент, танцующий балет, или выступающий на соревнованиях по фигурному катанию. Подобные обложки охотно использовали такие издания как The New Yorker, The Economist и другие.

Басульто отмечает и еще один беспроигрышный символ России – это матрешка, призванная показать загадочность страны. Но, пишет автор, можно также использовать и представления вековой давности, в которых Россия – монструозная сила, представляющая опасность чуть ли не для всех. Можно также поместить на обложку российские танки и оружие.

Образ России как огромной неуклюжей страны черпает истоки еще в XVI веке, когда Запад мало что знал об этой земле, заключает автор. В подобных обложках просвечивается только одно – русофобия.

Впрочем, западные издания пишут и о том, что с демонизацией России пора заканчивать. К примеру, Сэр Тони Брентон — бывший посол Великобритании в Российской Федерации, – в британской газете The Telegraph UK призывает прекратить этот опасный бред: "Образ реваншистской России, который мы рисуем в своем сознании, так же нелеп, как и образ Запада — агрессивного и сжимающего Россию в кольцо — который рисуют в своем воображении русские".

Русские не собираются рисковать и ввязываться в заведомо проигрышную войну, – уверен Брентон. – Как отметил наряду с другими президент Обама, они могли бы захватить восток Украины, но не захватили. Тем из наших пишущих на темы безопасности журналистов и экспертов, которые говорят (иногда с удовольствием) о новой холодной войне, следует получше вспомнить, что представляла собой "старая" холодная война. Это были раздутые военные расходы, огромные арсеналы, которые ни одна из сторон в полной мере не контролировала, и реальная опасность того, что эти арсеналы могут быть использованы".

Необходимо отступить от опасной черты, считает Тони Брентон, искать те сферы, где можно расширить сотрудничество. Это именно то, к чему призывает Москва, а вместе с ней и ряд западных экспертов.

Основной подход США всегда заключался в том, чтобы определить главного врага и на этом строить внешнюю политику, объясняет бывший советник по России в администрации Джорджа Буша-младшего Томас Грэм. Во время холодной войны главный враг — СССР, главный принцип — сдерживание. После распада СССР американцы продолжали действовать в рамках этой парадигмы. Администрация Буша-младшего попыталась сделать новым главным врагом радикальный ислам. Не получилось. Потому что радикальный ислам не является экзистенциальной угрозой для США.

"Сейчас – пишет Грэм, – создается новый многополярный мир, в котором невозможно найти главного врага, его вообще нет. Есть разные державы. Ни одна из них не является стопроцентным врагом или другом. Этот этап болезненный, потому что нам надо адаптироваться, а в нашей дипломатической истории нет ничего, что подсказывало бы, как поступить. Нам придется изучать опыт других стран. Скорее всего, европейских".

"Главное — понять, как переосмыслить наши отношения, потому что в них действительно наступила новая эпоха", – отмечает Томас Грэм.

Генри Киссинджер на открытии Центра внешнеполитического сотрудничества имени Примакова в Москве выступил за диалог, "который сольет воедино наше будущее, а не будет усугублять наши конфликты — и я считаю, что он возможен. Для этого необходимо взаимное уважение обеих сторон к жизненно важным ценностям и интересам друг друга. Нынешняя администрация за оставшееся ей время не сможет решить эти задачи. Но их решение нельзя откладывать в угоду американской внутренней политике. Эти задачи можно решить только в том случае, если Вашингтон и Москва, Белый дом и Кремль проявят готовность перешагнуть через свои обиды и недовольства, перестанут думать, что их обманывают и преследуют, и ответят на те масштабные вызовы, которые угрожают нашим странам в предстоящие годы".