ПУБЛИЧНАЯ СОЦИОЛОГИЯ КАК СРЕДСТВО МОДЕРАЦИИ

ПУБЛИЧНАЯ СОЦИОЛОГИЯ КАК СРЕДСТВО МОДЕРАЦИИ

7 июля 2016 г. 15:51

Приближение Единого дня голосования 2016 года, а значит выборов в Госдуму, а также заксобрания десятков регионов активизировали все экспертные силы, так или иначе связанные с электоральными процедурами. Очень активно работают социологи. Практические ежедневно в СМИ появляются результаты тех или иных опросов, большинство из которых естественно связанны с выборами.

Данные не просто трактуются специалистам, но тут же подвергаются детальному разбору, а также критике со стороны несогласных. Главным объектом критики остается ВЦИОМ. Объяснение очень простое – всероссийский центр публикует большое число исследований, вполне объяснимо, что многим не нравятся результаты. Особенно этим отличаются оппозиционные политические партии и отдельные политики, которых не слишком устраивают те или иные цифры. Тогда ВЦИОМ упрекают в ангажированности. Причем делают это политики разных уровней, и парламентские коммунисты и эсэры, и представители оппозиции типа Алексея Навального.

Под огонь их критики, конечно, попадают и два других участника так называемой “большой тройки”: Фонд изучения общественного мнения и Левада-центр.

При этом публичная социология активно используется не только как средство изучения общественного мнения, но и в ряде иных качеств. В одной из своих научно-популярных статей доктор философских наук, профессор Геннадий Зинченко отмечает: “Социология выполняет многообразные функции. Прежде всего, она способна диагностировать состояние объекта управления. Любую социальную систему можно описать определенным количеством показателей, отражающих жизненно важные факторы ее функционирования. Например, уровень социального напряжения, доминирующие ориентации населения, лояльность к власти и т. д…

Последнее время возрастает роль контрольно-аналитической функции. Речь идет о социологической экспертизе законопроектов и управленческих решений. Социология способна проверить, как будет “работать” решение, как его, в частности, воспримут люди.

Особое значение имеет организационно-технологическая функция. В результате исследований конкретных ситуаций разрабатываются не только социальные проекты, но и технологии их реализации. По существу это социоинженерная деятельность, ориентированная на целенаправленное изменение организационных структур, определяющих человеческое поведение. …

Социология выполняет и имидж-функцию, которая направлена на сохранение либо изменение образа государственной организации, создание атмосферы доверия и доброжелательности со стороны общественности, обеспечение информирования населения о работе этой организации”.

Последняя функция социологии – имиджевая в последнее время используется как раз не государственными структурами, а оппозиционными. Последний пример, недавняя публикация своего опроса Фондом борьбы с коррупцией упомянутого выше Алексея Навального. Соцслужба ФБК представила результаты исследования, которое, по словам его авторов, больше других претендует на объективность. Согласно данным ФБК, только 56% респондентов знают о предстоящих выборах, в то время как 21% ничего о голосовании не слышали. 49% намерены прийти в назначенный день на участки. 39% собираются голосовать за “Единую Россию”, и всего один процент отделяет ЛДПР от КПРФ. Согласно данным на сайте, где размещены результаты опроса, он проводился по телефону в течение недели в середине июня. Интервьюерами были опрошены тысяча человек.

При этом данные ФБК по партиям некоторым образом отличаются от тех, что были представлены крупными российскими исследовательскими центрами. Но больше всего настораживает цифра тех, кто вообще знает о том, что в середине сентября пройдут выборы.

Так цифра 56% респондентов, которые слышали о предстоящих выборах, просто противоречит логике. В этой части опроса есть еще две графы, согласно которым, 21% опрошенных вообще не знают про выборы. Даже если предположить, что пятая часть дееспособного населения страны не смотрит телевизор, не читает газет, и не пользуется Интернетом, эти люди, как минимум, не могли не видеть рекламу праймериз «Единой России». При этом подчеркивалось, что праймериз – это выбор кандидатов в кандидаты в депутаты Госдумы. Трудно предположить, что пятая часть респондентов не обладает минимальной степенью логики.

Очевидно, что ФБК лукавит, стараясь показать, что рейтинг ЕР хоть и высокий (по опросу 39% респондентов поддерживает именно партию власти), но он высок только среди тех, кто знает о выборах и собирается на них идти. А значит в абсолютных величинах не такой большой.

Здесь социология, пусть и очень условная, выполняет совсем иную роль, как раз ту самую имиджевую, уверена ведущий российский социолог, доктор социологических наук Ольга Крыштановская: “Это скорее пиаровские ходы, псевдосоциология, в соцсетях такие опросы делают, но ни один серьезный ученый это не принимает за научный факт”.

Эксперт не только не считает подобные вещи социологией как таковой, но и из первых рук знает, как такие опросы проводятся. “У меня работает один молодой парень, который симпатизировал Навальному, и который принимал участие в подобных опросах. Просто волонтеры, без денег, готовы помочь из политических соображений. Я имею представление, как такие опросы проводятся – они проводятся с нарушением всех вообще принятых в социологии норм. Начиная с того, что в социологии не важно, сколько человек опросил, это не самое важный показатель, 1000 или хоть сто тысяч. Там главное понятие – репрезентативности и ошибка выборки. Репрезентативность должна подчеркивать случайный характер отбора, для этого огромную работу делают, и большие деньги получают специалисты по выборкам. Здесь для этого ничего не делается, они просто звонят “от балды”. Звонят своим знакомым, прежде всего, которые имеют политический взгляды такие же, как и они. Или попадают на домохозяек и пенсионеров. То есть, никакого отношения к понятию выборка это не имеет”.

По словам Ольги Крыштановской, нельзя сравнивать подобные опросы с данными ФОМа, ВЦИОМа, Левады, где специалисты разрабатывают выборки и ведут свою работу с научным подходом по четко прописанным правилам.

Генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин полагает, что Алексей Навальный, когда задумывал эту службу, “скорее всего, хотел использовать ее, как инструмент, в том числе для манипулирования социологическими данными. Это объясняет некоторые странности, которые можно обнаружить в результатах этих соцопросов”.

Впрочем, возникают у экспертов вопросы и к результатам социологических исследований куда более уважаемых центров. В частности неоднократно критике подвергался "Левада-Центр". Его в силу различных обстоятельств относят к эдаким социоскептикам. Результаты опросов “Левады”, особенно аналогичных опросам ВЦИОМ и ФОМ не редко довольно сильно расходятся. Кроме того, бывает, что часть открытого исследования остается за кадром и без объяснений. Так директор по исследованиям Фонда ИСЭПИ Александр Пожалов в одной из публикаций задавался целым рядом вопросов по поводу данных опроса электоральных предпочтений “Левада-центра” за конец мая. Тогда исследование показало, что по сравнению с апрелем “Единая Россия” потеряла целых 7% рейтинга и на тот момент имела лишь 35% поддержки. Зато, по данным социологов “Левады” с начала года серьезно укрепились КПРФ и ЛДПР.

На тот момент цифры центра серьезно отличались от тех, что представлял, к примеру, (ВЦИОМ), который по опросам за 22 мая определил рейтинг правящей партии на уровне 46%.

Тогда цифры “Левада-центра” насторожили многих. Кто-то из экспертов предположил, что опрос проводился среди более оппозиционно настроенных респондентов. Однако, возникал сразу другой вопрос – почему результаты других партий примерно совпадали с цифрами представленными другими исследованиями. И снова как бы исподволь встает вопрос в репрезентативности выборки.

У Александра Пожалова то исследование вызвало еще массу вопросов:

«Самое любопытное осталось за кадром и почему-то без объяснений.

1. Как получается, что рейтинг ЕР в специальном опросе от 27-30 мая снизился сразу на 7%, в то время как неделей ранее все остальные индикаторы отношения к власти, прямо влияющие на рейтинг ЕР, либо не изменились, либо столь же резко выросли?ЕР за неделю ушла в оппозицию ко всей системе власти, и это своевременно разоблачил Дмитрий Киселев?Смотрим значения:- одобрение деятельности Путина – 82% (в апреле) – 80% (в мае), т.е. рамках статпогрешности;- одобрение деятельности Медведева (лидер партии) - 54-54%;- одобрение деятельности правительства (если выборы - это референдум по доверию правительству) - 49-49%;- одобрение деятельности Госдумы (если выборы - это референдум по доверию к Госдуме) - 41-42%:- одобрение деятельности региональной власти (главный тормоз для рейтинга ЕР с начала кризиса) - рост с 48% до 55%;

2. Почему на этот раз вместе с данными по одобрению органов власти "Левада" не опубликовал данные по рейтингам партий из того же ежемесячного омнибуса от 20-23 мая, а решил провести отдельный опрос? В предыдущие месяцы все публикуемые индикаторы одобрения власти и партийные рейтинги были из одной и той же волны опроса.

3. Каковы индикаторы отношения к органам власти в опросе от 27-30 мая, которые почему-то не опубликованы? Если там такое падение "Единой России", то должно было случиться и сокрушительное падение одобрения хотя бы одного из уровней власти - а это куда больше лайков и просмотров, чем только рейтинг ЕР.»

И главное, что отмечает директор по исследованиям Фонда ИСЭПИ:

«4. Какие вопросы, кроме оценки экологической обстановки, стояли в анкете перед вопросом о партийных рейтингах?»

«Присутствие в анкете незарегистрированных партий, борьба за 5-е места "сверхактивной" партии "Гражданская сила" (а в прошлом году необъяснимо взлетал "Альянс зеленых"), изменение опросного инструментария (вместо "затрудняющихся ответить" теперь отдельные "не знаю, за какую партию" и "не знаю, стал бы голосовать"), так и не проясненные прошлые "громкие" падения рейтингов Путина с последующими незаметными восстановлениями в следующем месяце - это уже традиционные "нюансы"».

И подобные нюансы эксперты все чаще находят и вскрывают именно в исследованиях центров, мягко говоря, симпатизирующим оппозиции.

Получается, что социология, особенно в ее политической части, все сложнее отделять от политологии и политтехнологий. Политолог Алексей Зудин уверен, что оценивая социологические данные, необходимо учитывать перспективу, которая формируется не только социологией, но также информацией с других полей, в частности, с поля политического. Только такие комплексные оценки обладают необходимой надежностью.

К сожалению, замечает эксперт, “нас принято комментировать данные очередного опроса очередного центра сами по себе, а контекст, ретроспектива и перспектива учитываются в недостаточной степени”.

Остается добавить, что наличие в России трех ведущих социологических центров, и даже опросы, проводимые службами, подобными той, что есть у ФБК, позволяют экспертам, да и всем заинтересованным, получать довольно широкую картину, а значит делать свои выводы, исходя из максимального числа известных данных.