ИРАН НА ПОРОГЕ ОСТОРОЖНЫХ ПЕРЕМЕН

ИРАН НА ПОРОГЕ ОСТОРОЖНЫХ ПЕРЕМЕН

1 марта 2016 г. 16:14

В Иране прошли выборы представителей в парламент и Совет экспертов страны.

На минувшей неделе в Иране состоялись парламентские, и параллельно с ними – выборы в Совет экспертов. Министр внутренних дел заявил, что явка составила 62%, всего проголосовали порядка 34 миллионов человек, несомненно, ощущающих новую атмосферу в стране после отмены санкций, наложенных на Иран в связи с его ядерной программой.

Напомним, что Иран и "шестерка" международных посредников летом прошлого года достигли исторического соглашения об урегулировании многолетней проблемы иранского атома. Сложнейшие переговоры завершились принятием совместного всеобъемлющего плана действий, выполнение которого снимает с Ирана введенные ранее экономические и финансовые санкции со стороны СБ ООН, США и Евросоюза.

Эта ситуация, безусловно, оказала влияние на электоральные настроения. Достаточно отметить, что из-за активности избирателей время голосования продлевалось пять раз. Впрочем, ни одна из основных политических сил Ирана не получила по итогам голосования заметного преимущества.

В иранском парламенте 290 депутатских кресел, на которые претендуют около 5 тысяч кандидатов, причем выборы проходят как по одномандатным округам, так и по спискам. Срок полномочий парламента составляет четыре года. Не менее важным органом является Совет экспертов, в который входят 88 авторитетных духовных лиц Ирана. Срок полномочий этого государственного органа — восемь лет. Совет экспертов, в частности, имеет право выбирать верховного лидера Ирана — этот пост в стране считается более важным, чем президентский. При этом надо помнить, что в Иране нет политических партий в западном понимании. Кандидаты концентрируются вокруг определенных личностей, обладающих известностью и популярностью и имеющих те или иные взгляды.

В меджлисе близкие к консерваторам кандидаты получили 103 места. Сторонники умеренного курса иранского президента Хасана Роухани, входящие в так называемый "Список надежды" завоевали 95 кресел. Судьба 69 мандатов не была определена и решится во втором туре голосования в апреле. Остающиеся места отойдут независимым кандидатам и представителям религиозных и этнических меньшинств. Кроме того, Хасан Роухани и его сторонники получили 15 из 16 мест в Совете экспертов, закрепленных за представителями Тегерана, но уступили фундаменталистам в иранской провинции. В общем, по данным арабоязычного канала Al Jazeera, сторонники президента Роухани получили в совете экспертов 52 кресла из 88.

Хасан Роухани заявил, что выборы дали правительству больше власти и доверия со стороны граждан. Президент также отметил, что будет сотрудничать со всеми, кто был избран, строить будущее страны, так как наступило "время открыть новую главу экономического развития Ирана, основанного на внутренних ресурсах страны и международных возможностях".

Вместе с тем, ряд экспертов полагает, что подобные заявления Роухани вовсе не означают превращение исламской республики в либеральное и западоориентированное государство. Хотя относительный успех реформаторов и придаст более светский характер исламской дипломатии. По словам члена Европейского общества иранистов Владимира Юртаева, внутриполитическая риторика будет более сбалансированной, будет меньше жестких акцентов, связанных с исламским обоснованием. При этом значительных перемен во внешней или внутренней политике страны не произойдет – "в данном случае имеет место единая государственная линия". "Экономические отношения и прагматизм в иранской внешнеэкономической деятельности не надо смешивать с понятием либерализации",- сказал эксперт.

Владимир Юртаев выразил надежду, что в отношениях между Россией и Ираном можно ожидать большей публичности. "Я надеюсь, что мы будем наблюдать большую публичность в отношении присутствия в информационном поле каких-то фактов о российско-иранском сотрудничестве", — подчеркнул он.

Довольно много аналитиков обращает внимание на состав иранского совета экспертов. В частности, туда кроме самого Роухани, вошел его влиятельный покровитель и бывший глава иранского государства Али Акбар Хашеми Рафсанджани. Состав совета станет особенно важен, когда придется избирать нового великого аятоллу. Нынешнему – Али Хаменеи – 76 лет и по некоторым данным он испытывает проблемы со здоровьем, что вполне объяснимо с учетом преклонного возраста.

Надо подчеркнуть, что Хаменеи является оплотом иранского консерватизма. Ему ближе взгляды предыдущего президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, не боящегося обострять конфронтацию с Западом. Ясно, что моральный авторитет Хаменеи сдерживает трансформацию общественного мнения, и это тормозит реформы Роухани.

Нынешний президент пришел во власть на волне понимания пагубности международной изоляции для страны. Однако на деле оказалось довольно сложным поставить во главу угла здравый смысл, прежде находившийся в заложниках у антизападной пропаганды (притом, что на религиозные ценности Исламской Республики никто не собирается покушаться). После снятия санкций Роухани стремится привлечь в иранскую экономику максимум инвестиций. В стране уже начали работу крупные американские и европейские компании, которых, безусловно, привлекает перспективный рынок. Но для построения стратегических планов необходимо наличие соответствующего инвестиционного климата, состояние которого в Иране зависит от конкретных персоналий. Именно поэтому для иранских реформаторов так важна личность высшего руководителя страны.

Впрочем, Тегеран в надежде на западные инвестиции не собирается отказываться от сотрудничества с Москвой. Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф недавно заявил: У Ирана и России исключительно хорошие отношения. Россия не оставила нас во время санкций. Россия сейчас стратегически разместилась в Иране для расширения экономического сотрудничества. Мы ожидаем инвестиций из России по широкому спектру направлений. Самое явное — это атомная индустрия.

Россия уже построила один реактор в Бушере и скоро начнет строить новый. У нас есть проекты в области железных дорог, строительство еще одного завода — целый спектр нашего взаимодействия", – подчеркнул иранский министр.

Эксперты напоминают, что двустороннее ирано-российское экономическое сотрудничество опирается на ряд конкурентных направлений, среди которых космические технологии, ядерная энергетика, железнодорожный транспорт и продукция агропромышленного комплекса.

Одна из последних идей – создание "зеленых коридоров" по территории России, которые в несколько раз ускорят доставку иранской продукции на российский рынок. Об этом заявил заместитель министра сельского хозяйства России Сергей Левин в ходе встречи со своим иранским коллегой Мохаммедом Ходжати.

Сергей Левин сообщил, что российская сторона определила опорные морские порты для перевалки грузов из Ирана — это порты Махачкалы и Астрахани, которые могут стать пунктами приема иранских товаров, а основным регионом, через который будет осуществляться поставка иранской продукции в Россию, станет Дагестан.

Отдельной строкой идет военно-техническое сотрудничество двух стран. По мнению доцента Института общественных наук РАНХиГС Сергея Демиденко, свою военную программу Исламская Республика пересматривать не будет. "Страна хорошо запомнила последствия охлаждения отношений с Западом, во многом, поэтому она продолжит делать ставку на российское оружие", – уверен эксперт.

В апреле минувшего года Россия разморозила поставку ЗРК С-300 на сумму в $900 млн, которую обещала Ирану еще в 2007 году. Как ожидается, контракт будет окончательно реализован в течение текущего года. Кроме того, Тегеран заинтересован в закупке более современной отечественной системы ПРО С-400, а также береговых комплексов “Бастион” и истребителей Су-30СМ.

Вряд ли поворот Ирана к Западу положат конец российско-иранским контактам. Такая многовекторность, кстати, является одним из следствий политического прагматизма Роухани. Отсюда же происходит и готовность Ирана вернуть себе долю международного рынка нефти вопреки тому, что иранская нефть может обрушить котировки и еще больше усугубить положение других нефтедобывающих стран.

Власти Ирана намерены продолжить выполнять свои планы по увеличению уровня добычи нефти на дополнительный один миллион баррелей, несмотря на сохраняющийся на мировом рынке переизбыток сырья, сообщил заместитель министра топлива в международных и коммерческих отношениях Ирана Амир Хуссейн Заманиния. При этом он сказал дословно следующее: "Иран не является причиной этой суматохи. Мы не намерены накладывать на себя ограничения снова после выхода из санкций".

Уже упомянутый глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф на вопрос "ожидаете ли вы дальнейшего снижения цены на нефть после того, как Тегеран вернется на нефтяной рынок?" ответил: "Я не эксперт. Но мы возвращаемся на рынок, который от нас забрали, и он должен адаптироваться". Иными словами, "ничего личного, только бизнес".

В общем, перед Ираном стоит задача вернуть утраченные позиции и занять достойное место на геополитической арене. Итоги недавних выборов только подтверждают, что значительная часть граждан страны разделяет эти устремления. При этом иранцы так же ясно дали понять, что не готовы ради этого отказаться от идентичности. Так что реформаторам и фундаменталистам придется искать баланс интересов, чтобы удовлетворить чаяния своего народа.