ДОКЛАД РОССИЙСКОГО ЛИДЕРА ПОВЛИЯЛ НА МЕЖДУНАРОДНУЮ ОБСТАНОВКУ В ЦЕЛОМ

ДОКЛАД РОССИЙСКОГО ЛИДЕРА ПОВЛИЯЛ НА МЕЖДУНАРОДНУЮ ОБСТАНОВКУ В ЦЕЛОМ

30 сентября 2015 г. 23:23

В московской гостинице "Балчуг" в четверг прошел круглый стол, посвященный итогам 70-й Генассамблеи ООН. Его организаторами выступили Фонд ИСЭПИ и Международный аналитический центр «Rethinking Russia». Одним из ключевых вопросов обсуждения стала ситуация в Сирии. Выступая на Генассамблее, Владимир Путин заявил о твердом намерении РФ продолжать поддерживать сирийское правительство в борьбе с радикальной группировкой "Исламское государство", запрещенной в России. Сегодня стало известно, что российские ВВС нанесли первые удары по позициям боевиков. Ранее с просьбой об оказании военной помощи к российскому руководству обратился президент Сирии Башар Асад.Член Экспертного совета Фонда ИСЭПИ Алексей Зудин, комментируя "Политаналитике" основные тезисы выступления Владимира Путина отметил, что именно оно, по его мнению, стало центральным событием Генеральной ассамблеи, а вовсе не встреча российского лидера с Бараком Обамой:— Учитывая значимость доклада, очередность выступления Путина среди других лидеров не имела никакого значения. В данном случае масштабность перебила все сопутствующие вещи, в частности, связанные с очередностью. Речь Владимира Путина оказала существенное влияние на международную обстановку в целом, а не только на ситуацию, связанную с сирийским конфликтом и борьбу с ИГИЛ. Российский президент проявил себя как ответственный глобальный политический лидер. Наша страна перешла к активным действиям в сирийском конфликте, сделав это правильным образом, никого не ставя перед свершившимся фактом. Если мы вспомним череду встреч с ближневосточными лидерами, в также заявления Владимира Путина в преддверии Генеральной ассамблеи, и в особенности его развернутое интервью для американского телевидения, то мы увидим, что вокруг выступления уже был создан определенный информационный и политический фон, который обусловил отношение к нему не как к декларации, а как к заявлению о действии. И действия последовали.Впервые был предложен и теперь воплощается реалистичный формат для противодействия террористическому «Исламскому государству». Он предполагает координацию, консолидацию действий между внешними силами, которые так или иначе участвуют в сирийском конфликте, и силами, которые внутри Сирии и в сопредельных странах противодействуют ИГИЛ. До этого очень большой проблемой были разрыв между действиями в воздухе и на земле, и кроме того, отсутствие центрального фокуса в борьбе с терроризмом. У американцев он постоянно двоился: то ли они воюют с ИГИЛ, то ли ведут борьбу с сирийским лидером Асадом. Сейчас, после вовлечения России в разрешение сирийского кризиса, все встало на свои места. Не на сто процентов, но главным объектом борьбы все-таки стало "Исламское государство".Поведение США после того, как Россия перешла к активным действиям в Сирии, определяется, на мой взгляд, двумя фундаментальными обстоятельствами. Первое — это безусловный провал американских усилий, который скрывать невозможно. Он всем очевиден и осознается сейчас и администрацией Соединенных Штатов, и американским истеблишментом. Второй фактор, я бы сказал, противоположного свойства. Он определяется соперничеством с Россией, нежеланием того, чтобы российская сторона в ходе участия в урегулировании сирийского кризиса укрепила свои позиции на Ближнем Востоке.Россия в данном случае взяла инициативу в свои руки. Мяч переместился на поле США и далее их поведение может укладываться приблизительно в два сценария: первый — это минимальная координация с Россией в продолжение противодействия в информационном пространстве при попытках форсировать смену режима в Сирии, отставку Асада. Второй сценарий более ответственный, он предполагает все-таки более осмысленное, внятное участие США в работе координационного центра из представителей четырех государств в Багдаде. Он предполагает воздействие Штатов на своих союзников в Сирии с тем, чтобы побудить их быть более договороспособными во взаимоотношениях с Асадом, и не форсировать смену режима. Представляется, что ближайшей вехой, которая позволит понять, к какому сценарию из двух склоняется Америка, станет объявленная встреча министров обороны и министров иностранных дел двух стран. Все зависит от тех решений, которые там будут найдены и озвучены.Но в любом случае, давая реалистическую оценку происходящему, не стоит ожидать полного прекращения информационной войны со стороны Соединенных Штатов в отношении России вообще, и что касается сирийской темы в частности. И надо учитывать достаточно ограниченную способность Америки координировать свои усилия с Россией в Сирии. Недавно поступила информация, что Пентагон отказался убирать свои самолеты из сирийского неба. Возможно, это связано с процессом адаптации США к новой реальности: она будет небыстрой и потребует какого-то времени. Нужно быть довольно сдержанными в оценках того, как далеко Штаты могут зайти в сотрудничестве с РФ по Сирии.Если говорить о наземном этапе операции, то как мне представляется, он исключен. Во-первых, исходя из официальной позиции российских властей и, прежде всего, президента Путина. Во-вторых, исходя из того, какое общественное мнение сложилось в нашей стране по данному вопросу. Грубо, схематично, но его можно свести к двум пунктам: одобрение помощи Асаду и отрицательное отношение к участию российских войск в любой наземной операции.