ШОС ПОСТЕПЕННО ПРИОБРЕТАЕТ ВСЕ БОЛЬШЕЕ ЗНАЧЕНИЕ КАК ФАКТОР СТАБИЛЬНОСТИ В АЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ

ШОС ПОСТЕПЕННО ПРИОБРЕТАЕТ ВСЕ БОЛЬШЕЕ ЗНАЧЕНИЕ КАК ФАКТОР СТАБИЛЬНОСТИ В АЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ

23 июня 2016 г. 13:43

Саммит стран Шанхайской организации сотрудничества проходит в Ташкенте 23-24 июня. Для участия в нем прибудут все главы государств, входящих в организацию. На повестку дня будут вынесены вопросы усовершенствования деятельности, сотрудничества в экономике, сфере безопасности и противодействия терроризму. Лидеры региона обсудят актуальные международные проблемы. Одним из главных событий станет официальный прием в ШОС Индии и Пакистана, которые добавятся к России, Китаю, Казахстану, Киргизии, Таджикистану и Узбекистану.

Ожидается, что ключевой темой станет вопрос необходимости усиления коллективных усилий по пресечению все более активных попыток распространения радикального ислама. Некоторые эксперты тем временем высказывают опасения, что взаимодействие стран внутри ШОС все больше стремится к блокам, во главе которых находятся Россия и Китай. Такое мнение, например, приводит газета “Коммерсантъ” со ссылкой на источник в госструктурах Узбекистана.

Андрей Володин, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН, профессор дипломатической академии МИД России, руководитель Центра восточных исследований, в эксклюзивном интервью “Политаналитике” указывает, что хотя ШОС изначально не нацелен на решение военных проблем и защиту от терроризма, тем не менее вполне способен эффективно отреагировать на реальные угрозы, а опасения по поводу блоков внутри ШОС понятны, но безосновательны:

— Прежде всего, ШОС создана для усиления экономического сотрудничества, которое вместе с тем предполагает и политическое взаимодействие. ШОС не военная организация, но если существует, как в данный момент, очевидная международная террористическая угроза, то главы государств ШОС эту угрозу обсуждают в концептуальном порядке, выносят определенное решение и дают соответствующие указания другим институтам вести более конкретный диалог в ином формате, в данном случае о противодействии терроризму.

При этом нельзя говорить, что реальных плодов сотрудничества в рамках ШОС не видно. Многие, и в частности журналисты, торопятся и стремятся увидеть результат в самое ближайшее время. Между тем, проблема эта чрезвычайно сложная, она касается и Центральной Азии, и так называемого региона АPAC (Asia-Pacific, Азиатско-Тихоокеанский регион – ред.), напрямую затрагивает Индию и Китай. Принимать конкретные решения прежде, чем произойдет согласование всех позиций и будет выработана какая-то серьезная концепция, с моей точки зрения, просто нереалистично. Поэтому мы и говорим, что "ШОС недостаточно эффективна на этом направлении". Понимаете, для того, чтобы запустить какой-то проект, в данном случае антитеррористический, нужна выработка концепции. Концепция предполагает согласование позиций, в этом сложность. Потому что все видят террористическую угрозу, но каждый ее оценивает в фокусе интересов своей страны. А порой это видение не совпадает. Поэтому требовать каких-то стремительных решений просто неразумно, я полагаю.

По ситуации, связанной с террористической угрозой и формированием специальных институтов борьбы с ней, переговоры идут уже давно, поэтому мы вправе ожидать, если хотите, какого-то предварительного взаимопонимания. Это предварительное взаимопонимание даст возможность для движения вперед. Следующая станция – это форма совместных действий, которая бы не ущемляла интересы участвующих сторон. Опять же не будем забывать, что ШОС организация не военная, ШОС не аналог ОДКБ, которая не включает в себя и Индию, Афганистан, Пакистан и так далее. В этом тоже есть сложность – создание некоего межгосударственного института, который бы мог эффективно направлять борьбу против терроризма, не затрагивая при этом государственный суверенитет вовлеченных стран. Вот в чем изюминка, сложность и суть этой проблемы.

Тем не менее, если возникнет реальная угроза, ШОС способен отреагировать. Потому что вопрос ставится таким образом, что известные недавние события в некоторых районах Казахстана насторожили не только президента Назарбаева, но я уверен, что и руководителей других центрально-азиатских государств. Это то, что называется в социологии “демонстрационный эффект”. Этот демонстрационный эффект действует и на Узбекистан, и на Казахстан, и на Киргизию, и даже на нейтральный Туркменистан. Посмотрите: недавно впервые более чем за 20-летний период состоялся визит министра обороны Сергея Шойгу в Ашхабад. Все это косвенно указывает на то, что некая синергия между государствами и их элитами возникает, для меня это очевидно. Поэтому вполне возможно, что какие-то решения будут приняты. Но опять повторю – ШОС не военная организация, будут избраны другие форматы, главное это взаимодействие руководителей и их умение найти общую платформу, на которой коллективно можно взаимодействовать в борьбе с этой реальной террористической угрозой.

Что касается образования блоков вокруг России и Китая внутри ШОС, то я считаю, что это мнение субъективное и выражающее опасения ряда менее крупных стран перед диктатом Китая с одной стороны, и России с другой, которого на самом деле не существует. Надо себе очень хорошо представлять, что потенциал России и Китая, научно-технический, экономический и военно-технический, с одной стороны, и других членов ШОС – это две большие разницы. И естественно, опасения стран, например, Центральной Азии вполне естественны. Задача России и Китая в том, чтобы эти опасения развеивать, что они и делают.