ЕВРОПЕЙСКАЯ ПОЛИТКОРРЕКТНОСТЬ НА СТРАЖЕ ИСЛАМИСТСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА

ЕВРОПЕЙСКАЯ ПОЛИТКОРРЕКТНОСТЬ НА СТРАЖЕ ИСЛАМИСТСКОГО ЭКСТРЕМИЗМА

20 апреля 2016 г. 17:30

В Бельгии разгорается скандал вокруг довольно жесткого заявления министра внутренних дел страны Яна Ямбона, сообщившего в интервью De Standaard, что "значительная часть бельгийской мусульманской общины танцевала после нападений", совершенных террористами в Брюсселе.

Рассказывая о реакции местных мусульман на полицейскую антитеррористическую операцию, министр подчеркнул, что "они бросали камни и бутылки в полицию и прессу во время ареста Салаха Абдеслама. Это реальная проблема. Террористов мы можем изъять из общества. Но они просто прыщ, под которым раковая опухоль – и ее гораздо труднее лечить".

По словам министра, власти могут справиться с таким отношением со стороны мусульман Бельгии. Однако, как заверил он, это произойдет "не в одночасье".

Демонстративное пренебрежение Ямбоном правилами политкорректности вызвало гнев определенной части общественности. Оппозиция потребовала от главы МВД королевства уйти в отставку или представить доказательства сказанному. Ответ министра свелся к тому, что очевидные факты не нуждаются в особых доказательствах. "Многие люди могут засвидетельствовать это. Различные службы на местах нам об этом сообщили", – приводит его слова телерадиокомпания RTBF.

Кроме того, Ян Ямбон заявил, что его высказывания о мусульманах не нарушают принципов демократического общества. Вместе с тем он готов, если потребуется, объяснить свои слова перед членами правительства и парламента Бельгии.

Напомним, что два взрыва прогремели в международном аэропорту Брюсселя утром 22 марта. Третий взрыв произошел чуть позже в вагоне метро на станции "Мальбек". В результате терактов погибли 32 человека, более 300 получили ранения различной степени тяжести. Ответственность за атаку взяла на себя террористическая группировка "Исламское государство".

При этом еще прошлой осенью, после терактов 13 ноября 2015 года в Париже министр Ян Ямбон вызвал острую полемику в обществе своим обещанием "зачистить Моленбек". Выходцами из этой брюссельской коммуны, значительную долю населения которой составляют мусульмане, были сразу несколько лиц, совершивших теракты во французской столице.

После этого СМИ стали именовать Моленбек "перекрестком европейского джихадизма", а журналист газеты New York Times даже назвал коммуну "Исламское государство Моленбек" (по аналогии с названием террористической группировки).

Здесь надо отметить, что министр внутренних дел Бельгии Ян Ямбон представляет националистическую партию "Новый фламандский альянс", считающую, что политика интеграции иностранцев в стране провалилась и об этом надо говорить прямо, называть вещи своими именами. По мнению бельгийских "правых", опасность, исходящая от радикализации молодежи третьего или четвертого поколения иммиграции "слишком глубоко укоренилась" в некоторых кварталах, так как Бельгия "в течение лет игнорировала сигналы тревоги".

Новый фламандский альянс довольно популярен в стране. Идеология партии основана на идеях умеренного консерватизма и фламандского национализма вплоть до отделения Фландрии от Бельгии. Партия также поддерживает идеи евроинтеграции и участвует в работе Европейского свободного альянса, представляющего национальные меньшинства разных стран Евросоюза. Взгляды партии разделяет значительное число простых бельгийцев.

Вообще, такого рода идеи буквально получили второе дыхание на волне острейшего миграционного кризиса, в который погрузилась Европа. Коренное население Старого света теперь с большим недоверием относится и к политикам, позволившим превратить их уютную процветающую родину в переполненный тамбур общего вагона.

Собственно говоря, своими острыми заявлениями бельгийский министр всего лишь пытается поправить пошатнувшееся доверие европейцев к национальным властям их стран, да и в целом доверие к идее ЕС. Поскольку реальность, которую среднестатистический житель Европы видит за порогом своего дома, резко отличается от той картинки, которую транслирует телевизор в его гостиной.

По данным недавнего опроса, проведенного исследовательскими компаниями Populus и Ifop, подавляющее большинство жителей Германии (68%), Франции (67%) и почти половина жителей Великобритании (46%) считают, что информация, которую предоставляют СМИ и власти их стран о преступлениях мигрантов, не является объективной.

Меньше всех склонны доверять своим властям и СМИ жители Франции – всего 17% французов считают, что им предоставляют объективную информацию о преступлениях, которые могли совершить мигранты. В Германии процент жителей, которые доверяют своим СМИ и властям, немного выше (25%), в Великобритании 36% респондентов оказывают доверие предоставляемой им информации о преступлениях мигрантов.

Данные опроса показали, что большинство европейцев демонстрируют высокую осведомленность в этом вопросе: только 7% в Германии, 16% во Франции и 18% в Великобритании затруднились ответить на вопрос.

Естественно, что на этом информационном фоне пышным цветом расцветают различные "ультраправые" группировки, предлагающие свои, иногда довольно радикальные методы возвращения к докризисным нормам. Множество частных проявлений насилия со стороны пришлых они сводят к общему выводу о природной "злокозненности" ислама, фактически задавая проблеме экзистенциальный масштаб.

Как подступиться к решению этой проблемы, не разрушая на корню либеральный фундамент Евросоюза, европейские "ультраправые" не говорят. Все их рекомендации сводятся к ревизии принципов Объединенной Европы и откату к национальным государствам с непроницаемыми границами и жестким полицейским режимом.

Ярким примером такой политики является антиисламская позиция партии "Альтернатива для Германии". Соответствующий тезис был озвучен представительницей партии Беатрикс фон Шторх на страницах воскресного выпуска газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung. По словам фон Шторх, "ислам – это политическая идеология, не совместимая с немецкой конституцией", в связи с чем, ее партия, которую называют партией "евроскептиков", будет добиваться запрета на территории Германии внешних символов мусульманской религии – минаретов, призывов муэдзинов и ношения хиджабов.

Другой представитель партии Александр Гауланд отметил, что "ислам, в отличие от таких вероисповеданий, как католицизм или протестантизм, всегда связан с завоеванием государства". "Именно поэтому исламизация Германии представляет собой опасность", – считает Гауланд.

Живущие в Германии мусульмане поспешили выразить протест в связи с подобными тезисами. Глава Центрального совета мусульман Германии Айман Майзек сравнил "Альтернативу для Германии" с нацистской партией. "Впервые со времени правления Гитлера появилась партия, которая пытается дискредитировать целую религиозную общину и ставит под вопрос само ее существование", – заявил он.

Со своей стороны официальный представитель немецкого правительства Штеффен Зайберт напомнил, что статья 4 конституции Германии гарантирует свободу вероисповедания и совести. Он также напомнил о позиции федерального канцлера Ангелы Меркель, которая неоднократно говорила, что ислам "бесспорно имеет отношение к Германии".

Вместе с тем, именно беззубая и недальновидная политика Меркель и ее сподвижников – апологетов мультикультурализма из других стран и привела к нынешнему кризису. Всяческие попытки европейских властей "образовать" мигрантов, сгладить социально-культурные противоречия обернулись провалом.

Прошлой осенью двадцать первых статей немецкой конституции были переведены на арабский язык. 10 тысяч экземпляров этого перевода были распространены среди беженцев, прибывших в Германию из Ирака и Сирии. В эти статьях речь идет о таких фундаментальных положениях, как свобода самовыражения, отделение Церкви от государства, равенство полов и т.п.

Наверное, некоторые из вновь прибывших даже прочли эту занимательную брошюру, пересказав ее содержание своим соплеменникам, не знающим немецкого языка. Но полученные знания никак не повлияли на модель поведения мигрантов. Они приняли информацию к сведению, и не более того. В результате адаптироваться пришлось не им, а коренному населению, брошенному собственными трусоватыми властями на произвол судьбы.

Одну из своих крупных побед уже упомянутая "Альтернатива для Германии" одержала в городе Пфорцхайм – традиционном центре ювелиров на юго-западе Германии. Там в ее поддержку выступает в среднем четверть населения, пишет британская The Financial Times. По словам одного из местных жителей, опрошенных газетой, он не против иммиграции, "но иммигранты должны соблюдать наши законы, а не наоборот". Теперь этот человек и его соседи-активисты намерены организовывать патрули, чтобы обеспечить безопасность "для простых людей", хотя по заявлениям полиции уровень преступности в районе невысок.

Между тем, социальная атмосфера на континенте все больше насыщается страхом перед грядущими неприятностями. Антимиграционные настроения растут, обильно удобряемые слухами о подготовке исламистами новых терактов. Так, немецкий таблоид Bild со ссылкой на информацию, полученную немецкими спецслужбами через итальянских коллег, сообщает о планируемых взрывах на европейских пляжах.

По данным издания, террористы собираются выдавать себя за торговцев сувенирами и напитками. В действительности же они будут вооружены и чрезвычайно опасны. В качестве возможных мест терактов называются побережья Италии, Испании и юга Франции.

Приходится признать, что в современной Европе усилия направлены не на поиск наиболее оптимального варианта реализации коренных интересов граждан, а на забалтывание вопроса и замалчивание проблемы. Попытки открыть серьезную всестороннюю дискуссию заканчиваются обвинениями в фашизме и призывами примерно покарать тех, кто отказывается играть "в свои ворота". Это и продемонстрировал случай с министром внутренних дел Бельгии Яном Ямбоном.