ИРАН ПРЕДПОЧТЕТ СОПЕРНИЧЕСТВУ СОТРУДНИЧЕСТВО С РОССИЕЙ

ИРАН ПРЕДПОЧТЕТ СОПЕРНИЧЕСТВУ СОТРУДНИЧЕСТВО С РОССИЕЙ

20 октября 2015 г. 18:00

США заявили, что снимут санкции с Ирана в соответствии с достигнутыми договоренностями по ядерной программе. Несмотря на некоторые условия, которые предстоит выполнить Тегерану, мало у кого остаются сомнения, что ограничения будут отменены. Это серьезно расширяет возможности Ирана на мировом рынке, считают аналитики. В частности, в Германии считают, что страна станет мощным игроком и фактически вытеснит Россию, в том числе из топливно-энергетической сферы. Однако эксперт Российского Института стратегических исследований Аждар Куртов объяснил "Политаналитике" почему это мнение не верно:— Данная точка зрения все-таки очень сильно мотивирована политикой официального Берлина. Дело в том, что, наверное, нынешнему руководству, Ангеле Меркель хотелось бы, чтоб так было, но этого не будет. На то есть объективные факторы, и они достаточно широко известны. Ну, во-первых, Иран – это страна, которая была непосредственно соседней с нами во времена еще Российской империи и Советского Союза. Это сейчас нас разделяют новые независимые государства. Хотя мы имеем общие границы, потому что граница Каспия, честно говоря, полностью не определена. Существуют границы, официально признанные между Азербайджаном, Ираном и Туркменистаном, поэтому Каспий в этом смысле является пограничным озером. А пограничной страной – нынешняя Российская Федерация. Если мы будем брать исторический аспект, то множество факторов свидетельствуют о том, что в Иране были разные династии, разные внешнеполитические ориентации - возьмем, например, 1723 год, то есть первое соглашение, которое было заключено в Санкт-Петербурге между Российской империей и Ираном. По этому соглашению очень многие позиции решались относительно мирно. В частности, Каспийское море было одним из предметов, занесенных в это соглашение, Иран отказывался в пользу России от своего суверенного права иметь военно-морской флот на Каспийском море. Россия могла иметь военно-морской флот, и между странами по поводу этого не возникало каких-то трений. Никто не думал нападать в море на российские суда. Конечно, были эпизоды, которые иранцы оценивают не совсем положительно. Специалистам хорошо известно, что в 1941 году (на основе секретного российско-британского соглашения 1907 года) Советский Союз в качестве превентивной меры ввел свои войска в Северный Иран, а Великобритания – в Южный. Это способствовало тому, что в Тегеране состоялась конференция, внесшая весомый вклад в создание антигитлеровской коалиции. И иранцы, когда мы вводили войска, не были довольны, но у нас были незначительные потери, около 50 человек погибли. История была разной, но она не дает основания считать, что Иран займет откровенно антироссийскую позицию. А если мы будем вспоминать более поздний период, 70-е годы, то Иран был страной, находившейся во враждебном лагере, там была американская разведка. Там стояли специальные аппараты слежения за территорией СССР. Не случайно СССР в Азербайджане построил радиолокационную станцию, откуда российских военных сейчас выдворили. Несмотря на внешнеполитическую ориентацию, торговый оборот был гигантский. Тогда Россия была среди ведущих торговых партнеров Ирана. Потому что был взаимовыгодный интерес у деловых кругов.Утверждать, что в постсоветский период иранцы занимали антироссийскую позицию - абсолютно неверно, потому что иранцы были активными участниками урегулирования конфликта в Нагорно-Карабахской республике. Они сделали все для перемирия в 1994 году. Иранцы пытались в начале девяностых и сейчас пытаются проводить экспансию влияния на Кавказе и в Азии, но они очень быстро поняли, что их возможности резко ограничены. Почему? Потому что после исламской революции их пропаганда была пропагандой шиитского учения в варианте, который им предложил имам Хомейни, а в Центральной Азии у нас очень мало шиитов, есть только общины. Но они ориентируются не на духовных лидеров Ирана, а на собственного лидера Ага-хана IV. А на Кавказе есть шиитские общины, как и в Туркмении, Азербайджане, поскольку около 70% граждан современного Азербайджана шииты. Там были и продолжаются конфликты между властью в Баку и проирански настроенными верующими – политические партии создавали, преследовали, сажали лидеров и так далее. Но даже в Азербайджане Иран не может претендовать на многое, потому что есть принципиальная разница в подходах политических элит, которые стоят у власти в Азербайджане и в Иране. Иранцы пытаются возводить учение 12 имамов в таком радикальном виде, с точки зрения шиизма, светская власть не стоит выше духовной, поэтому в системе Ирана существует должность ахбара, то есть верховного духовного правителя. И эта должность реально выше, чем у президента страны. Это принципиальная позиция для Ирана. А в Азербайджане светское государство, там президент, как и в любой нормальной секулярной стране. Поэтому они не разделяют позицию иранского духовенства, открещиваются от нее, они не претендуют на трансформацию Азербайджана в исламское государство.Поэтому эти немецкие вымыслы о том, кто на что будет претендовать – всего лишь вымыслы. Кроме того, у иранцев мало ресурсов, у них они были до санкций, они пытались что-то делать. Я очень часто посещаю иранские мероприятия, они привозят кучу литературы, но какой? Она же на фарси, кто у нас фарси знает? Бесплатно раздают, но по эффективности с немецкими фондами, японскими, там принципиальная разница: если у европейцев что-то получается еще, то у иранцев никакой переориентации ни в каких слоях населения – ни в бизнес-элите, ни в политической, журналистской, не получилось и не получится. Что касается возможных конфликтов в экономике, в основном, есть свои факторы. Но Иран не вчера и не сегодня начал добывать нефть в большом объеме, эта страна всегда была в этом сегменте мировой нефтедобычи, ну и что? И при СССР, и в постсоветский период мы совместно существовали. Обсуждали какие-то совместные проекты. Иранцы пытались перетянуть на свою сторону, пользуясь тем, что у них есть нефтеперерабатывающие заводы на севере страны, они предлагали Казахстану, Туркменистану, Азербайджану и России поставлять нефть, добываемую на Каспии и в Прикаспии, танкерами на свои нефтеперерабатывающие заводы, были планы прокладки трубопровода с севера Ирана на юг, на побережье Персидского залива, но ничего из этого не осуществилось. Потому что есть другие пути, которые оказались более выгодны. Это европейские пути. А сейчас еще и Китай появился как мощный игрок. У иранцев нет таких силенок, чтобы тягаться с ЕС, Россией и Китаем за возможные варианты географического направления транспортировки углеводорода.Возможны вопросы газа. Традиционно основой их могущества является добыча нефти, даже не переработка - долгое время они закупали бензин, потому что у них производство недостаточно развито. Хотя в Иране очень развит автомобильный транспорт, но он на дизельном топливе. В последнее время они сокращают закупки как продуктов нефтепереработки, так и природного газа, который они закупали для северных районов в Туркменистане. Они ставку делают на собственную добычу, развитие внутренних сетей, обеспечение городов собственным газом, но его они добывают немного. У них есть крупные месторождения газа. Но никто же не знает границы месторождения – кто быстрее выкачает газ, тот может выкачать и тот газ, на который претендует другое государство. И если Иран будет реализовывать проекты по доставке своего газа на европейский рынок, а такие проекты давно обсуждаются (в частности, проект по поставке азербайджанского или туркменского газа через Каспий в Европу, иранцы предлагали поучаствовать в этом проекте - тогда это не было реализовано, а сейчас для реализации возможностей побольше), то России экономически это будет не очень выгодно, потому что у нас и так проблемы поставки газа, связанные с Украиной, не совсем ясные перспективы "Южного потока" в сторону Турции. А если появится еще и иранский газ, то у той же Анкары появится больше возможностей играть на ценах, по которым они предлагают закупать российский газ.Но это не катастрофа, наша торговля не сводится только к газу. Иранцы заинтересованы очень во многом, они всегда покупали промышленные изделия. Они будут заинтересованы и в будущем, наши судьбы с Ираном в этом смысле похожи – ни нам никто не продает высокие технологии, ни Ирану никто высоких технологий продавать не будет. Поэтому иранцам встать на свои собственные ноги будет очень сложно. Сняли с них санкции, не сняли – это принципиального значения не имеет. А, соответственно, они будут искать других возможных поставщиков продукции – в частности, авиастроения. И этими поставщиками можем быть мы.