ТОКИО ПЫТАЕТСЯ НАЛАДИТЬ ДИАЛОГ С МОСКВОЙ

ТОКИО ПЫТАЕТСЯ НАЛАДИТЬ ДИАЛОГ С МОСКВОЙ

29 апреля 2016 г. 14:00

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ готов "создать новую историю" двусторонних отношений с Россией. Такое заявление политик сделал накануне визита в российский Сочи, где 6 мая он проведет переговоры с президентом Владимиром Путиным.

Желание Токио наладить диалог с Москвой вполне объяснимо. Россия является важным игроком мирового сообщества, уважительное общение однозначно будет способствовать решению многих мировых проблем, заявил на днях глава внешнеполитического ведомства Японии Фумио Кисида на пресс-конференции в Токио по итогам переговоров с министром иностранных дел Сергеем Лавровым. "Мы пришли к общему мнению о необходимости продолжения консультаций по мировым проблемам", – сказал Кисида.

В то же время отношения двух стран омрачает нерешенный территориальный спор. Япония настаивает на том, что острова Хабомаи, Шикотан, Итуруп и Кунашир являются исконно японскими; они не входили в Курильскую гряду, которой Япония лишилась в соответствии с Сан-Францисским мирным договором. Комментируя это, в ходе пресс-конференции после переговоров министр Лавров заявил, что Япония должна признать результаты Второй мировой войны. Он в очередной раз подчеркнул неизменность и законность российского суверенитета над островами.

Также Лавров коснулся советско-японской декларации 1956 года, в соответствии с которой Хабомаи и Шикотан должны быть переданы Японии после подписания мирного договора. Он отметил, что в ней указан порядок действий. Эти слова в Японии расценили, как желание России отложить решение территориальной проблемы, приступив к ней только после подписания мирного договора.

Такая позиция не по душе части японского общества. Политические круги страны вынуждены хотя бы делать вид, что прислушиваются к мнению местных реваншистов, боевой настрой которых подогревает японская пресса.

Между тем, специалисты в Кремле, на Западе, и даже в самой Японии понимают, что разговор о Курилах – это не столько разговор о прошлом, сколько о настоящем и будущем. Научный сотрудник организации EastWest Institute и директор Совета по международной политике Дж. Беркшир Миллер на страницах The National Interest (США) пишет, что острова важны для России со стратегической точки зрения. Они обеспечивают российскому военно-морскому флоту выход в западную часть Тихого океана и играют критическую роль в стратегии ядерного сдерживания Москвы.

Американское издание отмечает, что Курилы связывают Охотское море с Тихим океаном. Отказ от них приведет к снижению эффективности Тихоокеанского флота и к ослаблению безопасности страны в силу того, что у Москвы больше не будет беспрепятственного выхода в открытый океан.

Впрочем, выход в Тихий океан – важный фактор для России, но далеко не единственный в стратегических расчетах. Как пишет The National Interest, в 70-х годах ценность Курил для России существенно выросла из-за изменений в ядерной стратегии Советского Союза. "Появились ракеты большой дальности нового поколения, в связи с чем Советы смогли размещать свои атомные подводные лодки с баллистическими ракетами в таких хорошо защищенных "бастионах", как Охотское море, сохраняя при этом способность наносить удары по западному побережью США. В рамках этой новой доктрины, в которой высшим приоритетом является защита ПЛАРБ из состава Тихоокеанского флота в Петропавловске-Камчатском, Курилы стали гораздо важнее для России. Если Япония получит эти острова обратно, американские подводные лодки и авианосцы смогут заходить в Охотское море через Кунаширский пролив, а это кардинально изменит баланс сил не в пользу России", – подчеркивает издание.

"Легко и просто отмахнуться от российско-японского спора по поводу Курил, назвав его политическим и националистическим позерством, по крайней мере, с точки зрения России; однако на карту здесь поставлены вполне конкретные интересы безопасности. Поскольку Москва придает островам все большее значение, придерживаясь бастионной стратегии, Россия вряд ли согласится на какие-то компромиссы", – заключает The National Interest.

Японское правительство, в целом верно оценивая ситуацию, судя по всему, намерено вынести территориальный спор за скобки двусторонней дипломатии, отдав решение вопроса на откуп будущим поколениям. При этом Токио все же будет периодически напоминать Москве о существовании проблемы, дожидаясь, по словам самих японцев, появления в России политически сильного руководителя, настроенного на компромисс.

Ну а пока премьер Синдзо Абэ демонстрирует российскому руководству конструктивный настрой и сдержанное дружелюбие. Он использует любые возможности, формальные и неформальные связи с российским политическим классом и бизнесменами для того, чтобы сблизить позиции сторон. Некоторые японские эксперты описывают такие шаги Абэ, используя эпитет "грандиозные".

В частности, упоминаются, как ни странно на первый взгляд, планы Японии по предоставлению кредита Украине. Еще в 2014 году на саммите G7 премьер Абэ заявил о готовности дать Киеву 150 миллиардов йен. При этом, пишет японская пресса, на данный момент Украина должна России около 345 миллиардов йен, однако она не в состоянии вернуть эту сумму.

Когда речь заходит о финансовой помощи, ЕС также занимает крайне настороженную позицию. И тут появляется Япония. Если Украина использует японскую финансовую помощь для выплаты российского долга, это будет означать, что Япония также помогла и России. Японские эксперты считают, что это станет стратегией их правительства: воспользоваться украинской проблемой для того, чтобы оказать помощь России.

Еще одно направление двустороннего сотрудничества касается торговли. По мнению ряда представителей японского бизнес-сообщества, Россия должна экспортировать в Японию товары, ориентированные на россиян с большим доходом. В свою очередь, Япония должна активнее представлять на российском рынке товары первой необходимости, ориентированные на японцев.

К примеру, в Токио учитывают, что Россия ввела запрет на импорт западных продуктов. В результате прекратились поставки первоклассной говядины из таких стран, как США, Канада и Австралия. Японцы готовы заменить западных поставщиков, попавших под российские антисанкции.

На этом фоне США высказывают опасения в связи с российско-японским сближением. Но вряд ли Япония намерена расколоть с трудом консолидированную позицию Запада по российскому вопросу. Так, после истории с Крымом она без сомнений присоединилась к западным санкциям против Москвы. Иными словами, если Токио и сближается с Москвой, то исключительно в рамках, заданных по другую сторону Тихого океана.

По мнению экспертов, в преддверии саммита G7, который пройдет в мае в японском городе Исэсима, Синдзо Абэ пытается сбалансировать внешнеполитический курс. "Саммит G7 – это место, где собираются чемпионы по свободе, демократии, соблюдению прав человека, власти закона и общечеловеческим ценностям", – заявил премьер в интервью газетам Nihon keizai и The Financial Times. Однако решить проблему терроризма и разобраться с ближневосточным кризисом, а также контролировать действия Китая и России, только усилиями стран «большой семерки» может быть крайне трудно. Именно поэтому Абэ считает, что, прежде всего, странам G7, разделяющим общие ценности, необходимо сплотиться вокруг США. Это поможет им вместе решать задачи, стоящие перед международным сообществом.

Необходимо отметить, что Абэ хочет посетить Россию до японской встречи "Большой семерки". По всей видимости, чтобы иметь возможность ознакомится с актуальной позицией российского руководства из первых уст и донести ее до остальных участников неформального элитного клуба. Синдзо Абэ подчеркивает: "Необходимо выработать правильное направление, в котором должен двигаться мир. Важно повести мир за собой". По его мнению, именно ведущие державы современности должны совместно предложить мировому сообществу курс.

Какими бы меркантильными и конъюнктурными соображениями не руководствовался нынешний японский премьер-министр, его готовность выслушать геополитического оппонента и найти хотя бы считанные общие темы для поддержания диалога может только приветствоваться. Не исключено, что деловой настрой Синдзо Абэ послужит примером для тех его коллег, кто непростительно эмоционален и тенденциозен для ответственного руководителя высшего звена.