КГИ НАГНЕТАЕТ ТРЕВОГУ: ПРОБЛЕМА БЕЖЕНЦЕВ НЕ НАСТОЛЬКО КРИТИЧНА

КГИ НАГНЕТАЕТ ТРЕВОГУ: ПРОБЛЕМА БЕЖЕНЦЕВ НЕ НАСТОЛЬКО КРИТИЧНА

29 октября 2015 г. 19:42

Комитет гражданских инициатив (КГИ) ждет миграционный кризис в России. В новом докладе о проблеме беженцев отмечается, что ФМС работала неэффективно с украинскими переселенцами, а в будущем столкнется с наплывом мигрантов из Ближнего Востока и Средней Азии. Справиться с этим потоком не получится, уверены в комитете Кудрина. В действительности же никакой трагедии нет и проблема решаема, поделился мнением в интервью "Политаналитике" доктор политических наук, профессор МГУ Сергей Черняховский:— С одной стороны, КГИ рисует ситуацию в пессимистичных сценариях, и в этом смысле он делает полезное дело, обозначая границы риска. Но другой вопрос, что он это делает, чтобы показать, что раз Кудрин не в правительстве, то все будет плохо. А если Кудрина вернут, особенно, если его сделают премьером, то все будет хорошо. Поэтому, конечно, эти доклады особым образом ориентированы и пристрастны. Все равно что через две точки можно провести любое количество окружностей, а через одну точку любое количество прямых.Да, проблемы есть, и с миграционной ситуацией в мире, и с работой нашей миграционной службы. В этом отношении то, что они (КГИ – прим. ред.) указывают на риски, это хорошо, это надо учитывать. Беда в том, что им хочется найти наиболее пессимистичные моменты. Вообще, вариант, что из Сирии беженцы побегут в Россию, с одной стороны не очень вероятен: есть еще куда бежать, через всю Турцию и Ирак перебежать, например. Но с другой стороны, это не так далеко, и если перестанут пускать в Европу, то могут двинуться и в Россию.Но вообще-то, все это создали не мы. У нас были более сложные миграционные ситуации - в 1941-42 годах. Может, мы тогда лучше с ними справлялись, на самом деле, более эффективная и динамичная система была. И, кстати, беженцев тогда было намного больше и их уж точно надо было устраивать, потому что это были наши граждане, жители Советского Союза. Если же говорить о том, что нужно делать и к чему готовиться - во-первых, готовиться всегда нужно к худшему сценарию, просто по определению. В одном из романов Стругацких главный герой говорит: "Нам одно не разрешается: недооценить опасность. И если в нашем доме вдруг завоняло серой, мы просто обязаны предположить, что где-то рядом объявился черт с рогами, и принять соответствующие меры вплоть до организации производства святой воды в промышленных масштабах". И вот здесь есть другой, более важный момент. Работа нашей иммиграционной службы не то чтобы слабо налажена, но вопросы такого уровня не решаются одной организацией. Смотрите, в Советском Союзе мы с перемещением (часто добровольным) больших масс людей сталкивались достаточно часто. Но мы призывали людей из окраинных районов на большие стройки. Это же тоже вариант трудовой миграции. Приезжали люди из разных республик, представлявших разные национальности, но этот процесс всегда находился под политическим контролем. Это была задача не только тех служб, которые осуществляли перевозку, и поэтому, как только такие вопросы возникали, в частности, вопросы о расселении и труде, скажем, в районе какой-нибудь гигантской стройки, это находилось под контролем не только администрации, но и комсомола, МВД, органов безопасности, партийных органов и т.д. То есть, это сразу рассматривалось, как вопрос особой политической значимости. К сожалению, мы свои «миграционно-национальные» вопросы сейчас так не рассматриваем и не обеспечиваем их таким всеобъемлющим контролем.Для Советского Союза это было значимо, потому что наличие в каком-то месте, смежном с миграцией, межнационального конфликта, пусть самого небольшого, это рассматривалось , в принципе, как политическое ЧП. Потому что противоречило установкам на дружбу народов и интернационализм. Поэтому это идеологическое ведение обеспечивало более чем серьезное отношение к вопросу именно как к значимой идеологической проблеме. У нас все это воспринимается немного более поверхностно. И в этом отношении перестраивать нашу работу и в национальном вопросе, и с мигрантами тем более, нужно очень серьезно. И, конечно, мы могли бы беженцев с Украины использовать подчас более эффективно. Хотя, не будем забывать, у них иногда были завышенные требования, построенные на том, что «мы любим Россию, мы к вам приехали, поэтому вы нам все должны дать». В некоторых случаях, я не говорю, что всегда. В общем, это реальная политическая проблема, с этим надо работать, все это решаемо. Никакой тут безысходной пессимистической трагедии нет. Проблемы есть, но они рождаются из проблем современного мира в целом. Мы об этом предупреждали, мы этому противодействуем. Собственно говоря, наша активная позиция в Сирии направлена на то, чтобы подобного не было.