МАЛЫЕ ПАРТИИ В ЭЛЕКТОРАЛЬНОМ ЦИКЛЕ 2016: ПОЛНЫЙ РАСКЛАД

МАЛЫЕ ПАРТИИ В ЭЛЕКТОРАЛЬНОМ ЦИКЛЕ 2016: ПОЛНЫЙ РАСКЛАД

19 февраля 2016 г. 19:09

В развернутом комментарии специально для портала “Политаналитика” политолог, директор по исследованиям Фонда ИСЭПИ Александр Пожалов дал оценку предвыборным перспективам малых партий на настоящий момент, а также предложил разделить их на категории в зависимости от декларируемых целей, структуры и электоральной привлекательности:

— Среди малых партий можно выделить две категории. С точки зрения выборов в Госдуму первая категория – это лидеры среди малых партий, которые будут участвовать в выборах без сбора подписей. Таких объединений у нас 10, помимо 4 парламентских. Это те партии, которые в прошлые годы добились успеха на выборах в региональные заксобрания и сформировали фракции хотя бы в одном регионе, тем самым получив возможность участвовать в федеральных выборах без сбора подписей.

Партии – объединители

Такие политические структуры могут выступать как точки объединения вокруг себя малых партий второй категории. Речь идет о более чем 60-ти зарегистрированных партий, которые не добивались успехов в регионах и единственной их возможностью поучаствовать в выборах в Госдуму будет только сбор подписей. Безусловно, некоторые партии попытаются и, не исключаю, смогут собрать подписи. Опыт 2011 года, когда для регистрации требовалось 150 тысяч подписей, показал, что необходимое число удалось набрать "Яблоку", "Патриотам России" и "Правому делу" – всем зарегистрированным на тот момент непарламентским партиям.

В этом году необходимо 200 тысяч подписей. И требования к их качеству возросли. Я не думаю, что для подавляющего большинства малых партий сбор подписей будет рациональной стратегией, как раз более логичным для них является создание альянсов, взаимодействие с более успешными малыми партиями и выдвижение своих кандидатов от этих объединений.

Партия Бориса Титова, вопрос с названием которой сейчас решается, делает такую заявку на роль объединителя. Пока именуемая “Правым делом” партия создает коалицию на своей площадке. В альянс уже вошла “Партия профессионаловОксаны Дмитриевой, которая сама по себе не может участвовать без сбора подписей. Вполне вероятно, что к Титову примкнет и “Партия делаКонстантина Бабкина, которая пыталась в прошлом году пройти в региональный парламент в Костромской области, но так и остается в нише локальной партии и также должна собирать подписи. Присоединение Бабкина в партии Титова было бы естественным по той причине, что их экономические воззрения достаточно близки. Они даже ближе чем взгляды Дмитриевой и Титова.

Такую же стратегию уже несколько месяцев пытается реализовать “Родина” с проектом “Клуб конкурентов”. Были сформулированы приглашения всем микропартиям, что они могут выдвинуть своих представителей от “Родины” в одномандатных округах. Но пока, по моей оценке, “Родине” не удалось продвинуться вперед во взаимодействии с малыми партиями, пока она опирается только на свои ресурсы и на независимых политиков в регионах, которые раньше были связаны с “Единой Россией”, но отошли от нее.

Прообраз такого альянса мы также видим вокруг “ПАРНАСа”, потому что тот же “Демвыбор” (партия зарегистрирована) идти на выборы без сбора подписей не может. По факту еще в прошлом году лидеры “Демвыбора” отказались от развития собственной партии как самостоятельной единицы и стали младшими партнерами “ПАРНАСа” в составе “Демократической коалиции”. В этой коалиции номинально присутствует еще целый ряд незарегистрированных структур, которые себя называют партиями, но по факту являются движениями одного лидера.

Помимо трех перечисленных примеров, возможна попытка создания подобного альянса вокруг партии “Зеленые”. Учитывая, что у нее нет своих ярких лидеров, но есть право идти в Госдуму без сбора подписей и неполитическая “экологическая” повестка, “Зеленые” вполне могут создать союз с малыми партиями, например с различными “аграриями” или с “Альянсом зеленых”.

Квалификационная модель – естественный партийный отбор

Объединение мелких партий в более крупные альянсы – естественный процесс. То, что так будет происходить, было понятно еще два года назад, когда была законодательно введена квалификационная модель для участия в выборах разных уровней. Чтобы идти на выборы более высокого уровня без сбора подписей, партиям нужно добиться успехов на выборах низшего уровня. Если ты добиваешься успеха на муниципальном уровне, ты можешь баллотироваться в парламент региональный без сбора подписей, а если добился успеха на выборах в региональные парламенты, ты можешь выдвигаться в Госдуму без сбора подписей.

Такая многоступенчатая система классификации создает объективные институциональные предпосылки к последующему укрупнению партий. Подавляющее число экспертов сходятся во мнении, что у российских избирателей нет запроса на существующие почти 80 партий. Многие микропартии ничем не отличается друг от друга, половина из них так называемые “спящие партии”, партии-оболочки, которые могут быть активированы под конкретные выборы в том или ином регионе или муниципалитете как политтехнологический проект.

А те предвыборные альянсы, которые мы сейчас наблюдаем, через пару лет, при условии успеха хотя бы на региональных выборах в нынешнем году, смогут еще расшириться, трансформироваться в создание более крупных партий на базе нескольких близких друг к другу. Единственное препятствие, и оно очень существенное – личные амбиции их лидеров.

Вождизм – болезнь, препятствующая партийному росту

Это давняя болезнь российской партийной политики. У нас культура политических альянсов не очень развита, и стремление быть лидером, первым парнем на селе, очень часто превалирует над объективной необходимостью создания прочной коалиции, или системы сопредседательства в партии, или даже целесообразности уйти на второй план, выдвигая вперед более популярного лидера.

Вообще первое, к чему привела партийная реформа, запущенная в 2012 году, – это появление большого числа малых партий. Если не брать в расчет партии, созданные политтехнологами, то каждый более или менее узнаваемый или ресурсный политик (часто это успешный бывший одномандатник) первым делом создавал на базе своего общественного движения партию, и таким образом приобретал формально более высокий статус, становился лидером отдельной политической силы.

В этом смысле интересно посмотреть, как будет развиваться ситуация вокруг партии Титова и его союз с Оксаной Дмитриевой. Не секрет, что она весьма амбициозный и неуживчивый политический лидер, которая и развивала свою партию “Развитие предпринимательства”, и была среди лидеров более крупных партий. Дольше всего она находилась в “Справедливой России”. Но мы помним, что в итоге из СР Дмитриева ушла сама, сначала вступив в конфликт с региональным отделением и со многими региональными лидерами партии, а в конечном итоге поругавшись и с Мироновым. Хотя Миронов стремился сохранить Оксану Дмитриеву в партии и долгое время предпринимал попытки удержать партию от этого раскола.

Сейчас в альянсе Дмитриевой с Титовым выбрана такая временная модель, при которой она будет отвечать за петербуржское отделение, может быть еще за пару регионов. В 2016 году она будет, по сути, персональным лицом партии Титова в родном Петербурге, где у нее хорошие позиции на выборах по одномандатному округу. Уверен, что в таком виде – на уровне неформальных договоренностей – это потенциально недолговечный союз. Поэтому я жду от ближайшего съезда партии "Правое дело" что, помимо оперативных предвыборных шагов – переименование, изменение программы и появление когорты новых лиц, на перспективу будут предложены серьезные изменения в устав партии. Можно подумать над системой сопредседательства, особенно если партия Титова и далее планирует расширяться за счет союзов с малыми партиями. Обязательно стоило бы юридически прописать все особенности взаимоотношений между амбициозными лидерами объединяющихся политических сил.

Сегментирование и перераспределение электората

Те партии, о которых я говорил, претендуют на разные электоральные ниши. Титов, с Дмитриевой, возможно с Бабкиным, будут апеллировать к предпринимательскому классу, к экономически активному населению в крупных городах, к самостоятельным аграриям, фермерам, к малому и среднему бизнесу. Это отдельная категория избирателей, многие из которых в прошлые годы просто не ходили на выборы по той причине, что для них не было адекватного политического предложения.

Избиратель "ПАРНАСа" и "Яблока" не будет пересекаться с электоратом партии Титова. Пересечение может быть только в Москве. “ПАРНАС” и “Яблоко” находятся в общепротестной нише, там, где противники курса Владимира Путина, те, кто недоволен внешнеполитическом курсом России, те, кто ориентирован на очень тесное сотрудничество России с Западом. Электорат “ПАРНАСа”, прежде всего, находится в Москве. Партия Титова вообще не собирается уходить в плоскость виртуальных дискуссий о политических свободах, а ставит во главу угла предложения по изменению экономического курса. В этом смысле неправильно считать партию Титова конкурентом для “ПАРНАСа” и “Яблока”, у них будет разная электоральная база.

С "Родиной" ситуация сложнее и интереснее. Казалось бы, для партии естественной нишей была бы конкуренция с ЛДПР за национал-патриотический сегмент электората, но в последние месяцы "Родина" все больше позиционирует себя как ярый оппонент “Единой России” и взяла курс на то, чтобы играть на электоральном поле ЕР. То есть “Родина” борется за патриотически и одновременно патерналистски настроенную часть избирателей правящей партии. В последнее время от “Родины” в адрес ЕР и в адрес правительства Медведева звучит едва ли не больше критики, чем в адрес коммунистов. То есть “Родина”, судя по тому, как она начала свою кампанию, будет, прежде всего, отбирать голоса у ЕР.

То же самое мы видим и на уровне регионов, при создании региональных отделений и формировании списка кандидатов в округах. “Родина” много где опирается на недавних единороссов. Это широко известный случай в Рыбинске Ярославской области, где они пытались выдвинуть на выборы мэра депутата-единоросса, только что проигравшего партийные праймериз и не признавшего их результаты. Такие же процессы происходят еще в ряде регионов, где “Родина” подбирает местных политиков городского или регионального уровня, которые много лет были в ЕР, занимали статусные позиции, но в последние годы по тем или иным причинам от партии власти отошли, в том числе проиграв праймериз на выборах 2014-2015 годов. Например, в Новосибирской области такая ситуация, сейчас там с “Родиной” сотрудничает независимый депутат горсовета, которой много лет был главой фракции “Единой России”, а в прошлом году вышел из ЕР в знак несогласия с открытой моделью праймериз.

Партия “Зеленые” пока является спящей партией. Но в ряде крупных городов регионов, где значима экологическая проблематика, есть определенная ниша для этой партии, если она будет выступать с исключительно природоохранными, экологическими требованиями. В том числе, защита зеленых зон от застройки – это серьезная проблема для многих городов. И если “Зеленые” смогут активно провести кампанию в таких городах и позиционировать себя и не как протестная партия, не как провластная партия, то они могут собрать эту часть избирателей, для которых значима локальная природоохранная повестка.

В этом смысле конкурентами “зеленых” будут "Яблоко" и КПРФ. Потому что в регионах именно яблочники и коммунисты активнее всего работают по экологическим конфликтам, градозащитным протестам, конфликтам вокруг вырубки зеленых зон. Это ниша ограничена в объеме, но в ряде городов у “зеленой партии” вполне есть возможность набирать около 3-4% . По России в целом меньше, может быть, до 2%.

На “коммунистическом” поле есть две ключевых малых партии. "Коммунисты России", которые могут идти на федеральные выборы без сбора подписей, и КПСС, которая должна подписи собирать и будет пытаться их собрать. Понятно, что бренд и той, и другой партии апеллирует к просоветски настроенным избирателям, в том числе к бывшему или действующему избирателю КПРФ, который недоволен пассивностью КПРФ в своих регионах или слиянием КПРФ и представителей бизнеса в отдельных регионах. По итогам выборов 2015 года в регионах и муниципалитетах "Коммунисты России " показали высокий результат. У них средний показатель по партспискам в прошлом году составил около 3,5%. Это достаточно серьёзная потеря для КПРФ на выборах именно по партийным спискам. "Коммунисты России " и дальше будут нащупывать и отрабатывать болевые точки КПРФ – я их назвал – излишнее слияние с властью в отдельных регионах, или наоборот явное слияние с бизнесом и наличие в списке КПРФ представителей крупного капитала, который в восприятии избирателей имеет мало отношения к коммунистической идее.

КПСС – чисто политтехнологический проект, который очень востребован областными администрациями на региональных выборах в качестве спойлера для КПРФ, для размывания голосов за КПРФ. Не исключаю, что КПСС соберет 200 тысяч подписей, потому что в партии очень опытные политтехнологи, которые много лет успешно собирают подписи на выборы разного уровня. Для них с точки организационной точки зрения эта задача абсолютно посильна. Другое дело, будут ли самой КПСС интересны выборы в Госдуму или ей будет достаточно участвовать в голосовании регионального уровня, где она будет востребована местными администрациями. Мы видим на каждом цикле региональных выборов, что в сложных регионах КПРФ соседствует в бюллетене и с "Коммунистами России", и с КПСС.

Гражданская платформа” теперь, с учетом появления партии Титова, остается без своей электоральной ниши. Не очень понятно, какой стратегии она будет придерживаться на выборах в Госдуму. Оптимальным было бы вхождение “Гражданской платформы” в эту коалицию, тем более в ее составе есть несколько региональных бизнес-омбудсменов. Но препятствием будет то, что и партия Титова, и “Гражданская платформа” смогут без сбора подписей выдвигаться на федеральных выборах и самостоятельно выставлять кандидатов в округах. Поэтому боюсь, что в этом году мы такого союза не увидим. Более того, не исключено, что в каких-то округах от “Гражданской платформы” пойдут кандидаты-спойлеры по отношению уже к партии Титова. Это будет определяться внутрирегиональными раскладами и работой властей на местах с партией.

У “Патриотов России” нет сейчас внятного идеологического позиционирования для выборов по партийным спискам, но они очень тесно работают в регионах в штабах и экспертных группах ОНФ. Так что для “Патриотов” важнее будет выдвижение кандидатов в одномандатных округах, а также успехи в одномандатных округах на параллельных выборах в заксобрания. Плюс есть несколько регионов, где отделения “Патриотов России” фактически сданы во франшизу влиятельным группам местной элиты и являются автономными игроками на региональном политическом поле. Это, в частности, Красноярский край, где лидером “Патриотов” является известный предприниматель Анатолий Быков и где в последние годы партия добивалась заметных успехов на муниципальных выборах. Но это уровень региональной политики, не федеральной кампании.

Дальше я бы отметил партии пенсионеров. Их у нас, как и коммунистов, несколько, и только одна из них может идти в Госдуму без сбора подписей – это “Российская партия пенсионеров за справедливость”. Ее недавно возглавил Евгений Артюх – яркий депутат в Свердловской области и активист ОНФ. Это партия, как и “Патриоты”, будет проявлять себя прежде всего через кампании в одномандатных округах и на выборах в некоторые заксобрания. Прежде всего, на Урале, в той же Свердловской области.

С другой стороны, у этой партии сейчас есть тактическое преимущество – сыграть на повестке кризиса, с учетом активных дискуссий по пенсионной реформе, недостаточной индексации пенсий для пенсионеров действующих и неиндексации пенсий для работающих пенсионеров. В этих условиях у “Российской партии пенсионеров за справедливость” появляется своя электоральная ниша, возможность целевым образом работать с пожилыми людьми, избирателями предпенсионного возраста, которые на фоне последних решений федерального правительства утрачивают доверие к “Единой России” и не готовы сейчас голосовать за нее, если ЕР не предложит ярких решений по материальной поддержке пенсионеров. Но при этом они еще не готовы поддержать и КПРФ, за которую также обычно голосуют пожилые. Здесь и возникает пространство для политического маневра “Партии пенсионеров”, если на выборах она сформулирует точечную и адресную программу для пожилых людей и собственную позицию по пенсионной реформе. Потому что мы видим, что от финансово-экономического блока правительства в последние месяцы исходит несколько непопулярных инициатив для пенсионеров, начиная с постановки вопроса об увеличении пенсионного возраста и заканчивая недоиндексацией пенсий. Кроме того, в ряде регионов недавно были попытки отменить льготы для пенсионеров. В таких условиях, когда ЕР воспринимается как партия, ответственная за действия исполнительной власти, у “Партии пенсионеров” вполне может появиться собственный электорат среди пожилых людей, раньше голосовавших за ЕР, но теперь испытывающих недовольство.

Что касается партий, которые не допущены к выборам в Госдуму без сбора подписей, то помимо тех, которые я упомянул как возможных участников в альянсах, вряд ли кто-то из них ярко проявит себя в оставшиеся месяцы кампании. Целенаправленно работать на выборы в Госдуму малые партии должны были начать еще в прошлом году. Удел остальных малых партий в сентябре – это выборы в отдельных регионах или муниципального уровня, то есть уровень региональной политики и взаимодействия с местными группами интересов.